- Стадник Оксана Олеговна - Страница 44

   - Ты хоть знаешь, сколько я ждал этого момента? - злобно прошипел Дэйси, крепче стискивая барда за воротник и подтаскивая его чуть ли вплотную к своему лицу. - Я еще три года назад решил, что сделаю из тебя свою первую окимму, боялся, что кто-нибудь меня опередит, пытался представить, что из тебя получится. И ты хочешь сказать, что я не могу тебя забрать?! - салум повторно впечатал певца в стену.

   Айрел кашлянул, в очередной раз расставаясь с воздухом. "Может быть, он отвяжется, если дать ему автограф?" - мелькнула в голове издевательская мысль. Предпочел ее не озвучивать - вот в этот раз уж точно от ёрничанья следовало воздержаться. Если б только это могло решить проблему...

   - И что же мне теперь делать?! - подрагивающая злая улыбочка. - Искать сырье не меньшей ценности, чем был ты. Ой, беда-беда, - мужчина понизил голос, сбиваясь до шепота. - Думаешь, это так просто?! - вдруг рявкнул он, вздергивая барда за шиворот и провозя его спиной вверх по стене. Многострадальная рубашка трещала и грозилась расползтись по швам от такого обращения. - Может быть, у тебя есть идеи, где мне такое найти?! Ну так скажи, я весь во внимании!

   Айрел смотрел Дэйси в глаза и четко осознавал, что, если он так и будет сидеть, ничего не делая, то его жизнь и карьера трагически прервутся в течение следующих нескольких минут.

   - Покажите разрешение, подписанное господином Эллентизом, - выдавил он, стараясь звучать твердо. - О том, что вам можно находиться на территории гильдии.

   Салум замер и недоуменно моргнул. Такой поворот беседы сбил его с толку. Воспользовавшись замешательством противника, бард изловчился и изо всех сил оттолкнул его ногой в грудь. Снова послышался треск рвущейся ткани, ознаменовавший окончательную гибель рубашки - мужчина утащил за собой нехилый ее кусок. Его откинуло назад, однако равновесие он удержал. Айрел, прежде находившийся в полуподвешенном состоянии, лишившись поддержки вражеской руки, плюхнулся на кровать. Что ж, ему всё равно больше нечего противопоставить салуму... Лютня возникла мгновенно.

   - Обидно будет, если эта штука не поможет, - подумал бард, ударяя по струнам прежде, чем Дэйси снова успел до него добраться.

   Это был самый обычный "трям". Не последовало ни вспышек, ни взрывов, ни чего-то еще, на что рассчитывал Айрел. Просто "трям".

   Струны мелко дрожали, постепенно успокаиваясь. Под умирающие звуки бард, не почувствовавший ничего необычного, с ужасом смотрел на противника, уверенный, что вот теперь-то ему точно конец.

   Салум почему-то остановился и вдруг пошатнулся. Певец с удивлением увидел, как из его носа протянулись две темные дорожки. Дэйси неуверенно поднес ладонь к лицу и провел ей по губам. С недоумением уставился на свои окровавленные пальцы.

   Внезапно взорвались оконные стекла и висевшее на стене зеркало. С грохотом обвалилась с потолка мгновенно растрескавшаяся штукатурка. В воздух взвились клубы пыли. Люди, инстинктивно пригнувшиеся при звуке взрыва, рискнули распрямиться. Произошедшее потрясло их обоих.

   Барда не задело ни шрапнелью стеклянных осколков, ни сколько-нибудь крупными кусками застывшей извести - разве что припорошило мелким мусором. Его противник же стоял с рассеченной скулой. Окровавленный и изрядно выбеленный известковой пылью, он выглядел весьма загробно.

   - Опа, - многообещающе проговорил Айрел, перехватывая лютню удобнее.

   Певцу начинала нравиться эта штука. Он косо хмыкнул и повторно занес руку, глядя на салума с нескрываемым злорадством.

   Тот, сообразив, что жертва намерена продолжить концерт, и что он не успеет ей в этом помешать, бросился к окну. Куда медленнее, чем мог бы: похоже, "трям" здорово подпортил ему координацию движений.

   - Си мажор! - мстительно процедил сквозь зубы музыкант, зажимая аккорд.

   Повторно провел по струнам. Звук получился чистым, глубоким, красивым - заслушаться можно. Дэйси не оценил. Споткнувшись, неуклюже шлепнулся на пол. Тут же с усилием поднялся, уцепился за подоконник, вскарабкался на него и прыгнул в окно. Айрел выждал несколько секунд, потом медленно встал с кровати, пересек комнату и осторожно выглянул на улицу. К немалому его огорчению трупа на земле не оказалось. Убедившись, что салум сбежал, бард убрал окимму и с глубоким вздохом облегчения опустился на пол. Ушибленная спина ныла, шея болела, голова кружилась, в нос лезла пыль. Пару раз чихнув, музыкант поднял глаза и критически оглядел царивший в комнате разгром. Что ж, вот теперь-то господину Эллентизу ремонта точно не избежать.

   - А мне отрежут руку, - мрачно подумал Айрел. - После этого можно даже не сомневаться.

   Поколебавшись лишь пару мгновений, он решительно встал, подошел к двери и запер ее на засов: такой шум не мог не привлечь к себе внимания, наверняка сюда уже бежит толпа народу. Решив, что времени у него практически нет, бард бросился к шкафу, распахнул его и схватил первую попавшуюся одежду: пару рубашек, какие-то штаны и теплый кафтан. Спешно запихал всё это в дорожную сумку на длинном ремне. Порывшись среди вещей, нашел спрятанный там кошель с деньгами - привык распределять средства так, чтоб в случае непредвиденных обстоятельств под рукой могла оказаться хотя бы их часть.

   В коридоре уже звучали встревоженные голоса. Айрел заторопился еще больше. Нахлобучил сапоги, кое-как отряхнув со стоп налипшую штукатурку. В дверь тревожно постучали. Бард, чуть посомневавшись, сорвал с себя остатки рубашки и схватил с полки новую. Натягивая ее на бегу, кинулся к своей верной лютне, с которой пересек всю страну вдоль и поперек, и с сожалением обнаружил, что та тоже не пережила атаки окиммы. Погладив на прощание треснувший бок, музыкант сгреб сумку и рванул к окну. На полдороги притормозил, развернулся и побежал к уже сотрясающейся под ударами двери. "Рион не виноват", - вывел он на ней куском штукатурки.

   - Айрел! Что происходит? Всё в порядке? Айрел, откройте! - кричали в коридоре. - Ломайте дверь! - это уже предназначалось кому-то другому.

   Бард подбежал к подоконнику, залез на него, стараясь не порезаться об усыпающие его стеклянные осколки, высунулся на улицу и огляделся, изучая расположение окон, водостоков и стыков кирпичей. Да, в силе и ловкости ему не сравниться с салумом, однако верхолазом он тоже был неплохим. Музыкант перекинул сумку через плечо, крепко уцепился за карниз и вылез наружу. До земли он добрался быстро и без проблем. Сверху слышались крики - похоже, дверь в его комнату таки высадили, привнесенные в интерьер изменения оценили. И кто-нибудь сейчас непременно выглянет в окно... Айрел со всех ног бросился к забору. Подпрыгнув, уцепился за край и, оттолкнувшись сапогом от немного выступающего из кладки камня, сумел подтянуться и забраться наверх. Поморщился от боли - удары о стену не прошли бесследно. Не дожидаясь, когда его заметят и стащат обратно, бард перекинул ноги на другую сторону преграды, свесился и, разжав пальцы, спрыгнул.

***

   Дэйси, тяжело дыша, ковылял по узкому переулку. Остановился и привалился боком к стене дома. Глубоко вздохнул, закрывая глаза. Его всего колотило, ноги подкашивались. Мужчина зашелся в приступе кашля и со злостью сплюнул кровь. Утер дрожащей ладонью рот и с трудом выпрямился. Побрел дальше.

   Улочка была грязной и пустынной. Гильдия бардов осталась далеко позади, салум рассчитывал, что возможная погоня его уже не найдет: в этой части города было такое переплетение закоулков, тупичков и проходных дворов, что затеряться здесь ничего не стоило. Однако через некоторое время Дэйси остановился и замер, словно к чему-то прислушиваясь. Резко развернулся, принимая боевую стойку, и напряженно скользнул взглядом по переулку, выискивая затаившегося преследователя. Вряд ли это бард решил добить его своей трынделкой, а с кем-нибудь другим, мужчина был уверен, он сможет справиться даже в таком состоянии. От стены одного из домов неторопливо отделился силуэт.