Тусовки 6»Б» - Матвеева Людмила Григорьевна - Страница 32

– А зачем? – отмахнулся Юлий Цезаревич. – Для полного счастья мне только не хватало готовить закуски! Отвянь, Князева. Где твой мастер холодных закусок? Почему бродишь опять одна? Поругались?

– Ты угадай, ты же Профессор Кислых щей! Удивляюсь, честное слово.

– Да знаю, знаю, просто так спросил, чтобы поговорить. Он в Париже.

Лидка быстро заговорила:

– Его выбрали для участия в конкурсе салатов, он улетел в Париж! Представляешь, Профессор? В Париж, столицу Франции!

– Престижно и круто, – без эмоций произнес Юлий Цезаревич.

– Профессор, о чем ты задумался? Ты рад за меня?

– Рад, рад. Париж – это Париж. А салаты – это салаты. Надолго он улетел?

– Очень надолго, на целых две недели. А прошло всего полдня. Но ничего, ничего. – Она прыгала на одной ноге вокруг лужи и сама себя успокаивала: – Время идет быстро, не успею оглянуться, и он вернется!

– Вернется, конечно, – Юлий Цезаревич повторял Лидкины слова, а думал о другом – такая у него привычка. А какие у него мысли, Лидка так и не узнала. Он думал о своей тайне, о девочке, которая проходит мимо, не замечая его.

– Я так долго искала свою любовь! Девчонки меня доставали: «Дожила до двенадцати лет, а никто в тебя не влюбился! Никто от тебя не тащится! Никто на тебя не запал!» Они ведь не понимают ничего, наши девчонки, ума – ноль, одна только вредность. И я терпеливо ждала и дождалась! Я зову его Салат, красиво, правда? Салат.

– Лида, пока, – Профессор пошел по дорожке Случайных встреч. Там, около палатки «Мороженое „Восторг“» мелькнула знакомая фигура, очень стройная и легкая. Надо было успеть добежать до палатки, пока не исчезла эта необыкновенная девочка с большой сумкой через плечо. А она умела исчезать. Юлий Цезаревич давно заметил: есть люди, которых не видно, когда ты очень хотел бы их увидеть. «Загадка и тайна, – как говорит Экстрасенсиха, – без тайны не бывает любви». Он это и сам знает. Но разве от этого легче?

Юлий Цезаревич летел по бульвару, ветер свистел в ушах, а девочка уходила не спеша, но догнать ее никак не удавалось. Как же так? Еще одна тайна, их полно на Лунном бульваре. На каждой дорожке, на каждой площадке.

В это самое время Экстрасенсиха спешила по Лунному бульвару, она решила во что бы то ни стало отыскать своего мужа, легкомысленного Морозика.

Экстрасенсиха перескакивала через лужи, летела вперед и приговаривала: «Моя месть будет страшной!» – И тут она увидела кассиршу по прозвищу Кассирша.

– Мужика ищу, опять с дружками выпивает, – запыхавшись от быстрого шага, произнесла она. – А ты почему тут бегаешь?

– То же самое – муж исчез, а я ищу.

Кассирша, оглядев ее, усмехнулась:

– Все мы одинаково переживаем. Ты образованная и продвинутая в волшебных приемах. Я – простая кассирша из булочной. А мужья – и твой, и мой, где-то носятся. Мой с бутылкой, твой со Снегуркой. – Тут она пригляделась к Экстрасенсихе внимательнее. – Стоп! Почему ты в таком виде? Если ты его не найдешь – плохо. А вдруг найдешь? Тогда еще хуже! Если он эту неземную красоту увидит? Ты что? Вообще?

Только тут Экстрасенсиха опомнилась и оглядела себя: криво застегнутая розовая куртка; под ней длинный халат огненного цвета; шапка сбилась на затылок; вместо сапожек домашние шлепанцы с оранжевыми помпонами. Кошмар!

– Кошмар! – крикнула Экстрасенсиха. Она растерянно остановилась и смотрела на Кассиршу. Кассирша произнесла тоном учительницы:

– Женщина в любом настроении должна быть в форме. Одежда к лицу, макияж, прическа, шляпка. Иначе муж будет бегать к Снегуркам. – Кассирша усвоила тон настойчивых советов в женском клубе, который регулярно посещала. – Неухоженность жены – шаг мужа к измене. И самое обидное, он будет прав!

– Какая правота? Снегурка кривоногая и кособокая, при этом хамка – обедает у нас. Когда меня нет дома, мой дурачок ее угощает! – выкрикнула Экстрасенсиха и помчалась домой приводить себя в порядок. Но через несколько шагов остановилась и сказала самой себе:

– Куда я лечу? Экстрасенсиха я или простая тетка вроде Снегурки? Мои возможности неисчерпаемы. Почти.

– Возможности большие! – крикнула ей вслед Кассирша. – Приведи себя в порядок!

Экстрасенсиха кивнула Кассирше и пробормотала:

– Цвет, силуэт, мода – стиль. – И еще несколько волшебных слов о буранах, ураганах и грозах.

Прошло несколько секунд, и на дорожке Смешных ошибок стояла совсем другая Экстрасенсиха: элегантная женщина в скромной, но стильной серой шубке, сапожки тоже серые, отделанные серебристыми кнопочками. Зеленая шляпка с пушистым сереньким пером. И вдобавок темно-серая сумочка, простенькая, но дорогая. Золотистый локон выбился из-под шляпки на лоб, такая прядь называется у девчонок завлекалочкой. Пусть Экстрасенсиха этого названия не знала, но в целом она понимала: от такой неотразимой женщины, какой она теперь стала, никуда не побежит ее любимый Морозик.

Кассирша замерла, а когда очнулась, стала требовать:

– И мне устрой шубку и сапоги короткие замшевые. И золотые серьги, золотые кольца на каждый палец. А шубу норковую подлиннее, такую же, как у Таисии Грушиной, моей покупательницы. Говори скорей свои заклинания – тебе это как нечего делать. А мне так хочется быть модной и стильной!

– Жирно будет! – вдруг нахамила ей Экстрасенсиха и пошла по аллее Послушных собак красивой походкой фотомодели.

А в это время Юлий Цезаревич прибавил скорость и все-таки догнал прекрасную стройную девочку.

23. Клуб бывших обиженных

Они сидели в маленькой комнате за спортивной раздевалкой. Несколько женщин, а в уголке на спортивных матах – девчонки из шестого «Б».

– Мы давно не виделись, – сказала Сильная, – но мы не забыли друг о друге. Ведь правда? Я думала о вас довольно часто, и это помогало мне в жизни. Особенно мне приятно было думать о тебе, Сиреневая, терпеливой, тактичной и жизнерадостной. Всех вас обожаю.

– А мы только ругаемся и вредничаем, – вздохнула Лидка Князева, – настоящие люди относятся друг к дружке совсем по-другому.

Но тут как раз кассирша по прозвищу Кассирша сказала:

– Я тоже обожаю, но не всех. У меня есть вопросы к некоторым.

– Например? – спросила редакторша, хотя ей-то как раз лучше было бы промолчать. Но такой уж человек редакторша: всегда у нее есть что сказать, и говорит иногда к месту, а иногда – не совсем. Почти как Лидка Князева. – Кого же ты недолюбливаешь?

Девчонки притихли в своем уголке и с нетерпением ждали скандала, они ни разу не видели ссоры в Клубе бывших обиженных.

«Интересное дело – скандал. Некрасивое дело, но смотреть мне нравится. Участвовать тоже иногда приятно», – так размышляла Агата.

Но никакого скандала не случилось. Редакторша ждала от Кассирши нападения: «Вот тебя как раз не люблю: ты хочешь всеми командовать и всех учить, а это не получается. Лучше сиди тихо». Но напрасно напряглись вредные девчонки. Кассирша только махнула рукой и не ответила. Иногда и Кассирша бывает сдержанной. Сильная протянула Кассирше большой медовый пряник – угощение и одновременно – премия.

– Можно я расскажу историю про измену? – скромно потупив взгляд, спросила Синеглазка.

– Конечно, расскажите! – первыми выкрикнули девчонки. Их пускают сюда без права голоса. Но иной раз право не дают – право берут. И шестиклассницы наперебой закричали: – Синеглазка, расскажите, пожалуйста, про измену!

– Кто кому изменил? – начала расспрашивать Оля.

– Поймали изменщиков? Или нет? – Василисе прекрасной кажется, что это важнее всего.

Сильная постучала ключом по столу, как учительница:

– Дети! Выставлю в коридор! Рассказывай, Синеглазка. Честно говоря, сгораю от любопытства не меньше Сфинкса или Агаты.

И Синеглазка начала свой рассказ.

– Я не так давно отдыхала в Египте, загар еще держится. Изумительное море! Потрясающий отель! Я подружилась с одной милой женщиной. Уверенная, смелая, красивая. И главное, имеет в жизни цель, не такая манная каша, как я.