Игры богов(СИ) - Абердин Александр М. - Страница 169

— Ну, тут даже и гадать не нужно, Валар. Разумеется учебный, хотя по весу и балансировке они практически неотличимы. — Ответил Андрей и прибавил — И всё же это всё похоже на какую-то магию, а не на медитацию, хотя может быть медитация как раз и есть та самая магия, о которой всё время говорят люди. Но знаешь, Валар, всё-таки больше всего меня поразило другое. Ты говорил, что твоим сенсеем был Масашико Яри, то есть японец, а нас учил практически европейской системе боя на мечах. Последнее время я занимаюсь кендзюцу и могу отличить одно от другого.

Валера мысленно чертыхнулся, но нашелся и ответил:

— Воэн, Масашико Яри глава клана японских ниндзя, а они к твоему сведению, используют все боевые стили, в том числе и прекрасно освоили школу европейского фехтования, но и её они изменили на свой собственный лад. Маса говорит, что довели до ума и я с ним полностью согласен. Представь себе, ниндзя даже из пистолетов стреляют особым образом, не так, как обычные бойцы спецназа. Так что там с обедом, нас действительно здесь покормят?

В столовой для всех нуменорцев, а их было больше двухсот человек, приготовили вкусный и обильный обед, после которого все остальные ролевики тотчас накинулись на Валарестона с требованием научить и их обращаться с мечом и он, посмотрев на кивок Андрея, согласился. Так что ни о каком стрелковом турнире уже не могло идти и речи. С часа дня и до пятнадцати тридцати юный король учил толкиенистов сражаться на мечах, после чего было устроено массовое побоище, которое Андрей назвал вольным дрыномашеством. Даже при такой методике обучения нужно было заниматься фехтованием не менее двух лет по четыре раза в неделю, чтобы стать хорошим мастером, но и одного занятия вполне хватало для того, чтобы человек научился хотя бы держать меч в руках и наносить им удар по противнику, равно как и отражать его удары, пусть и самыми простыми способами. В шестнадцать тридцать все стали собирать палатки и не смотря на то, что в это воскресенье никто так и не обсудил между собой будущую игру, ролевики покидали Сосновку довольными, хотя и изрядно уставшими.

Андрей, посадив в свою девятку четверых нуменорцев, уехал первым, остальные пошли к станции, а Вовчик предложил Вике и своему однокласснику подождать машину, которую выслал за ним его отец. Вскоре приехал шестисотый "Мерседес" чёрного цвета и они, забравшись на заднее сиденье, поехали в Москву. Узнав о том, что Вике предстоит сегодня вечером переезжать на новую квартиру в соседнем с ним доме, Вовчик тотчас позвонил из машины отцу, быстро высказал ему довольно жестким тоном свои требования и через пару минут довольным голосом сказал:

— Всё, Викуля, папик щас вышлет к твоему дому микроавтобус.

Вика сердито шикнула на паренька:

— Настучать бы тебе по голове за такую борзоту, Вован. Отец для него стареется, делает всё, что только в его силах, а ты просто какое-то животное и в трубку лаял, точно собака дикая. Немедленно позвони отцу и извинись перед ним.

Валарестон, толкнув приятеля локтем в бок, прибавил:

— А то я точно настучу тебе по голове на перемене. Твоего телохранителя ведь в лицее не будет.

Широкоплечий парень, сидевший впереди, повернулся и сказал:

— Твой друг правду говорит, Володя, меня в школу действительно не пускают и я просто поражаюсь, как Фёдор Викторович всё это терпит. Ты ведь просто изводишь его своей вредностью.

— А он не изводит меня своей занятостью? — Взвился Вовчик, но, получив ещё один удар локтем в бок, сник и пробурчал — Ладно, давай трубу, извинюсь — Взяв трубку в руку, он громко шмыгнул носом и довольно громко сказал — Пап, ты меня того, прости, что я рычу на тебя, как цепной пёс, и приезжай сегодня пораньше, если сможешь. Мне тебе столько всего рассказать нужно. Ну, пожалуйста. — После небольшой паузы он сказал уже потише — Пап, я тебя тоже очень люблю.

— Ну, вот, можешь ведь говорить с отцом нормальным тоном и без всех этих дурацких словечек. — Весело сказала Вика.

Телохранитель снова повернулся и сказал им:

— Если бы вы, ребята, Володю ещё и по математике с физикой и русскому языку подтянули, вам бы вообще цены не было. Он ведь умный парень, только заниматься не любит.

Вика улыбнулась и ответила:

— Ну, это я запросто.

Валарестон приуныл и сказал:

— А вот с меня учитель никакой, я ведь учебники только на уроках и просматриваю, а домашнее задание на перемене делаю, да, и дома я почти не бываю, только вечером прихожу.

— Интересное дело, а где же ты тогда после школы пропадаешь до самого вечера? — Поинтересовалась Вика.

Валера улыбнулся и ответил уклончиво:

— Ну, есть у меня ещё кое-какие семейные дела, от которых я никак не могу отказаться.

Девушка, которая так и не сняла с себя эльфийский наряд, одобрительно кивнула головой и сказала:

— Семейные дела это святое. Наверное ухаживаешь за кем-либо?

— Не то что бы ухаживаю, как сиделка, но, да, что-то именно вроде этого. — Ещё более уклончиво сказал Валера и прибавил — И сделать это могу только я, зато вечерами или в воскресенье меня можно легко застать дома. Всю субботу я тоже занят с утра и до самого вечера.

Вовчик покрутил головой и спросил:

— Когда же ты оттягиваешься, Вэл? Так ведь и надорваться недолго. Утром в бурсу, после бурсы на пахоту до самой ночи, выходной только по воскресеньям. С ума сойти можно.

— Ну, так я же не мешки с углём ворочаю, Вовчик, так общаюсь кое с кем, о ком я не хочу говорить, и не более того. — Успокоил приятеля Валера, хотя и считал, что лучше бы он ворочал мешки с углем, чем по семь, восемь часов кряду сидеть в кресле и беседовать с хинасардами, которые иной раз просто убивали его своей поразительной наивностью и бестолковостью.

Вскоре они подъехали к дому Вики. Возле подъезда уже стоял микроавтобус, а в нём сидела её мама и с грустью смотрела на несколько чемоданов и картонных коробок. Девушка позвонила своей матери из машины ещё на подъезде к Москве и сказала, что внизу ту ждёт микроавтобус. Валера и Вовчик немедленно пересели в микроавтобус и через час с небольшим Вика и её мама уже осматривали своё новое жильё, а оба приятеля поджидали их в квартире семейства Королёвых к ужину. Валера сразу же потащил Вовчика в свою комнату. Увидев на стене в комнате своего одноклассника большой плакат, на котором была изображена девушка скачущая верхом на чёрной лошади, Вовчик восторженно воскликнул:

— А меня есть кассета с этим фильмом! Классная киношка!

Валера улыбнулся и, указывая на девушку, сказал:

— Это моя мама, Вовчик. Она сыграла всего одну роль в кино и сразу получила за неё Оскара. Хочешь, я покажу тебе фотки с той церемонии и на съёмочной площадке? Их у меня целых три альбома. Вскоре в дверь комнаты Валеры постучала Вика и пока Вилваринэ как с помощью магии, так и посредством своего обаяния внушала молодой женщине, матери юного хакера и надежды всего Серебряного Ожерелья не исполнилось ещё тридцати четырёх лет, мысль о том, что эта пятикомнатная, полностью обставленная квартира с евроремонтом, отныне является её самой надёжной крепостью, трое друзей рассматривали альбомы с фотографиями, сделанными больше двадцати лет назад. Когда же в квартиру поднялись Ирина и Вилваринэ, Валера зычно скомандовал своему деду, Сэнди и Варнону, которые расписывали пульку в столовой, шутливую команду: — "Рота, подъём! Выходи строиться на хозработы!" и мужчины снесли вниз три компьютера, один из которых был жутко дорогущим и представлял из себя самое настоящее чудо современной компьютерной техники. Для железа уже была подготовлена отдельная комната с кондиционером и специальными столами и когда компьютеры были поставлены на них, самой большой сложностью стало оттащить от них Вику и отвести в столовую, где Вилваринэ и её мать уже накрывали стол к ужину.

Два с половиной года жизни в Москве промелькнули для Валарестона, как один день и тому было только одно объяснение, ведь каждый день был до краёв заполнен интересными делами, важными событиями и различными открытиями. Вика за это время закончила школу, поступила в Бауманку и перешла на второй курс, Валера и Вовчик должны были закончить в девяносто седьмом году девятый класс, причём сын банкира стал к тому времени круглым отличником, а юный король мог запросто схлопотать и пару, Ирина Сергеевна работала в банке Фёдора Викторовича Денисова главным бухгалтером и между ними завязался пусть и не бурный, но зато очень прочный служебный роман и теперь Королёвы, Денисовы и Сергеевы дружили семьями. Причём дружба эта была настолько прочной, что в каждой квартире появились дополнительные спальные места и было трудно даже угадать, где останутся ночевать младшие члены этих семей. Везде им были рады. Отец Вовчика, который, наконец, обрёл в своём банке, одном из крупнейших в Москве, надёжную правую руку в лице главного бухгалтера, стал теперь приходить домой гораздо раньше и у него, наконец, появились выходные, и как раз вместе с ними новая сердечная привязанность.