Возвращение воина - Макгрегор Кинли - Страница 54

Неужели это Кристиан с их армией?

Но не успела эта мысль оформиться в ее голове, как она услышала непонятный звук — какой-то странный свист.

— Стрелы! — крикнул один из рыцарей за секунду до того, как одна из них вонзилась ему в сердце.

Шикнув, Люциан схватил ее и, втолкнув в шатер, увлек за собой на пол.

— Что происходит? — спросила она.

— Не знаю, моя королева. Не знаю.

Снаружи до нее донеслись голоса мужчин, отрывистые команды, в то время как на лагерь снова обрушился дождь из стрел. Три из них залетели в шатер, приземлившись в опасной близости от них.

Топот копыт все приближался, пока она не поняла, что враги уже в лагере. Свиста стрел больше не было слышно, а на смену ему пришли шум сражения и лязганье мечей. Все в ней сжалось от страха.

— Нам надо бежать, — сказала она Люциану. Это была их единственная надежда.

Выхватив у него из-за пояса кинжал, Адара прорезала щель в задней стене шатра и увидела, что они окружены.

Прикусив губу, она поняла, что у них нет другого выбора. Нужно добраться до лошадей и ускакать прочь отсюда. Она выскочила из шатра — Люциан не отставал от нее ни на шаг — и побежала так быстро, как только могла, принимая во внимание ее положение. Вокруг, куда ни глянь, сражались и падали замертво люди.

Добравшись до самодельного стойла, она поняла, что всех лошадей отвязали. Рассерженная и испуганная, она повернулась… и столкнулась лицом к лицу с мужчиной на огромном вороном жеребце.

Взглянув в его лицо, Адара почувствовала, как у нее упало сердце.

Это был Селвин. Его черные глаза-бусинки пристально смотрели на нее сквозь прорези в шлеме, в то время как он смеялся над ней. Он снял шлем, открыв ее взору ухмылку, с которой он окинул взором ее тело.

— Значит, ты таки нашла своего принца, — сухо молвил он. — Хорошо. Мы позаботимся, чтобы он был рядом, когда мы будем вырезать его семя из твоего брюха. Хватайте ее!

Глава 17

— Что-то здесь не так, — молвил Кристиан, обозрев высившиеся горы и не увидев никаких признаков вражеской армии, которая, как они подозревали, будет поджидать их. К этому времени уже должен был раздаться какой-нибудь клич или мелькнуть отблеск солнца на доспехах…

Хоть что-то.

Но ничто не обнаруживало присутствия врагов. Казалось, будто их здесь нет.

— Ты что-нибудь видишь? — спросил Йоан. Кристиан помотал головой:

— В том-то вся беда. Здесь… — Он осекся. Чувство обреченности охватило его. Почему он раньше об этом не подумал?

— Фантом! — крикнул он, подождав, пока тот поравняется с ним. — Как хорошо ты знаешь Селвина?

Тот пожал плечами:

— С тех пор как он убил моего отца, нас связывали не слишком дружеские отношения. А что?

Кристиан пропустил мимо ушей как его вопрос, так и его сарказм.

— Есть ли здесь какое-нибудь другое место, где они могут поджидать нас? Другая, более выгодная для них позиция?

Фантом покачал головой:

— Это место — самое подходящее.

— Да. Единственно подходящее. Кристиан выругался.

— Почему ты сердишься? — поинтересовался Йоан.

— Потому что он знал, что это единственное место, где можно на нас напасть.

На лице Сокола появилось озадаченное выражение.

— И он не сидит здесь, полный решимости убить нас… На лице Фантома, точно в зеркале, отразился ужас, который испытывал Кристиан.

— Ты же не думаешь, что он?..

— Да, кузен, думаю.

— Что? — в один голос спросили Йоан с Соколом.

— Что нужно сделать, чтобы выиграть партию в шахматы? — спросил их Кристиан.

— Захватить королеву, — сказал Сокол, в то время как Йоан выругался, поняв наконец, чего боялся Кристиан.

У Йоана сделался такой вид, будто ему нехорошо.

— Ты ведь не думаешь, что они подождали, пока мы уйдем, а потом набросились на Адару?

Кристиан не стал отвечать. Развернув коня, он пришпорил его и поскакал обратно в лагерь. Он был уверен, что они именно так и поступили. Сердце его колотилось, в то время как страх разрастался в его душе до невероятных размеров.

Он должен вернуться к Адаре.

— Пожалуйста, Господи, сделай так, чтобы я ошибся! — шептал он снова и снова, несясь во весь опор обратно в лагерь.

Впервые с тех пор, как он был мальчишкой, он молился. Он бормотал все молитвы, которые знал, подгоняя лошадь, которая летела по скалистой местности.

Но эти молитвы застряли у него в горле, когда он подъехал к лагерю и увидел тела своих поверженных людей. Они лежали, разбросанные по земле, точно никому не нужные куклы. Кристиан запрокинул голову и заорал от боли и ярости при виде этого зрелища.

Не дожидаясь, когда лошадь остановится, он соскочил на землю и бросился к шатру, где недавно оставил свою спящую жену.

Он был пуст. Адара исчезла без следа.

— Проклятие! — крикнул он, в то время как боль разрывала его сердце на части. Как он мог быть таким идиотом?

Выйдя из шатра, он увидел, как Йоан, Коррин и Фантом остановили лошадей посреди кровавой бойни и спешились.

— Она исчезла? — спросил Фантом сердитым голосом. — Да.

Почувствовав, как к горлу подступила тошнота, Кристиан опустил глаза и увидел распростертое на земле тело мужчины, одетого в ярко-желтую безрукавку.

Люциан.

Кристиан бросился к шуту, терзаясь из-за того, что тот был предан своей королеве до самого конца. Бедный Люциан. Лицо его было залито кровью от побоев, и по его ранам было видно, что он доблестно сражался, чтобы спасти ее.

Кристиан был совершенно уверен, что он мертв. Но шут все еще дышал, хотя и совсем слабо.

— Принеси воды! — крикнул он Коррин, осознав это.

Коррин побежала выполнять его поручение, а Кристиан тем временем осторожно поднял шута и отнес его в шатер. Он положил его на походную кровать.

Закашлявшись, Люциан разомкнул веки.

— Кристиан! — В первый раз за все время Люциан назвал его по имени.

— Да, друг мой. Лежи спокойно. Взгляд Люциана был исполнен муки.

— Они забрали ее. Я пытался остановить их, но…

— Я знаю, Люциан. Ты не виноват. Это я оставил ее здесь без защиты.

К ним присоединилась Коррин, неся бурдюк с водой. Кристиан помог Люциану сделать глоток, а потом повернулся к Йоану, который стоял за его спиной:

— Собирай армию заново. Мы двинемся на них…

— Нет! — выпалил Люциан, поперхнувшись водой. Он оттолкнул бурдюк от своих губ. — Селвин оставил меня в живых только для того, чтобы я сказал тебе, что, если твоя армия тотчас не отступит, он убьет Адару.

Фантом презрительно усмехнулся.

— Даже если мы отступим, он все равно убьет ее, — зловеще молвил он.

Мысли путались в голове Кристиана, пока он прикидывал возможные варианты.

— Он сказал что-нибудь еще, Люциан?

— Он хочет, чтобы ты сдался ему. Твоя армия должна отступить, и в течение трех дней, считая с сегодняшнего, ты должен отправиться один в аббатство Святого Себастьяна и сдаться ему. Он оставил людей, чтобы те наблюдали за нами, и если до наступления ночи ты не отправишься в аббатство, а армия не отступит от их границ, Адара умрет.

Фантом с Йоаном разразились проклятиями, пока Кристиан обдумывал это дело. Должно же быть какое-то решение!

— Я за то, чтобы мы продолжили поход, — заявил Фантом. — Какие у нас гарантии, что она жива? Селвин — коварный ублюдок, и не исключено, что он уже убил ее.

Кристиан не был в этом так уверен.

— Адара нужна ему, чтобы править ее народом и чтобы подвести законные основания под притязания его сына на королевский престол. Учитывая это, я сомневаюсь, что он убил ее.

— Тогда что же нам делать? — спросил Йоан. — По мне, так нет ничего хуже, чем находиться в заложниках.

Поднявшись на ноги, Кристиан дал волю своим путаным мыслям, чувствуя, как в его голове начинает складываться некий план.

— У нас мало выбора. Мы должны либо найти Адару, прежде чем она доберется до города, либо суметь вырвать ее из их лап, прежде чем они причинят ей вред.