Теневые игры - Чайкова Ксения - Страница 115

– Как же это так? Я ведь его хотел в жабу превратить… – недоуменно пробормотал аристократеныш, присаживаясь на корточки и сосредоточенно разглядывая поверженного наемника. Судя по недоуменно вытянувшемуся лицу Торина, он ожидал, что мужчина как-то объяснит свое возмутительное нежелание обращаться в земноводное. Однако тот лишь мычал да шипел нечто невнятное, если я слишком уж сильно давила на заведенную за спину руку. Впрочем, заслуги Торина в пленении моего противника были минимальны. Как выяснилось, это очаровательный серебряный паучок, подкатившись под ноги наемника, решительно и умело уронил его на пол.

– Ну зараза, признавайся! – строго велела я, с удобством располагаясь на спине недруга.- Последний кристалл легкой победы приказал долго жить, теперь ты можешь спокойно назвать имя заказчика, для которого пытался его добыть.

– А шиша не желаешь ли, гадина?- с изумительным самообладанием поинтересовался мой поверженный противник, морщась от боли, которой отозвалась тут же безжалостно дернутая рука.- А-а-а! Князь Варракский!

Я оглянулась на Торина. Графенок незамедлительно надулся и сделал козью морду:

– А что я? Между прочим, даже Цвертина говорила, что он тут, скорее всего, ни при чем!

– Вот кто для нас, оказывается, авторитет – Цвертина… – с ошеломляющим пониманием протянула я,- Ты бы не ее слушал, а меня! Между прочим, я вспомнила, что милорд Варракский женат на некой Вайлине, в девичестве носившей гордый титул герцогини Бельдерской. Интересное совпадение, не правда ли?

– Какая ты умная, Литана! – Подлый Торин знал, как побольнее укусить, и с удовольствием сделал это, пользуясь тем, что я все равно не имею ни возможности, ни полномочий кулаком поучить его уму-разуму,- Все-то ты знаешь, во всем-то разбираешься. А объясни тогда, почему же мы вечно в какие-то неприятности влипаем?

Собственно, у меня было очень много домыслов и предположений на этот счет, однако высказывать я их не стала, просто дернула еще раз своего пленника за руку, вызвав очередной болезненный вопль, и деловито поинтересовалась:

– Словосочетание "герцог Бельдерский" тебе ни о чем не говорит?

– Да отпусти же ты, паразитка! – взвыл наемник, перекатываясь по полу. Подмять меня под себя ему не удалось, я вывернулась, несколькими весомыми тычками призвала несговорчивую жертву к порядку и интенсивным взмахом руки пригласила Торина принять участие в нашем развлечении. Графенок не сплоховал: тут же подбежал, по дороге опрокинув одного из окаменевших стражников, с недюжинной храбростью уселся на ноги наемнику и воззрился на меня совершенно круглыми глазами. Он помнил, как мы допрашивали милорда Чессина Бельдерского, и явно ожидал еще одного спектакля со стонами, криками и треском ломаемой мебели. Но тут Торину пришлось разочароваться: зрителей или слушателей, способных в полной мере оценить подобную импровизацию, в обозримой близи не наблюдалось, и я решила не растрачивать силы, впустую сотрясая воздух вздохами и визгом.

– Ты видишь, что творится? – Я посмотрела на Торина, он ответил мне удивленным и недоуменным взглядом,- Тут одной герцогской семьей дело не ограничивается, надо уничтожать все это осиное гнездо. Не знаю, как тебе, а мне ковыряться в нем не хочется совершенно. Но ведь придется…

Внезапно меня осенила простая, как топор, мысль:

– Слушай, Торин, среди аристократии никто в последнее время не помирал?

– В смысле?

– Ну месяца три назад! – нетерпеливо пояснила я, подпрыгивая на спине шипящего сквернословия наемника. Мое "сидячее место" от такого выражения одолевшего меня любопытства в восторг не пришло и выругалось громче и забористей. Я ткнула его ногой в плечо, дабы не забывался в присутствии девушки, и вновь вскинула глаза на аристократенка.

– Да полным-полно,- небрежно отмахнулся он. Я покачала головой, дивясь такой категоричности, и вздохнула:

– Тогда конкретизирую вопрос. Торин, ты маг, ты должен нутром чувствовать других чудодеев. Так вот, попытайся вспомнить, не испытывал ли ты к кому-нибудь из умерших странную родственность, близость… Ну я не знаю, как это описать. Что-нибудь похожее на то, что ты ощущаешь ко мне или Цвертине. Эх, ее бы сюда… Она-то живенько бы все поняла, все вспомнила и во всем разобралась.

Торин слегка покраснел. Видимо, к магине он испытывал какие-то сугубо личные чувства, которых не вызывал ни один из ныне покойных аристократов. Понимаю.

– Ну постарайся вспомнить! Возможно, у него еще потом слуги пропали куда-нибудь или с ума посходили…

Пытаясь помочь Торину, я начала перечислять известные мне фамилии аристократов, изволивших почить месяца три-четыре назад. Графенок беспомощно смотрел на меня и шевелил губами, словно проговаривая их про себя. Одну и ту же фамилию мы выкрикнули почти хором:

– Варракский-старший!

– Ну конечно! – возликовала я, едва не валясь на слегка подергивающуюся подо мной спину наемника. Тому, видимо, стали очень интересны наши догадки, потому что мужчина подозрительно затих и прислушивался с явным любопытством,- Жаль, что Зверюга окаменел! Он бы наверняка мог рассказать нам много интересного о своих взаимоотношениях с представителями этого славного княжеского рода! Но какое коварство! Видимо, сынок, который дрался с тобой на дуэли, а потом сражался на турнире, захотел отомстить за папеньку, загубленного пекущимся о безопасности страны правительством. Да и кристалл на его месте я бы попыталась вернуть всеми правдами и неправдами. Ну кто бы мог подумать, что такой солидный и благородный человек, как Варракский-старший, всерьез занимался волшбой!

Мне хотелось вскочить и забегать по комнате, но, увы, в столь невинном удовольствии пришлось себе отказать: во-первых, помещение было полно окаменевших мужчин, в нем не разгуляешься, а во-вторых, аристократеныша одного сдерживать наемника оставлять никак нельзя, от моего милого клиента даже пятилетний ребенок без особых трудностей отобьется.

– Торин, а подай мне, пожалуйста, веревки, которыми я Зверюгу связывала,- попросила я, дружески попинывая свою "скамейку" локтем. В голове было тесно от толпящихся в ней догадок. Вернее, разгадок. Теперь становится ясно, отчего во время веселой поездки в Меритаун к нам цеплялись именно Бельдерские. Я-то чуть умом не двинулась, пытаясь понять, зачем представителям сей славной фамилии кристаллы, а главное – откуда они о них знают. Все оказалось очень просто и тривиально. Отец, пока был еще жив, рассказал о своих чародейских экспериментах дочери, та передала мужу, ну а он, в свою очередь, поднял на ноги весь свой клан. Интересно, какую роль в этом деле сыграл милорд Иррион Лорранский? Ведь не зря, не зря же эти благороднорожденные замешаны в деле с кристаллами по самые уши. Впрочем, это дело десятое. Думается мне, король мог ему даже доверить устранение бестолкового чудодея Варракского-старшего, сотворившего эти проклятые кристаллы и вздумавшего обнародовать свое гениальное изобретение. А его отпрыски, видимо, решили вернуть папочкино наследство. Зачем только оно им – ума не приложу. Видимо, не понимают детушки, чем на самом деле грозят эти кристаллы, последний из которых (ох, как хочется верить, что действительно последний!) был применен по назначению и нашел свой конец в моих руках.