Обещание рыцаря - Мэдисон Лиз - Страница 19

– Этот торговец владеет одной из самых крупных мануфактур в Манчестере, – прошептала Уинифред. – Он переселился с новой женой в Кент, подальше от места, где им пришлось пережить позор. Но скоро слухи о том, что их брак незаконен, дойдут и туда.

Князь бросил взгляд на Пулу. Он знал, что рассказ викария произведет на нее гнетущее впечатление. Сложившаяся ситуация и так пугала ее и повергала ее чувства в смятение. Лулу сидела за столом бледная как мел и подавленная.

– Если я правильно понял, – сказал князь, стараясь вернуть Лулу прежнее расположение духа, – законопроект, разрешающий брак с сестрой умершей жены, несколько раз благополучно прошел палату общин, однако его постоянно отклоняют священнослужители в палате лордов. Таким образом, совершенно очевидно, что в Англии существует множество людей, которые поддерживают это предложение.

Сердитый взгляд викария Стэнли пригвоздил князя к месту.

– Неужели вы считаете, что подобная отвратительная практика должна стать законной? – с негодованием спросил он.

Князь пожал плечами и произнес подчеркнуто кротким голосом:

– Но она принята во многих странах мира.

– В языческих странах, – заявил викарий.

– Но эту проблему можно разрешить очень просто, – сказал князь. – Брак должен быть разрешен между теми, кто не состоит в кровном родстве.

– Библия ясно толкует этот вопрос, – настаивал на своем викарий.

Хорошо знакомый с языческими верованиями своей матери, князь не терпел религиозного ханжества. Он считался инакомыслящим в своей среде. Однако здесь он не хотел высказывать мнение, которое могло бы шокировать гостей Лулу. Ведь он обещал ей вести себя хорошо.

– Я уверен, что законопроект в конечном счете будет принят парламентом, – заявил он. – Вне зависимости от того, будет ли он поддержан духовенством.

– Маргарита говорила мне, что культура России очень отличается от нашей, – с улыбкой сказала Лидия. – Наверное, у князя Раковского более широкие взгляды на религиозные проблемы, чем у нас в Англии. Давайте оставим эту тему, Майлз. Вы согласны, князь Раковский?

– Конечно, леди Харкорт. Я приношу извинения за свои замечания. Мой отец был бы потрясен тем, что я здесь наговорил. Ведь он послал меня сюда не для того, чтобы спорить и ссориться с гостями леди Дарлингтон. Прошу у всех прощения, господа.

– Гм... Ну хорошо... – неохотно сказал викарий. – Я тоже прошу прощения за горячность, князь Раковский. Давайте признаем, что между нами есть разногласия, но это не мешает нашему общению.

– Как вам будет угодно, сэр. – Князь отвесил полупоклон.

– Мой отец всегда говорил, что опасно вести беседы на религиозные темы, – вмешался в разговор Гарольд Хоулком. – Поэтому давайте прекратим это обсуждение. – Он улыбнулся князю, которому тайно симпатизировал за то, что тот поставил на место чванливого викария. – Скажите, князь, действительно ли в России увлекаются опасной охотой на волков? Я много слышал об этом.

– Если хотите поохотиться на хищников, приезжайте нынче зимой в мое ливонское поместье, – сказал князь. – Обещаю вам, что вы переживете незабываемые минуты.

– Ловлю вас на слове! – воскликнул Хоулком.

– Я приглашаю всех вас, – продолжал князь. – Приезжайте, не пожалеете. Прошлой зимой Маргарита охотилась вместе с нами. Поэтому леди Харкорт и леди Дарлингтон будут не первыми дамами, принявшими участие в охоте на волков. Вы никогда не забудете поездки на санях по снегу, залитому лунным светом. – Поглядев на Лулу, он, к своему облегчению, заметил, что ее щеки снова порозовели. – Вы когда-нибудь катались с ветерком на тройке, леди Дарлингтон, под звон висящих под дугой колокольчиков?

– Вы рассказываете так поэтично, – с улыбкой промолвила Лулу.

– Приезжайте в гости к своей матери. «И к вам», – подумала она.

«И ко мне», – мысленно закончил фразу князь.

Глава 7

Наконец обед подошел к концу, и дамы направились в гостиную, чтобы выпить чаю. Джентльмены остались в столовой. Они продолжали сидеть за столом, потягивая портвейн. Князь поддерживал общую беседу и вел себя очень любезно, однако украдкой поглядывал на часы. Наконец на пороге столовой появился Магнус и пригласил джентльменов присоединиться к дамам.

Лорд Пьюджин и Гарольд Хоулком что-то проворчали с недовольным видом. Они предпочли бы выпить еще по бокалу портвейна. Однако викарий Стэнли, который уже изрядно выпил, сразу же поднялся из-за стола.

– Пойдемте, господа, – позвал он своих приятелей. Его лицо побагровело от большого количества выпитого спиртного. – Нехорошо заставлять леди Дарлингтон ждать. Бедняжке необходимо общество, ведь она столько времени провела в одиночестве. Мы должны окружить ее вниманием.

Князь решил поддержать этот разговор, чтобы побольше узнать о Лулу. Встав, он подошел к викарию.

– Тем не менее очень хорошо, что она рассталась с Чарлзом, – заметил он.

– Однако эта хрупкая женщина осталась теперь беззащитной перед лицом мира. Ей необходимы дружеское участие и руководство.

У князя зачесались руки. Ему хотелось вцепиться в худую шею викария и проорать ему в лицо, что Лулу не нуждается в его дружбе и руководстве.

– У нее много друзей, Майлз, – заметил Гарольд Хоулком, хмуро поглядывая на своего шурина. – И потом Лулу привыкла поступать так, как ей хочется.

– Я вижу боль в ее глазах, Гарольд. Возможно, вы не замечаете, как сильно она страдает. Призвание священнослужителя сделало меня более проницательным и способным успокоить страдающую душу. Я уверен, что смогу утешить леди Дарлингтон.

«Только через мой труп!» – поклялся князь, сжимая кулаки. Но, взяв себя в руки, он слегка поклонился джентльменам и сказал:

– Мне хочется выпить чая, господа. Не пора ли нам действительно присоединиться к дамам?

Пьюджин и Хоулком с большой неохотой встали из-за стола. Две бутылки портвейна, которые они успели выпить, давали о себе знать. Из всех джентльменов один князь выглядел совершенно трезвым. Его насторожил интерес викария к Лулу. Князь считал, что если кто-нибудь и был в состоянии утешить Лулу, то только он сам, князь Раковский. «Викарию следует лучше обратить свое внимание на паству», – думал он.

Увидев входящего в гостиную Михаила, Лулу почувствовала, как у нее сильнее забилось сердце. «Наверное, я выпила слишком много шампанского», – подумала она. Но когда он улыбнулся ей, она поняла, что дело вовсе не в шампанском. В его присутствии она ощущала такой восторг, как будто они находились наедине. Его очаровательная улыбка будила в ней страсть, сулила ей неземное блаженство.

Лулу едва скрывала то радостное чувство, которое испытывала в предвкушении ночного свидания с Михаилом. К счастью, Лидия была увлечена беседой с Гарольдом, который славился своей говорливостью. Казалось, никто не замечал того состояния, в котором находилась Лулу. Викарий Стэнли разговаривал с ней, не обращая внимания на ее рассеянность. Лулу никак не могла сосредоточиться на беседе.

Тетя несколько раз спросила ее, хочет ли она принять завтра участие в пикнике, но так и не получила ответа. В конце концов Лидия поинтересовалась, хорошо ли ее племянница чувствует себя. Лулу что-то пролепетала в ответ.

Заметив ее смущение, в разговор вступил князь. Он отказался ехать завтра на развалины монастыря, где должен был состояться пикник, сославшись на занятость. Михаил сказал, что ему необходимо срочно написать несколько писем управляющему своего имения.

Вечер казался Лулу бесконечным. Но вот гости начали расходиться по своим комнатам. Последними гостиную покинули лорд Пьюджин и Гарольд. Лулу и Михаил остались наедине.

– Вы свободны, Магнус, – сказал князь, когда дворецкий вошел в гостиную, чтобы выслушать распоряжения хозяйки дома.

Лулу кивнула, подтверждая слова князя, и Магнус вышел из комнаты. Дверь за ним закрылась.

– Надеюсь, ты не станешь ругать меня за то, что я отослал Магнуса, – промолвил князь. – Время позднее, слугам пора отдохнуть.