Великий поход привидений - Ибботсон Ева - Страница 19

- А моя слабость? – слабо спросил Хамфри у червячка. – Как я доберусь до Рика? Я даже пошевельнуться не могу.

- Неужели? – сказал вертлявый червячок. – Уверен, что не можешь? Попытайся. Подвигай одной ногой. Давай, попробуй. Вот так. Теперь другой.

- Больно, - сказал Хамфри червячку.

- Не важно. Теперь вставай. Лети. Вперед. Вперед.

И Хамфри действительно поднялся в воздух и полетел, слабо и медленно, но он летел…мимо тети Гортензии, лежащей, как железная балка на своей могиле, мимо бедного Шака, скулящего в агонии и только с одним хвостом из трех, мимо стонущих и быстро растворяющихся Леди…

Когда он добрался до дороги, разделяющей Инслифарн от материка, он почувствовал такой сильный укол боли, что чуть было не свалился на землю. Он летел прямиком в экзорцирующий поток мистера Уоллеса. Мистер Уоллес был самым молодым и самым сильным из священников. Он был также самым хорошим. И хотя он ненавидел то, что делал, он считал, что по чести работу надо сделать хорошо. Вот почему он сидел на складном стуле лорда Буллхавена, размахивая рябиновой палочкой и бормоча Заклинание 293 из книги об изгнании призраков так усердно, как мог.

- Мерзкие Отвратительные Ползущие Твари Призраки С Жуткими Уродливыми Чертами Уходите Говорим Мы Вам Оставьте Это Место Возвращайтесь В Могилу И Истлейте…

Там еще много чего говорилось в заклинании, и если бы у мистера Уоллеса была возможность договорить до конца, с Хамфри, вероятно, все было бы кончено. Но на бедном мистере Уоллесе было лишь очень тонкое, потертое пальто, и было мучительно холодно сидеть на берегу, когда с моря воет ветер. И неожиданно он начал страшно чихать.

Эта пауза в заклинании продлилась лишь несколько мгновений, но этого было достаточно.

Хамфри сумел перелететь через голову мистера Уоллеса и отправиться в долгое и изнурительное путешествие, чтобы найти Рика Спасителя.

Это путешествие Хамфри не забудет никогда. Хотя он потихоньку набирался сил с тех пор, как избежал экзорцизма, он все еще был очень слаб. Его ядро на цепи весило, будто тонну свинца, а иногда его голова кружилась так, что он не понимал, летит ли он вверх или вниз ногами. Хуже всего, что он не был уверен, правильной ли дорогой он двигается. Он знал, что нужно на юго-восток, но как далеко? А что, если он не найдет школу Рика?

Но он не мог, не мог не найти ее. Его родители умирали, Джордж и Уинифред да и все другие привидения, так страшно и жестоко пойманные в Инслифарне…Он должен был найти Рика. О том, что бы смог сделать Рик, чтобы спасти остров, полный мертвых и умирающих призраков, Хамфри не задумывался. Он не был очень умным. Он просто верил.

Стояло ясное и ветреное утро, когда он покинул Инслифарн. Теперь же собирались тучи, начинался дождь, и в лицо дул противный ветер.

Без защиты призрачной кареты ему было жутко холодно, он дрожал так сильно, что начал терять высоту.

- Я не смогу это сделать, - всхлипывал он. – Я не могу пройти весь этот путь.

Тут он вспомнил, что однажды говорил ему Скользящий Килт.

- Если тебе придется сделать что-то трудное, не думай обо всем, что ждет тебя впереди. Думай просто о следующем шаге. А потом ты всегда сможешь сделать еще один шаг.

Так что Хамфри летел шаг за шагом, потом еще и еще. И, в конце концов, ландшафт под ним изменился и стал мягче - поля и изгороди вместо глухих болот, и он понял, что приближается к границе Англии. Теперь – на восток…через реку – и паника, как стая скворцов, неожиданно вспорхнувшая в воздух, практически ослепила его. А потом, разве это не знакомый ельник? А там, на поляне… Неужели?... Наверняка… Да! Это они! Пахучие, как и всегда, вывешенные мальчишками на подоконнике, полосатые и отвратительные футбольные носки Мориса Краулера!

Всхлипнув от облегчения, Хамфри снизился, пролетел через окно спальни и упал в абсолютном изнеможении на кровать Рика.

Рик сидел в классной комнате номер 5 на уроке истории. Урок был о Генрихе Восьмом, которого Рик и до этого-то не любил, а теперь по-настоящему ненавидел за то, что тот отрубил голову тети Гортензии, сжег монастырь Сумасшедшего Монаха, да и вообще, доставил множество неприятностей.

Глядя на Барбару, сидящую возле него, можно было подумать, что она спит, но Рик знал, что если мистер Хоумер задаст ей один из своих глупых, бессмысленных вопросов, она сразу же найдет ответ.

- Пожалуйста, сэр, можно мне выйти? – спросил Морис Кроулер.

Рик обменялся взглядом с Питером Торном, который сидел с другой стороны. Все мальчишки знали, что делал Морис, когда ему разрешали выйти. Он шел в общую спальню, вытаскивал из-под подушки коробку конфет и объедался ими перед тем, как возвращаться в класс. Возможно, мистер Хоумер тоже это знал, но что он мог поделать, если миссис Кроулер постоянно защищала своего «Лапочку».

- Очень хорошо, - сказал мистер Хоумер и начал рассказывать классу о второй жене Генриха, бедной Анне Болейн.

Он не успел много рассказать, потому что дверь распахнулась – и Морис, дрожа, как огромная белая медуза, неверной походкой зашел в класс.

- ТВАРЬ! – он указал на Рика. – Как раньше. На кровати Хендерсона. Чу…чудовищное, ужасное при…привидение!

- Ну хватит уже, Кроулер, - начал мистер Хоумер. А потом:

- Хендерсон! Как ты смеешь уходить из класса без…

Но Рик, а с ним и бежавшая по пятам Барбара, испарились.

- Хамфри! О, Хамфри! – Рик проглотил комок в горле. – Что случилось? Что они сделали с тобой?

- Я в порядке, - слабо ответил Хамфри, махнув костлявым пальцем. – А вот другие…Рик, это была ловушка. И теперь они все умирают. А может, уже умерли. Мои мама и папа, Джордж, Уинифред – все!

И между икающими всхлипываниями, потрясавшими его теперь, когда он в конце концов добрался до Рика, он рассказал о том, какие ужасные вещи произошли в Инслифарне.

- Ты должен помочь нам, Рик, - сказал Хамфри. – И быстро, до того, как…

Он осекся, когда дверь спальни распахнулась и влетел Питер Торн.

- Они все поднимаются сюда, Рик: мистер Хорнер, Кроулеры и паршивец Морис, чтобы увидеть это... – он замер на полуслове. – Боже правый! Так это правда. Это и правда привидение.

- Да, это привидение, - спокойно сказал Рик. – Он также мой друг и нуждается в помощи. Попытайся помешать им прийти сюда.

Без всяких лишних споров Питер рванулся обратно к двери и стал придвигать к ней комод. Для человека с такой хрупкой наружностью он был на удивление силен.

- Хамфри, ты все еще можешь исчезать или ты слишком ослаб?

Хамфри повернул свое серое, изможденное лицо к Рику.

- Я… попробую… - сказал он.

Было очевидно, какое гигантское усилие ему пришлось приложить, но в следующее мгновение его несчастная, комковатая эктоплазма начала исчезать, и только локоть остался висеть в воздухе, похожий на кусочек старой овечьей шерсти.

В дверь начали барабанить. Рик проигнорировал это. Его лицо было мрачное, как ночь. Как только Хамфри произнес страшное слово «ЭКЗОРЦИЗМ», он понял, насколько серьезна эта опасность.

- Сколько священников там было?

- Три, - ответил голос Хамфри. – И еще один с бородой. И лорд Буллхавен, разумеется.

Рик не был глупым, мечтательным мальчиком. Для того, чтобы противостоять пятерым взрослым мужчинам, ему понадобится помощь.

- Открывайте, - визжал мистер Кроулер за дверью. – Открывайте, мерзкие дети!

- Я не смогу долго сдерживать их, - сказал Питер, подпирая комод.

И тут Рик кое-что вспомнил. Питер был маленьким, бледным и худым, со светлыми кудрями и большими голубыми глазами. Более того, он так скучал по дому первые несколько недель семестра, что практически не переставал плакать. Однако никто не дразнил и не задирал его. По крайней мере, теперь они уже не пытались. В самом начале Морис Кроулер попробовал толкнуть его в коридоре, ведущем к спортзалу – и неожиданно растянулся на полу.