Целомудрие и соблазн - Кэбот Патриция - Страница 60

— Об этом он не упоминал, — усмехнулся Брейден.

Кэролайн с ужасом обнаружила, что он снова держит ее за руку. И снова попыталась вырваться.

— Ну что ж, я вам очень благодарна. Вы были очень добры — особенно к Томми. Но теперь мне пора. Вы должны извинить меня, потому что я…

Она вырвала у Брейдена руку, но избавиться от такого ловкого мужчины было не так-то просто. Кэролайн и глазом моргнуть не успела, как он продел ее руку себе под локоть и крепко прижал, не позволяя освободиться.

— И что же с нами случилось на сей раз? — осведомился он, стараясь не выдать снедавшее его волнение. — Мы решили взбунтоваться?

— Мне вовсе не до шуток, Брейден! — рассердилась Кэролайн, в который раз за это время стараясь выдернуть руку. — У нас нет никакого права заниматься этим… в общем, тем, чем мы занимаемся! Нам следует разойтись, пока никто не стал свидетелем этих глупостей…

Ее голос беспомощно задрожал и прервался, когда она увидела, как вдруг изменилось его лицо. Это показалось Кэролайн странным, особенно если учесть, что сама она смотрела на Брейдена отнюдь не ласково.

— Что случилось? — всполошилась она. — Что с вами?

Однако он все еще был потрясен и смотрел на нее во все глаза. Надо ли говорить, что он не собирался отпускать ее руку? Во всяком случае, не сейчас. И может быть, вообще никогда.

— Как вы меня назвали?

Пушистые ресницы вздрогнули и опустились. Кэролайн смотрела себе под ноги, в сторону — куда угодно, только не на него.

— Мистер Грэнвилл, — пролепетала она еле слышно. — Я именно так и хотела сказать: «мистер Грэнвилл»! А теперь давайте…

— Нет, вы назвали меня по-другому.

— Это получилось совершенно случайно, — заявила она, все еще избегая смотреть ему в глаза. — Ну почему вы не хотите меня отпустить? Я же сказала, что это опасно — стоять с вами на виду у всех…

— Повторите, как вы меня назвали.

— Мистер Грэнвилл…

— Повторите!

— Ох, ну ладно! — Она перестала вырываться и посмотрела ему прямо в лицо. Теперь ее щечки раскраснелись не от кроткого девичьего смущения, а от усилий, которые были потрачены на попытки вырвать руку из его железных пальцев. — Брейден! Добились своего? Довольны? Да, я так и сказала: Брейден! Теперь вы наконец оставите меня в покое?

И он действительно разжал пальцы. Кэролайн никак не ожидала такой покорности. Ее рука, получившая свободу, машинальным жестом потянулась к краям шляпки.

— Итак, — медленно проговорил он, — теперь извольте объясниться, что это за глупости насчет того, что нас могут увидеть?

Кэролайн снова опустила голову, глубоко вздохнула и начала:

— Не далее как пару часов назад я случайно встретилась с леди…

Резкое щелканье бича перебило ее — точнее, заставило подпрыгнуть на месте от испуга. И Брейден, подчиняясь внезапному порыву, обнял ее за плечи, готовый защитить от любой опасности.

Глава 25

Не далее как в двух футах от Кэролайн мороженщик уже занес руку, чтобы еще раз пройтись кнутом по костлявой спине своего одра, с трудом тащившего повозку.

— Ну, чего заснула? — рявкнул торговец. — Давай трогай!

Но на этот раз вместо приятного звука, возникавшего от соприкосновения кожаного кнута с облезлым боком животного, мороженщик услышал треск костей. Причем трещали его собственные кости — точнее, кости той руки, которую поймал Брейден Грэнвилл.

— Ой-ей-ей! — взвыл мороженщик. — Вы чего это делаете, сударь? Вы же мне руку сломаете!

— И поделом тебе, невежа! — рявкнул Брейден. — Нечего размахивать кнутом под носом у леди!

— Не говоря уже о том вопиющем факте, — к полному недоумению Брейдена, это Кэролайн выступила вперед, уперев руки в бока и обратив на мороженщика свой праведный гнев, — что вы жестоко издеваетесь над бедным животным! Вы только взгляните на эту несчастную лошадку! Кожа да кости! Когда вы кормили ее в последний раз? Или давали ей вдоволь напиться?

Мороженщик затравленно смотрел то на джентльмена, то на леди, пока не пришел к выводу, что с джентльменом договориться будет проще, хотя именно он по-прежнему грозил сломать ему запястье.

— Послушайте, сударь, — заныл он, — чесслово, я не хотел напугать вашу леди! Не желаете угостить ее мороженым, сэр? Забесплатно, сэр! В такой жаркий вечер самое оно — лизнуть холодненького, когда…

— По-моему, вам следует, — вмешалась Кэролайн, — накормить мороженым свою бедную лошадь!

Мороженщик оглянулся на Брейдена в ожидании поддержки, но тот лишь процедил:

— Слышал, что велела леди?

Кряхтя и вздыхая, торговец сполз с тележки на землю. Едва Брейден ослабил хватку, этот проныра вывернулся и отскочил назад, загородившись своей тележкой. Кэролайн тем временем не поленилась наклониться и внимательно изучить упряжь лошади.

— Ой! — вскричала она, не в силах подавить ужас при виде многочисленных язв на облезлой шкуре бедной скотины. Огромные зеленые мухи вились над этими язвами с назойливым гудением. — Брейден, вы только взгляните на это! Бедняжка, бедняжка!

Но Брейдену было не до лошади. Он не мог оторвать глаз от женщины, громко звавшей его по имени. Перед глазами возникла ясная как день картина: Кэролайн запрокидывает головку и без сил обвисает в его руках, впервые испытав настоящий экстаз. Ее по-детски беззащитная шея была покрыта легким загаром. И Брейдена очень интересовал вопрос: далеко ли простирается этот загар?

Кэролайн резко выпрямилась.

— Сколько? Сколько ты за нее хочешь? — спросила она.

Брейдену пришлось встряхнуть головой, чтобы вернуться в реальный мир. Он увидел, с какой бесстыжей алчностью уставился на Кэролайн негодяй мороженщик.

— Простите, мэм? — Он явно не верил своему счастью.

— Ты что, глухой? — Кэролайн раскрыла свой ридикюль. Последние лучи уходящего солнца щедро полили ее волосы янтарным пламенем. — Сколько ты хочешь за свою лошадь, почтенный? Я куплю ее, если у меня хватит денег!

Только теперь Брейден сообразил, о чем она говорит. С трудом веря, что все это происходит наяву, он полез в свой жилетный карман. Похоже, дело идет к тому, что они станут владельцами этой заморенной клячи!

— Позвольте мне, миледи, — попросил он.

Кэролайн заметила у него в руках бумажник и смутилась.

— О нет! — запротестовала она. — Мистер Грэнвилл, вы не должны…

— Сколько? — спросил Брейден у мороженщика.

Мороженщик, не будь дураком, окинул оценивающим взглядом внушительную фигуру Грэнвилла, оценил толщину его бумажника и выдал:

— Двадцать пять фунтов, сэр!

— Мистер Грэнвилл, — не унималась Кэролайн, — я настаиваю на том, чтобы заплатить самой…

— Идет. — Брейден всучил торговцу требуемую сумму. — Выпряги ее и привяжи к запяткам моей кареты. Вон там, на той стороне площади.

С этими словами Брейден подхватил Кэролайн под руку и повел к своему экипажу. Открыв дверцу, он довольно бесцеремонно запихнул ее в карету. Она не обратила на это внимания, хотя всего пять минут назад твердила о том, что им нельзя больше встречаться. А вот теперь она сидит рядом с ним!

— Поехали домой, Мэтт, только не гони, иди самой легкой рысью, — приказал Брейден, и экипаж тут же тронулся с места.

— Куда, — вскинулась Кэролайн, — вы меня везете?

— Домой, конечно! — невозмутимо ответил Брейден.

— Домой? — изумленно повторила она. — К вам домой?

— Мы ведь должны первым делом позаботиться о лошади, не так ли? — заметил Брейден, отнюдь не обрадованный тревогой, прозвучавшей в ее голосе.

— Но… — Кэролайн извернулась на своем месте, стараясь выглянуть в окно.

— Вашу карету я давно отправил в ваш особняк, леди Кэролайн.

Она впилась в него негодующим взглядом:

— Кто дал вам право распоряжаться моими людьми?

— Никто. — Он лениво пожал широкими плечами. — Но мне непременно нужно с вами поговорить, и я не смог придумать иного способа это устроить.

— Поговорить со мной? — Ее взгляд слегка смягчился. — А-а, это, наверное, из-за моего брата?