Леди туманов - Мартин Дебора - Страница 21

После того как Кэтрин поговорила некоторое время с фермерами, один из них заметил:

— Вы, миссис Прайс, разбираетесь в этих делах не хуже своей бабушки. Неудивительно, что последние два года вы продаете шерсть по такой высокой цене.

Слова фермера обрадовали ее больше, чем комплименты Дейвида по поводу ее глаз, волос и всего прочего. А когда Эван присоединился к похвале, Кэтрин вся вспыхнула от удовольствия.

Тут скрипач попробовал смычок, арфисты тронули струны — подошло время танцев. Но Кэтрин полагала, что Эван вряд ли будет плясать джигу, как остальные валлийцы. Скорее всего он привык к более изысканным развлечениям.

— Начинается заключительная часть праздника — танцы. Но, боюсь, музыкантам не придет в голову сыграть менуэт. Наши пляски более непосредственны. Но вы, наверное, уже забыли о том, как это выглядит.

Эван улыбнулся, отодвинул в сторону тарелку и протянул Кэтрин руку.

— Не совсем. Я помню джигу со времен юности. Сейчас я не смогу повторить все коленца. Но не собираюсь отставать от других.

И он вывел зардевшуюся Кэтрин в круг танцующих. Исключая те пляски, которые она устраивала для своих арендаторов после сбора урожая, Кэтрин не участвовала ни в каких других празднествах. Сейчас она пожалела об этом, услышав, что Эван подзабыл местные танцы. Но стоило ей показать два-три движения, как он тут же схватывал их на лету. И вскоре он уже танцевал в лад с остальными и с удовольствием обнимал соседей за плечи, и так же, как они, притопывал в такт музыке.

После трех танцев Кэтрин буквально искрилась весельем. Впервые за все эти годы она чувствовала себя не отделенной от других; улыбки Эвана и остальных фермеров помогали не замечать мрачных взглядов Дейвида и сэра Хью. И даже когда она остановилась, чтобы перевести дух, настроение у нее оставалось радостным и приподнятым.

До той минуты, пока к ней не подошел сэр Хью — с привычно мрачной, как грозовая туча, миной. Грубо хлопнув Кэтрин по плечу, он нарочито громко произнес:

— Ба! Кого я вижу? Неужели это миссис Прайс? До чего же вдовушка развеселилась!

Хотя от него несло спиртным — отец Вилли явно хлебнул лишнего, — Кэтрин усилием воли заставила себя не паниковать. Свекор всегда стремился запугать ее, но сегодня это было особенно неуместно. Кэтрин не хотелось при всех выяснять с ним отношения:

— Д-д-ень добрый, — запинаясь, ответила она. — Надеюсь, вы веселитесь от души?

— Но не так, как ты, — отрезал он с глумливой усмешкой, крепко сжав ей руку. — Глядя на тебя, не поверишь, что ты недавно похоронила мужа.

У Кэтрин начали дрожать руки:

— Пять лет назад, — напомнила она. — Это случилось пять лет назад.

— И, похоже, ты за эти пять лет истомилась без мужчины, а, Кэтрин? Только вряд ли ты можешь себе представить, каково это — остаться без сына. — Голос его дрогнул. — Ты вроде бы уже приглядела для себя новенького. А знает ли он, что ему грозит? Может, он вовсе не слышал, что водить с тобой компанию — опасное дело?

Потрясенная, Кэтрин смотрела на разъяренного старика во все глаза.

— Что вы имеете в виду? — Он не мог ничего знать о проклятии. Во всяком случае, сама она ему не говорила. Неужели Дейвид со зла рассказал ему обо всем после того, что произошло между ними вчера…

— Ты не считай меня за дурака, — он заговорил еще громче. И Кэтрин поморщилась, как от боли, увидев, что вокруг них начали собираться люди. — В отличие от других, я сразу понял: ты проделала то же самое, что твоя прабабка, а затем и бабка, и мать вытворяли со своим мужьями. — Его черные глаза сверкнули огнем. — То же самое произошло и с моим Вилли. Женись на Леди Туманов —и ты мертвец. Думаешь, так трудно догадаться, чего вы все добиваетесь?

— И чего же? — вспыхнув от гнева, спросила Кэтрин. — Презренного металла. Каждая Леди Туманов, выходя замуж, становится богаче, а ее муж умирает. И она получает возможность тратить денежки по своему усмотрению. Ты надеешься заполучить и мое поместье, так ведь? И вышла замуж за Вилли, чтобы прибрать к рукам его богатство. А потом убрала его с дороги. После моей смерти к тебе перейдет и мое поместье. Оно принадлежало Вилли, значит, станет твоим. Он позаботился на этот счет.

Да, поместье перейдет к ней. Что верно, то верно. И Вилли написал это в завещании, которое составил перед свадьбой. Но разве Кэтрин догадывалась о том, что Вилли так скоро покинет ее?

— Мне не нужны ни его деньги, ни его поместье, вы прекрасно это знаете, — возразила она. — И я не попросила у вас ни пенни после смерти Вилли.

Он стиснул ее плечи и придвинул так близко, что Кэтрин едва не задохнулась от его зловонного дыхания.

— Нет, ты выжидаешь часа, когда я умру. Теперь моя очередь погибнуть от несчастного случая. Упасть с лошади и сломать себе шею. Ты ждешь не дождешься этой минуты.

Слезы навернулись ей на глаза, особенно после того, как она краем глаза заметила, с каким жадным любопытством стоящие вокруг люди вслушиваются в их перепалку. Как же это несправедливо! Хорошо хоть Эван отошел достаточно далеко и не слышит пьяных откровений Хью.

— Даже если бы я захотела… я не могу причинить вам вреда, как не могу вернуть солнце на небо раньше срока. Это не в моих силах.

Кэтрин попыталась вырваться из его рук, но он не отпустил ее. Лицо его исказилось — отчасти из-за выпитого, отчасти от терзавшей сэра Хью печали.

— Когда я женился после смерти матери Вилли, я надеялся, что у меня появится наследник, но жена оказалась бесплодной. — Свекор изо всех сил встряхнул Кэтрин.

Тут музыка оборвалась. И теперь все могли слышать его злобные выкрики.

— Бесплодна! И кто тому причина? Кто не дает ей родить мне наследника? Конечно, ты! Твое колдовство. Твои заклятия.

— Я здесь ни при чем! — прошептала Кэтрин. — Это не моя вина!

Анни протолкалась сквозь собравшуюся толпу.

— Сэр Хью! Что это вы затеяли? Оставьте Кэтрин в покое. Мы здесь празднуем свадьбу. Не нарушайте наше торжество и не болтайте чепухи. — И она попыталась отодвинуть его в сторону. Но он одной рукой оттолкнул ее, как пушинку, другой рукой продолжая сжимать плечо Кэтрин.

— Это не чепуха! Эта… эта зловредная женщина вообще не имела права здесь появиться. Она — отрава для мужчин, как ее мать, бабка и прабабка. И таким не место на торжествах.

И он отшвырнул Кэтрин к стене. По дикому огню, горевшему в его глазах, Кэтрин поняла, что он способен ударить ее. Она уже инстинктивно закрыла лицо руками, когда сэр Хью внезапно отпустил ее.

Открыв глаза, Кэтрин увидела Эвана, который рывком повернул сэра Хью к себе лицом и, выпрямившись во весь свой огромный рост, угрожающе проговорил:

— Миссис Ливелин попросила вас оставить миссис Прайс в покое. Я не стану вас просить. Я вам приказываю оставить ее в покое, если вы не хотите, чтобы вас выбросили за дверь.

Сэр Хью побагровел. Кулаки его сжались.

— Ты смеешь угрожать мне? Что это ты возомнил о себе? Кто ты вообще такой? Не вмешивайся не в свои дела, если не хочешь заработать как следует. Это тебя не касается. Ступай себе плясать, а мы закончим наш разговор. Эван посмотрел на Кэтрин:

— Вы хотите говорить с этим грубияном? Смущенная до глубины души тем, что сэр Хью учинил такую безобразную сцену, Кэтрин только молча покачала головой, не в силах вымолвить ни слова. Эван повернулся к сэру Хью:

— Миссис Прайс не желает продолжать разговор. Поэтому я предлагаю вам выполнить просьбу миссис Ливелин.

Сэр Хью ощетинился и, похоже, готов был начать драку, но тут вперед выступила Анни в сопровождении мужа и зятя:

— Идемте со мной, сэр Хью. — И хотя тон ее оставался сдержанным, было ясно: если буян не угомонится, она распорядится силой вышвырнуть его из дома. — Сдается мне, что вы еще не попробовали гуся с каперсами. Это мое коронное блюдо, и я не прощу себе, если вы так и не отведаете его.

Сэр Хью помедлил немного, переведя взгляд с Эвана на маленькую миссис Ливелин, а затем на ее зятя — могучего фермера с громадными кулачищами. Потом сжал губы и позволил миссис Ливелин увести себя к столу.