Мой единственный - Линдсей Джоанна - Страница 38

— Черта с два! Ты едва не откусила мне ухо. Неужели не помнишь?

— Ну, кто из нас преувеличивает? — фыркнула она.

— Ты пыталась, Джуэлс. Ты всегда дралась не на жизнь, а на смерть.

Джулия виновато покраснела.

— Ты был слишком силен для меня. У меня не было другого способа отбиться.

— Тебе вообще не нужно было отбиваться, — раздраженно заметил он.

— Ты ранил мои чувства, — прошептала она. Нижняя губа у нее задрожала, глаза снова заволокло слезами. — При каждой встрече. Я была далеко не так остра на язык, вот и мстила как могла.

— Господи милостивый, ты плачешь?

Она отвернулась:

— Проваливай!

Но он не ушел. Она услышала, как он идет к ней. И встал так близко, что она ощутила его запах… прежде чем почувствовать его руки на своих плечах. Это переполнило чашу ее терпения. Она снова повернулась, пытаясь ударить его в грудь кулаками. Он крепко обхватил ее, и, как ни странно, она обрадовалась этому прикосновению. Неужели он действительно пытался ее утешить?

От этой мысли она заплакала еще громче, прерывисто всхлипывая и не пытаясь остановиться. Вскоре его рубашка промокла от ее слез. Как давно она не плакала на чьем-то плече! Правда, за эти годы она много раз рыдала на груди отца, но он ничего не замечал, потому что был не в себе.

Воспоминания об этом вызвали новый поток слез.

— Не нужно, — тихо попросил Ричард, гладя ее по голове. Но добился этим только того, что половина шпилек рассыпалась по полу, а волосы упали на плечи.

Теперь он пропускал пальцы сквозь мягкие пряди, отчего вылетели последние шпильки.

— Пожалуйста, не нужно, — повторил Ричард, целуя ее в лоб. Дважды. И так нежно…

Его утешения творили чудеса. Но почему он вдруг пожелал успокоить ее? Чувство вины? Или он тоже ищет утешения после тяжких испытаний? Он мужчина. И возможно, не позволит себе такую роскошь, как слезы, но она все равно обняла его: на случай, если он в этом нуждается.

Его легкие прикосновения также творили чудеса, но несколько иного рода. Одна рука — в ее волосах, другая — осторожно гладит по спине. Теперь он уже прижимал ее к себе. А она и не думала отодвигаться.

Он снова попытался вытереть ее щеку своей. Она слегка наклонила голову, и все получилось, и он вдруг стал целовать ее. Наверное, продолжал утешать. Но для нее это было нечто иное.

Ее слезы мгновенно высохли. Должно быть, потому, что по венам распространялся жар. Поцелуй был нежным и пробудил в ней невероятное волнение. Он был… романтичным, словно бережное введение в мир чувственности. Вот что случилось бы, выйди она замуж в восемнадцать лет. Но теперь она не позволит прошлому помешать ей.

Поцелуй стал немного крепче. Ричард провел языком по ее сомкнутым губам. Даже вкус его возбуждал Джулию. Она притянула его к себе. Он сжал ладонями ее лицо, придержал затылок, и по ее спине прошла дрожь.

Вдруг он отстранился и взглянул на нее. Его зеленые глаза горячо блестели и… вопрошали. О чем? Она не понимала… Дает ей шанс отказаться оттого, что происходит между ними?

Если это и шанс, то очень маленький. Следующий поцелуй получился более пылким и скрепил взаимное, хоть и безмолвное решение.

Он принялся расстегивать ей блузку. Она вытащила его рубашку из штанов. Оба двигались очень медленно, чтобы не прерывать поцелуя. Они не спешили… пока.

Желание все усиливалось. Но они смаковали его. Ее юбка сползла вниз. Его рука скользнула под панталоны и сжала упругую ягодицу, прежде чем он прижал ее к своим чреслам.

О Боже, медлить было невозможно! Она со стоном обвила руками его шею. Он поднял ее выше и положил ее ногу себе на бедро. Подражая ему, она сделала то же самое с другой. Он шагнул к кровати и осторожно положил Джулию на самый край. Но не лег рядом. Потому что был слишком занят, расстегивая рубашку и снимая брюки.

Она завороженно следила за каждым его движением. Каким мускулистым он стал! Бугры мышц, перевивших руки и ноги. Узкие бедра и широкие плечи. А волосы? Боже, его длинные волосы цвета воронова крыла, придающие ему вид дикаря!

Но Джулия замерла при виде выражения его глаз. В них светилось откровенное желание, словно он ждал ее целую вечность.

Может, ей это кажется?

Она могла наверняка сказать это о себе, но он?!

И все же, это желание во взгляде лишило ее дара речи. Задело какую-то струнку.

И она протянула ему руки.

Ричард со стоном сорвал с нее панталоны и стал стягивать сорочку. Тонкие бретельки упали с плеч. Ладони легли на ее грудь. К тому времени как он припал губами к соску, сорочка сползла вниз.

Она изо всех сил удерживала его в кольце рук. В кольце ног. Ощущения, которые он в ней пробуждал, поражали словно стрелами. Она словно обезумела и не могла лежать смирно: подталкивала его, извивалась, требовала…

И дождалась.

Напряженная мужская плоть все дальше проникала в нее. Счастливое осознание того, что Ричард знал, как утихомирить ее взбудораженные эмоции, помешало почувствовать короткую боль, прежде чем он наполнил ее до конца.

Поразительно! Как это чудесно — понимать, что он сейчас находится глубоко в ней!

Она затаила дыхание.

Но Ричард не двигался!

Прижал ее к кровати и не двигался.

Их губы снова слились.

Она не знала, какие потребности движут ею, но стала отчаянно целовать его. Безумно. Исступленно.

Так долго подавляемая страсть требовала разрядки.

Он наконец прервал поцелуй и, снова застонав, приподнялся и вонзился в нее. И больше ему ничего не пришлось делать. О Боже, наслаждение, захлестнувшее ее, было не сравнимо ни с чем, что ей довелось испытать до сих пор! Оно разлилось по телу, и каждый медленный выпад возносил ее на новые высоты.

Джулия изо всех сил вцепилась в него, желая, чтобы это никогда не кончалось.

Но все закончилось слишком быстро.

Она была смутно разочарована, что эти поразительные ощущения не продлились дольше.

Ричард запрокинул голову, застыл, как от боли, и выдохнул так громко, словно сдерживал торжествующий вопль, прежде чем, тяжело дыша, уронить голову на ее плечо.

И легонько поцеловал ее в шею, прежде чем обмякнуть.

А нежность, которая копилась в ней, была воистину поразительной…

Глава 31

Они немного пришли в себя, ровно настолько, чтобы Джулия поняла: она больше не хочет пререкаться с Ричардом. По крайней мере сегодня.

Они все еще лежали на кровати, только как-то умудрились вытянуться во весь рост. Оторвавшись от Джулии, Ричард подхватил ее на руки, уложил на подушки и сам лег рядом. Поцеловал ее плечико и обнял, словно желая удержать рядом.

По крайней мере он не покинул ее сразу, пока она ощущала странную, небывалую связь с ним. Сделай он это, и ей было бы очень больно.

Сейчас же их тела соприкасались, и никто не шевелился. Не шевелился очень долго.

Наконец она решила, что он заснул, прижавшись к ней, и это было чем-то вроде счастья. Она не знала, что сказать ему сейчас, после того, что они сделали. Боялась, что тема, которую она собиралась обсудить, окончательно разобьет их хрупкое перемирие. Собственно говоря, она даже не знала, перемирие ли это. Пусть сама Джулия растаяла и смягчилась, но она понятия не имела, как случившееся повлияло на Ричарда. Он рассердился после поцелуя на постоялом дворе, во всем винил ее. Но теперь их отношения так далеко зашли, что даже сравнивать смешно!

Она наконец узнала, что происходит между мужчиной и женщиной, и это было восхитительно! Но Джулия не стала обманывать себя, считая, будто не сможет испытать чего-то подобного с человеком, которого полюбит. Не только Ричард сумеет пробудить в ней желание! Пусть ее тянет к нему, пусть он даже ей нравится. Он мог бы стать для нее тем идеальным мужчиной, если бы они встретились при других обстоятельствах и не обзавелись длинной уродливой историей их брачного контракта.

И пока она не избавится от него, не найдет того, кто где-то ждет ее…