Мой единственный - Линдсей Джоанна - Страница 37

Но все же он был сбит с толку. Даже если Эйбел Кантел устыдился своего поступка и понял, что преступил закон, вряд ли ему известно, кто его друзья и как их найти!

— Мне все же хотелось бы знать, как… — начал он, но осекся, ошеломленно глядя на Джулию, появившуюся в дверном проеме. При виде ее он ощутил странную смесь гнева и желания. Она по-прежнему оставалась той вспыльчивой дикой кошкой, которую он помнил, но теперь в ее распоряжении было другое оружие. Черт побери, у этой женщины, соблазнительная фигура, и Ричард, к собственной досаде, сознавал, что хочет ее.

Но тут их глаза встретились, и верх взял гнев. Это она — причина неуемной алчности отца и всех его несчастий! А ведь в этот раз он едва остался жив!

Сейчас Ричард не сомневался, что это последний акт спектакля.

— Как… неожиданно! — язвительно хмыкнул он. — Надеялась на иной исход, Джуэлс?

— На что это ты намекаешь? — нахмурилась она.

— Конечно, при последней встрече мы немного увлеклись, — начал он, многозначительно оглядывая ее. — Но я, кажется, помню, как ты сказала, что хлопочешь о признании меня мертвым… если же ничего не выйдет, пообещала заплатить кому-нибудь за мое убийство. Не говори, что дала денег моему отцу и упросила сделать грязную работу за себя! — Игнорируя ее потрясенный взгляд, он злобно добавил: — Лучше не попадайся мне на глаза. Ничего бы этого не случилось, не будь тебя и твоих проклятых денег!

Она молча повернулась и исчезла.

Эта сцена была встречена абсолютно мертвенным молчанием.

Ричард неловко осмотрелся и натолкнулся на возмущенные взгляды друзей.

— Что за чертов осел! — пренебрежительно выговорил Джеймс.

Увиденное в глазах Габби разочарование побудило Ричарда начать оправдываться:

— И что? Вы понятия не имеете, какие у нас отношения! Она была бы в восторге, если бы на этот раз наказание отца достигло цели и я сдох бы в том трюме!

— Вообще-то, Ричард, я выслушала обе стороны и немного осведомлена о ваших детских распрях, — с отвращением поморщилась Габриэла. — И эти распри продолжались, потому что оба вы недостаточно повзрослели, чтобы все серьезно обсудить. Но будь вы оба мальчишками, поразбивали бы друг другу носы и посмеялись бы над этим, став взрослыми.

— Она сломала мне нос! — завопил Ричард, тыча пальцем в маленькую горбинку на переносице.

— Какая жалость! — вмешался Джеймс. — Я тешил себя мыслью, что это моя работа!

Не обращая на них внимания, Габриэла вновь принялась отчитывать Ричарда:

— Да, и потому, что ты не мог ответить тем же, тебе пришло в голову перекинуть ее через перила балкона, в результате чего она едва не погибла.

Ричард покраснел, стыдясь того, что и это ей известно. Но ему чертовски надоело получать увечья при каждой встрече с Джулией, которая не задумываясь пускала в ход ногти и зубы.

Однако Габриэла продолжала бередить его совесть:

— Мы понятия не имели, где искать тебя, Ричард, и если бы Джулия не пришла и не сообщила все, что узнала от твоего отца, ни за что бы тебя не нашли.

— Она говорила с моим отцом? — не поверил Ричард.

— Да, и именно она просила Джеймса спасти тебя. Ор и мы с Дрю отправились с ним на случай, если каким-то образом сумеем помочь. Похоже, чтобы эта женщина хотела твоей смерти?

— Кажется, я должен извиниться, — вздохнул Ричард.

— Ты так считаешь? — не удержался Джеймс.

Но Ричард, не потрудившись ответить, направился к двери.

— Прошу прощения, кажется, мне предстоит несколько неприятных минут.

Глава 30

Не успела Джулия захлопнуть за собой дверь своей каюты, как ее глаза наполнились слезами. Гнев и обида снова разрывали сердце.

Не в силах совладать с эмоциями, она снова почувствовала себя маленькой девочкой, беспомощной, слабой, неспособной победить, когда речь идет о нем. Как может Ричард быть таким злобным после того, что она сделала для него?

Джулия пыталась смахнуть слезы рукавом, но они все текли.

Она взяла полотенце с умывальника, чтобы вытереть лицо, но в этот момент где-то близко захлопали двери. Девушка оглянулась, уставилась на дверную ручку и бросилась запирать замок.

Слишком поздно. Дверь распахнулась.

— Так и думал, что ты окажешься в самой последней каюте из всех, что я обыскал, — пробормотал Ричард, переступая порог и захлопывая дверь.

Он не попросил разрешения войти. Как это на него похоже! И голос у него раздраженный. Но сейчас Джулия думала только о том, как бы скрыть слезы. Отвернувшись, она промокнула полотенцем глаза и щеки.

— Ты плакала? — с подозрением спросил он.

— Нет, — поспешно солгала она. — Я как раз умывалась, когда услышала шум в коридоре и хотела запереть замок.

Она наконец повернулась, но вместо язвительной улыбки увидела, как он краснеет. И он не выглядел так, словно перенес тяжкое испытание. Длинные черные волосы казались чистыми и были аккуратно связаны на затылке. Он успел переодеться в чистую широкую рубашку, которую заправил в черные узкие брюки, в свою очередь, заправленные в высокие, до колен, сапоги, правда, обшарпанные, поскольку он не вылезал из них целую неделю. Синяки на лице поблекли, и он снова был так красив, что она словно под гипнозом уставилась на него. И даже это взбесило ее.

— Полагаю, что должен извиниться перед тобой, — начал он.

— Ты так думаешь? — язвительно спросила она.

— Ты сейчас ужасно похожа на Джеймса Мэлори, — пожаловался Ричард.

У Джулии перехватило дыхание. Разве это похоже на раскаяние?

— Убирайся! — приказала она — Не можешь вынести моего вида? Я чувствую к тебе то же самое. Дверь вон там.

Но Ричард не двинулся с места.

— Габби упомянула, что ты поехала к моему отцу, — с озадаченным видом протянул он, — и таким образом узнала, где я. Но почему ты отправилась за мной? Когда? Я мог бы поклясться, что видел, как ты скачешь по дороге в Лондон.

— Я действительно вернулась домой. Но посчитала, что в последний раз должна попытаться покончить дело миром. Поэтому и вернулась в Уиллоу-Вудс. Твой отец с участливым видом ясно объяснил, что случится с моей семьей, если я откажусь идти к алтарю. Я посчитала, что он блефует и пытается убедить меня, что ты согласишься на свадьбу. Наконец мне удалось вытянуть из него причину твоей готовности жениться, и он признался, какие меры принял, чтобы тебя сломать.

Ричард поморщился:

— Мне очень жаль, что тебе пришлось общаться с этим тираном. И прости, что сорвал на тебе злость. Спасибо, что поспешила на помощь. Бывают же моменты, когда ты — сама доброта. — Он широко улыбнулся: — Надеюсь, ты примешь мои извинения?

Джулия была слишком расстроена, чтобы думать о вежливости. Поразительно, что она вообще ответила на его первый вопрос без крика и оскорблений. Но второй?!

— Смеешься? Тебе придется извиниться тысячу раз, чтобы загладить все обиды, которые ты мне нанес.

— Ну почему ты вечно преувеличиваешь? Я никогда тебя не обижал. Только злил. А это огромная разница.

— Знаешь, сколько всего я упустила в детстве и юности, из-за тебя? Ни один мальчишка не ухаживал за мной, потому что я уже была обручена! У меня не было дебюта, когда все мои подруги планировали свои. Почему? Потому что я уже была помолвлена! Мне следовало бы выйти замуж три года назад. А теперь свет считает меня старой девой.

Каждое ее слово звучало обвинением, отчего Ричард мгновенно насторожился.

— Ты предпочла бы, чтобы я торчал здесь и мы покорились воле моего отца, чтобы убить друг друга сразу после свадьбы? — удивился он.

— Осел! Мы бы ничего такого не сделали!

— Ты поклялась, что…

— В гневе я могу наговорить много такого, о чем позже пожалею. Да и ты — тоже.

— Я не говорю об умышленном убийстве. Я имею в виду минутное помрачение. Ты прекрасно знаешь, что в подобные моменты не можешь себя контролировать.

— Не важно. Я не способна никого убить. Даже тебя. Так что, как бы ты меня ни бесил, до убийства дело не дойдет.