Ее любовная связь - Стоун Джиллиан - Страница 34

— Мистер Кеннеди, из какой части Шотландии вы происходите?

Доктор Эрскин воткнул вилку в ломтик баранины.

— Я с острова Скай. Там фермеры выращивают баранов и гонят виски. — Зено внутренне поморщился. Не очень-то удачно выразился. Могло показаться, что его семья добывает торф на болотах и пьянствует. — Резиденция графов Кеннеди находится в замке Кулзеан в Южном Эйршире. Жители равнин лояльны к короне.

— Единственная стоящая выпивка — это шотландское виски «Талискер», — заявил доктор Эрскин и предложил тост: — За бутылку и честного друга!

Зено почувствовал облегчение, поднял свой стакан с виски, чокнулся с отцом Кэсси и подмигнул ему.

— Будем здоровы!

Оливия Эрскин окинула их пристальным взглядом и едва заметно улыбнулась:

— Два шотландца, и оба с полными стаканами. Любовь с первого взгляда. Совсем неплохо!

У Кэсси блеснули глаза.

— Похоже, Зак разбудил в отце истинного шотландца.

Миссис Эрскин фыркнула и в упор посмотрела на Зено.

— Как я понимаю, вы, мистер Кеннеди, служили в армии? Видимо, после завершения образования? Моя дочь упоминала о ваших спортивных наградах в Кембридже.

— Пожалуйста, называйте меня Зак. Колледж Святого Иоанна. Я изучал лингвистику, а в аспирантуре переводил с латыни и греческого малоизвестных поэтов и философов. — Боже, теперь он заговорил, как зарывшийся в науки профессор. Зено срезал с косточки сочный кусок мяса и положил нож. — После университета мой дядя помог мне получить место во Втором драгунском полку.

Доктор Эрскин подался вперед.

— О, королевские шотландцы! Должен сказать, это одно из лучших кавалерийских соединений! «Никогда второй» — отличный девиз. На Роба это произведет впечатление, да, Кэсси?

— Без сомнения, папа. — И Кэсси бросила на обоих родителей торжествующий взгляд, что позволило Зено сунуть в рот кусок мяса. — Зак, вы уж простите этот допрос.

Он поймал сияющий взгляд ее лучистых глаз. Какая она сегодня хорошенькая! Женщина, прекрасная без всяких усилий, с очень современными взглядами на жизнь и, что греха таить, на секс тоже. Как видно, это две стороны одного явления. Наблюдая за Кэсси, Зено увидел, как от ее шеи поднимается волна красноты и заливает щеки. Может быть, она тоже вспомнила о сегодняшней ночи?

Он перенес внимание на старших Эрскинов и их расследование.

— Шотландские драгуны носили медвежьи шапки и килты, а для верховой езды — бриджи. Слава Богу, в седле килты теперь не надевают. — Почувствовав, что это замечание всех позабавило, Зено позволил себе немного расслабиться. — Хотя я помню случай, когда горцы из моего эскадрона так напились, что начали скакать по плацу в своих пледах. Проехались мимо окон командира, задрали килты и выставили голые задницы.

Мертвая тишина.

Зено отхлебнул воды из стакана.

— Утром было, конечно, не слишком весело. Некоторые части тела просто адски болели.

Кэсси бросилась ему на помощь:

— А командир повеселился?

— Мы целую неделю выскребали сортиры, — ухмыльнулся Зено.

Отец Кэсси расхохотался. После двух стаканчиков виски в Генри Эрскине проснулась живость. Теперь Зено уже считал его своим союзником, по крайней мере условно.

— Служба в драгунах сводилась к ежедневной муштре и парадам. Все это было невыносимо нудно. Я попросил отставки, меня перевели в военную разведку. Сначала служил во Франции, потом в Бирме. Честно говоря, мне просто захотелось приключений. Оказалось, что служба в разведке как раз по мне. Когда закончился последний контракт, я остался в Лондоне, уволился и пошел работать в министерство внутренних дел. Позже меня перевели в новое подразделение Скотленд-Ярда.

Оливия Эрскин неожиданно заинтересовалась разговором:

— Говорят, вы многого достигли в своей области, мистер Кеннеди.

Сказано было как будто из вежливости, но в тоне слышалась материнская настороженность.

Зено внимательно посмотрел на собеседницу.

— Советую вам не обращать внимания на то, что вы слышите или читаете обо мне. Сейчас я работаю исключительно на Особый ирландский отдел. О наших операциях знает всего несколько человек в правительстве.

— А работа, которую вы выполняете для Скотленд-Ярда, она опасна?

Зено положил вилку.

— Да, мадам. Иногда очень опасна.

Оливия подалась вперед и с мрачным видом продолжала:

— Говорят, от взрыва погибла какая-то женщина. Одна из ваших знакомых?

По спине Зено пробежала холодная дрожь, как будто он у себя дома прошел по самому краю отвесной скалы, о которую с ревом разбиваются холодные волны.

— Конечно, миссис Эрскин, это страшная трагедия, но все-таки скорее случайность. — Он бросил на Кэсси обеспокоенный взгляд. — Могу вас заверить, миссис Эрскин, что безопасность вашей дочери — это моя первейшая...

Кэсси не позволила ему закончить.

— Мама, папа, я просто требую, чтобы вы дали Заку отдохнуть от этого допроса! Иначе у него будет несварение.

— Когда Оливия уж слишком на меня наседает, я прибегаю к помощи тоника из сифона. Правда, Кэсси?

И доктор подмигнул дочери.

Миссис Эрскин уловила этот многозначительный обмен взглядами, чуть заметно улыбнулась и снова обратилась к Зено:

— Еще только один вопрос, мистер Кеннеди. Уж сделайте мне одолжение.

— Вперед, миссис Эрскин.

Впервые за весь вечер Зено позволил себе расслабиться. Ему стало даже интересно.

— Мы все, безусловно, согласны с тем, что всем этим взрывам, террору следует положить конец. Но мне бы хотелось знать, как лично вы относитесь к проблеме независимости Ирландии?

— А, ирландский вопрос! — Зено проглотил последний кусочек спаржи, раздумывая, стоит ли нырять в столь глубокие воды и начинать политическую дискуссию. — Тут ведь все сложно и очень запутанно, миссис Эрскин. Тем не менее я честно отвечу. Если не принять закон о самоуправлении Ирландии, то впереди нас всех ждет полный развал.

Первой спросила Кэсси:

— Революция?

Зено покачал головой:

— Я сомневаюсь, что дело дойдет до крупного конфликта. Самоуправление будет достигнуто в основном из-за гражданского неповиновения в Ирландии, ну и отчасти благодаря нашей работе в конституционном поле. Палата лордов рано или поздно потеряет законодательную власть. Это неизбежно.

Оливия подняла свой бокал и окинула Зено одобрительным взглядом.

— Да и пора!

Кэсси улыбнулась своему любовнику. Любовнику... Его тело и разум сейчас принадлежали ей одной, но Кэсси хотела получить еще больше. Ее покойный муж, человек консервативный и резкий, предпочел коневодство своему месту в парламенте. Сегодняшняя речь Зено открыла ей эту сторону его характера. Зено стремился к справедливости. Человек твердых убеждений, он был способен оценить проблему со всех сторон.

— А теперь, Кэсси, наш тост.

Отец наполнил бокалы вином. Кэсси подвинула свой кубок для воды на середину стола, подняла над ним бокал с вином и заметила, как улыбнулся Зено, догадываясь, что сейчас последует знакомый тост.

— За короля над водой! — провозгласила Кэсси.

— Я пью за мою красавицу дочку, — с шотландским выговором произнес мистер Эрскин. — И за мою славную женушку, разумеется.

— И за общую радость всего стола, — внес свою лепту Зено.

Бокалы встретились над кубком с водой. Раздался мелодичный звон.

— Бог мой! — воскликнула Лидия. — Весь Шекспир в одном тосте!

Тарелки убрали, подали десерт. Кэсси почувствовала, что настал момент увести разговор от Зено и его политических взглядов.

— Лидия, что-то ты сегодня совсем тихая. Расскажем всем о нашей смелой поездке?

Тут же возникла дискуссия о пользе велосипеда и обсуждение инцидента у футбольного поля.

Лидия в виде исключения не стала в подробностях описывать публичное проявление чувств со стороны Зено, а Кэсси похвалила его за ту роль миротворца, которую он сыграл в конфликте с футболистами.

«Откуда этот огонь в ее глазах?» — спрашивала себя Оливия, с энтузиазмом приступая к новой любопытной теме.