Игры богов(СИ) - Абердин Александр М. - Страница 170

Сосновский Нуменор за эти два с половиной года сделался закрытым неформальным молодёжным клубом и хотя число нуменорцев увеличилось весьма незначительно, качественно изменилась экипировка его членов, а бесконечная ролевая игра сделалась ещё интереснее, но теперь война в нём шла не против Саурона и Сарумана, а против Голониуса и Миравера. Воэн по прежнему оставался мастером игры, но теперь у него было трое помощников — мастер мечей король Валарестон, мастер стрел Леголас и мастер магии принцесса Нолвиэль. Андрей очень сдружился с двумя юношами и девушкой и сделался частым гостем на Кутузовском. Ну, а поскольку он закончил историко-философский факультет МГУ, то в первую очередь покорил Вилваринэ тем, что читал работы Ирины Талановой, матери Валеры, а её саму считал выдающимся историком. Причём сдружился он с эльдамирцами настолько, что Талионон вытащил в Сосновку Масашико и тот целых три месяца учил нуменорцев стрельбе из лука, бою на мечах и боевым единоборствам без оружия. Фёдор Денисов тоже не оставался в стороне и мало-помалу помогал нуменорцам устроиться в жизни, находя им хорошую работу или помогая поставить свой собственный бизнес. Его всегда интересовало окружение сына.

Теперь у Андрея была своя фирма и он занимался поставками в Россию компьютерных комплектующих, а также сборкой и продажей компьютеров, но куда больше его всё же интересовала история и особенно та её часть, которая изучала развитие воинского дела и холодного оружия. Самая большая его мечта, но, увы, несбыточная, было перенестись в эпоху средневековья и стать кондотьером. Даже на арбалеты он смотрел неодобрительно и выше всего ставил умение сражаться на мечах в ближнем бою и не только на них одних. Ну, а поскольку он жил в конце двадцатого века, то его уделом было одно только историческое фехтование и Сосновский Нуменор, в котором он жил по-настоящему полной и интересной жизнью. Своим самым счастливым днём Андрей считал день своего тридцатитрёхлетия, когда ему подарили настоящий итальянский полудоспех, изготовленный в Милане в середине пятнадцатого века, сверкающее позолотой, узорчатое воронёное чудо с шлемом-барбютом античного типа, коринфским барбютом, украшенным высоким гребнем с алым конским волосом, как шлемы древних ахейцев. К полудоспеху прилагались также три эльфийских меча, боевой, турнирный и учебный, большой эльфийский сикил, а также щит высотой от пола до груди из того же металла, что и мечи и потому не такой уж и тяжелый, как того следовало ожидать.

Валарестон сначала хотел подарить своему другу эльфийский лёгкий доспех, который был на порядок легче и удобнее итальянского полудоспеха весившего два с лишним пуда, но был вынужден согласиться с дедом, что тогда ему будет очень трудно объяснить историку, откуда был привезён этот сверкающий панцирь. Андрей в тот день как надел на себя доспех, так и сидел в нём за столом весь вечер и снял его с себя лишь тогда, когда лёг спать в комнате для гостей. Наутро, ещё не умывшись, он уже снова рассматривал его и был немало поражен тем, что нашел на внутренней стороне имя мастера, выковавшего этот полудоспех, Джулиано Гоцци. О том, что это итальянское железо было куплено на аукционе за сто четырнадцать тысяч долларов парню никто не сказал, но он вскоре узнал об этом и сам, как и имя покупательницы, американской писательницы Барбары Декстер, жены дяди Валеры, которого все звали Сэнди. Как это, так и очень многое другое давно уже вызывало у Андрея множество вопросов, которые следовало задать даже не Анатолию Сергеевичу, деду Валерия, а именно этому юноше, заметно подросшему за два с половиной года и даже начавшему пользоваться бритвой.

Поговорить об этом он хотел с конца прошедшего лета, когда узнал, что ему был сделан такой дорогой подарок, но терпел до середины февраля месяца следующего года. Наконец, наступил предел его терпению и случилось это после того, как узнал кое-что о таинственном клане ниндзя и о его предводителе, загадочном Сикоми-дзуэ, держащем в своём кулаке всех главарей якудза, человеке с тысячью лицами. С утра он созвонился по сотовому телефону с Викой и Вовчиком и предложил им встретиться в три часа дня в пиццерии на Кутузовском, где и рассказал им о своих подозрениях, которые в общем-то сводились к тому, что Королёвы люди не от мира сего и, явно, обладают магическими знаниями, как и их многочисленные друзья в России и за рубежом, а их друг Валар не иначе, как настоящий король или в крайнем случае наследный принц в изгнании, так как все слушаются его беспрекословно и с каким-то просто невероятным для обычных, непосвящённых в тайну, людей, энтузиазмом. Ещё Андрей высказал предположение, что Королёвы не земляне, хотя людей добрее, честнее и лучше их он ещё никогда не встречал. Смысл же его заявления сводился только к одному, встретиться с Валаром и попросить того, чтобы он рассказал им всю правду. Вика, выслушав своего друга, на которого она в последнее время всё чаще стала посматривать несколько иначе, а точнее так, как женщина смотрит на мужчину, бесцельно ковыряя вилкой свою пиццу, вздохнула и честно призналась:

— Воэн, честно говоря, я тоже об этом думала не раз. Ну, не может столько благородства взяться в людях просто так, от балды. Это может быть только результатом жизни в особой среде, воспитания, крови, наконец, но никак не того, что они сами сделали себя такими. Вон моя бабка, тоже профессорша, кстати, доктор юридических наук, когда-то преподавала в высшей партшколе, а в кого превратилась? В пьяницу и старую мегеру, которая выгнала из дому единственную внучку.

— Ага, а теперь умоляет простить её. — Одёрнул Вику Вовчик и сказал тихим голосом, почти шепотом — Андрей, я тоже кое-что знаю о друзьях деда Толи. Понимаешь, мой отец работал раньше в КГБ, а потом в ФСК и только четыре года назад стал банкиром, но у него сохранились связи в ФСБ и он как-то попросил своих друганов пробить этих Яри. Ну так вот, его дружки, услышав про них, сразу же задрали лапы в гору и сказали, что с этими ребятами лучше не ссориться и тем более не пытаться копать под них, особенно под их босса, всемогущего Масашико, но если эти Яри предлагают ему какую-то сделку, то он может работать с ними на раз, мол они ещё никого не подставляли. Вот я и думаю, а не наш ли это сенсей, которого дед Толя привозил в Сосновку? В общем я за, Андрей, и если ты тоже, Викуся, то я звякну Вэлу и попрошу его заскочить к нам на огонёк. Заодно съедим ещё по одной пицце. — Вика поморщилась и отодвинула от себя тарелку со съеденной наполовину пиццей, а Вовчик, поднося к уху телефон, перебросил её на свою тарелку и через несколько секунд сказал:

— Валар, мы тут засели в нашей пиццерии, ждём тебя. Если можешь, подходи. Ага, ждём, всё замётано, заказываю тебе пеппероню, молочный коктейль и большой капучино, в овощной бар сам слазаешь. Хорошо, ждём тебя через десять минут.

Официантка убрала со стола и с улыбкой приняла ещё один заказ. Она хорошо знала эту компанию и их вкусы. Поэтому когда Валера подошел к столу, его уже ждала горячая пицца и ему осталось только сходить к овощному бару, чтобы взять бобов и спаржи. На пару с Вовчиком они взялись за свои большие порции пиццы, Андрей, чтобы не выбиваться из темы, заказал себе лозанью, а Вика пила за компанию с друзьями капучино. Несколько минут они молчали, пока Андрей тихим голосом не задал главного вопроса:

— Валарестон, ты действительно король Эльдамира и находишься на Земле в изгнании? Если да, то мы хотим служить тебе.

Вопрос Андрея не застал короля Валарестона врасплох. Последнее время он только и жил ожиданием того дня, когда по расчётам Сэнди друзья сами спросят его о том, кто же он такой на самом деле. Наконец этот день наступил и потому он тотчас радостно заулыбался, несколько раз кивнул головой и шепотом ответил:

— Ребята, всё так и есть, только мы здесь не в изгнании, но обо всё я расскажу вам не здесь, а в другом месте. Вот только доем пиццу. Вы, как, потерпите ещё немного?

Вика подалась вперёд и спросила:

— А где находится твоё королевство Эльдамир?