Последняя жизнь нечисти - Малиновская Елена Михайловна - Страница 69

— Рикки! — Я с ужасом проследила за его полетом. С трудом встала, хотя перед глазами все плыло от боли и перенапряжения.

— Дрянной самоуверенный мальчишка! — прошипел бог-отступник. — Мал еще со мной тягаться.

Держась одной рукой за стену, я подошла к юноше.

Тяжело опустилась на колени перед ним, провела рукой по шее, пытаясь нащупать пульс.

— Да жив он, жив! — Бог-отступник зло сплюнул на пол. — Полудемона так легко не убить. Жаль, что снадобье пропало. Придется завершить начатое. Я не могу так рисковать.

Воздух вокруг нас тонко завибрировал, знаменуя рождение смертельного заклинания.

— Отойди, Тефна, — почти ласково попросил бог-отступник, и перед ним заполыхал мрачными багровыми отблесками огненный шар, соткавшийся из ниоткуда, — иначе заденет.

— Обойдешься! — Я обернулась, сжав кулаки и безуспешно пытаясь пробудить спящий браслет. — Его ты получишь только через мой труп!

— Вот как? — Марий нехорошо ухмыльнулся. — А ведь он не побоялся пожертвовать тобой, наверняка понимая, что не успеет разрубить нить моих чар прежде, чем они убьют тебя. Ну как, кошка? Легко ли тебе будет открыть круг, зная, что жизней про запас у тебя больше не осталось?

— Иди к демонам! — огрызнулась я. Встала и с вызовом подбоченилась напротив бога-отступника, хотя от резкого движения в голове жарко запульсировала боль, после чего повторила по слогам: — Его ты не получишь!

— Ну что же, тебе не привыкать щеголять опаленной шкуркой. — Марий страшно ощерился. — Получай, кошка!

Следующее мгновение растянулось в бесконечно мучительную вечность, вместившую в себя массу событий, хотя все уложилось всего в три удара сердца. Раз. Мир подернулся зыбкой дымкой превращения, ткань платья уже затрещала, готовясь выпустить гибкое кошачье тело на свободу. Я не успевала добраться до Мария и разорвать ему горло, но не попробовать не имела права. Два. Сверху что-то грозно загрохотало. Краем глаза я заметила, как каменная стена рядом внезапно заалела, наливаясь внутренним жаром, и разлетелась жалящими острыми осколками, один из которых пребольно чиркнул меня по щеке, раздирая ее в кровь. Три. Бог-отступник почти неуловимым движением все же отправил в недолгий полет смертельные чары. Я не могла перехватить заклинание, но все же взмахнула рукой в тщетной попытке разбудить некстати уснувший браслет. Не получилось. Но когда чары почти достигли меня, почти ударили в грудь, сминая и отбрасывая от беззащитного Рикки, тот очнулся. Я не знаю, как у него это получилось. Ни человек, ни нечисть не способны на такую скорость. Но вдруг оказалось, что он уже стоит передо мной, без малейших усилий удерживая вытянутыми перед собой руками огненный шар бога-отступника.

— Получай! — низким грубым голосом выкрикнул Рикки, отправляя шар обратно к его создателю.

— Нет!

В восклицании слилось сразу несколько голосов. Из пролома в стене внезапно вылетела ярко-зеленая молния. Воздух затрещал от чужого колдовства, когда она столкнулась с шаром, отбивая его далеко в сторону. Заклинание Мария ударило в потолок, где взорвалось, обдав нас новым дождем из каменных осколков. Я присела и прикрыла голову руками, пытаясь уберечься от ран. Рикки резко и грубо вздернул меня на ноги. Одной рукой прижал к себе, да так, что я невольно задохнулась от его крепкой хватки. Вокруг нас замерцало голубоватыми бликами облако отражающего заклинания, защищающего нас от весьма крупных обломков.

Наконец все стихло. Рикки чуть разжал объятия, позволив мне краткий глоток воздуха, но не торопился отпустить меня полностью. Остатки щита, выполнившего свою задачу, мелкими искрами осели нам под ноги. Юноша свободной правой рукой медленно вытащил из ножен меч, замер, напряженно прислушиваясь к воцарившейся тишине. Магический шар, чудом уцелевший после камнепада, переполошено метался в клубах черной пыли, силясь осветить всю пещеру, но роняя вокруг лишь тусклые багровые искры. Видимо, он сам пострадал в результате удара камнем, и пещера погрузилась в мрачную красноватую полутьму.

— Все живы?

При звуках этого голоса я приглушенно выругалась. Шерьян! Как же некстати! И каким образом, хотелось бы знать, он преодолел стену, зачарованную богом-отступником?

«Глупышка, — негромко рассмеялся внутренний голос. — Вспомни, о чем думала, когда лезла в подземелье по земляному ходу».

Я зло цыкнула. Ну конечно же! Как я раньше не подумала о такой возможности? Наверняка Шерьян как свои десять пальцев знает все потайные ходы, ведущие в святилище. Не зря же он долгие годы занимал в иерархии храма далеко не последнюю ступень.

— Тефна, ты цела? — продолжил Шерьян. — И что у вас тут происходит? Рикки с тобой?

Юноша молчал. Я подняла голову и вздрогнула, заметив, что его глаза вновь стали абсолютно черными. Что это значит? Неужели демон окончательно поборол своего хозяина и вырвался на свободу? Но почему тогда он защищает меня?

Каменная крошка захрустела под чьими-то осторожными шагами. Из пролома вывалилось еще несколько валунов. Видимо, Шерьян торопился прийти к нам на помощь.

Рикки наклонился ко мне. Почти прикоснулся губами к моему уху, от чего у меня по коже побежали горячие мурашки.

— Пусть он остановится, — прошептал он. — Прикажи ему. Меня он не послушается.

Определенный резон в словах пасынка был. Шерьян наверняка видел тела храмовников, пока добрался сюда, а значит, уверен, что его сын больше не контролирует демона. Вероятно, именно поэтому он и отбил заклинание. В полутьме не узнал Мария и решил, что Рикки готовится совершить еще одно убийство.

— Шерьян, стой! — громко выкрикнула я, постаравшись, чтобы это прозвучало как можно более уверенно. — Ни шага вперед!

— Почему? — удивленно спросил Шерьян, но, хвала всем богам, из пролома в стене больше не доносилось ни звука. Видимо, храмовник, в самом деле, в кои-то веки решил прислушаться к моим словам. И тут же, встревожено: — Ты не пострадала?

— Со мной все в порядке, — ответила я, с некоторым изумлением наблюдая за действиями Рикки. Тот приложил палец к губам, призывая меня к тишине, отстранился и растаял в полумраке. Это еще что за дела? И куда, интересно, он направился? На поиски бога-отступника, исчезнувшего после несвоевременного вмешательства Шерьяна, или же… Или же он собирается устранить отца как досадливую помеху.

— Что с Рикки? — В интонациях Шерьяна послышалась тревога. — Он… Он еще человек?

— Не совсем, — честно отозвалась я и тут же пожалела о своей откровенности. Со стороны пролома в стене вновь раздался грохот камней. Видимо, услышав такую новость, храмовник напрочь забыл о моем предупреждении и поспешил мне на подмогу.

— Осторожнее! — встревожено пробасил голос Аджея, мудро оставшегося за пределами святилища. — Дружище, ты там поаккурат…

Завершить фразу приятель не успел. Багровую пульсирующую тьму пещеры внезапно разорвало множество атакующих заклинаний. Я испуганно всхлипнула, отпрянула к ближайшей стене, едва не споткнувшись о луч круга мертвых, и изо всех сил прижалась к ней спиной. Но целью нападения стала не я. Видимо, бог-отступник задумал расправиться с ненужными свидетелями, невольно спасшими ему жизнь, поэтому все свое внимание обратил на пролом в стене. Сначала веер зеленоватых звезд, от которых пахнуло сыростью и какой-то болотной тиной, разрезал полумрак на тонкие полосы. Затем на стену обрушился вихрь живого огня. Я стояла достаточно далеко от того места, но все равно ощутила, как по коже пробежала жаркая волна. Святые отступники! Бог-отступник действительно умеет держать слово. Пообещал, что уничтожит Шерьяна и Аджея, если они осмелятся последовать за нами в святилище, и, кажется, сделал это. Но… Неужели Шерьян на самом деле погиб?..

— Шерьян? — После рева смертельных чар мой голос прозвучал тихо и особенно жалко. Я всхлипнула, не веря, не смея поверить, что все закончится так глупо и страшно. — Шерьян, ты жив?

Молчание было мне ответом. Страшное, жуткое, вязкое в своей безнадежности.