Королевский маскарад - Демченко Оксана Б. - Страница 62

– Да, душечка. – Сэльви усмехнулась чуть мрачнее. – И, по раскладу выходит, быть тебе женой старичка Ловида, вот что я думаю. С тем и приезжал он к твоему отцу, когда тебе исполнилось семнадцать, разве не ясно? Получил резкий отказ, затем уже твой дед Марий повторно избрал трех претендентов – неприемлемых. Император устранился от дел, а сам Ловид себя предложить тебе не может. Для того и нужен князь с завещанием.

Амалия уронила голову на руки и попробовала отгородиться от ужаса сказанного, прикрыв уши. Но слова рыжей ведьмы вползли в сознание и отравили его своей опасной логичностью. Сэльви грустно улыбнулась и вздохнула. Жаль девочку. Взбалмошная, непутевая, капризная, но не злая. По-своему даже порядочная.

– Зачем ему это? – выдавила Амалия.

– Ты красивая, богатая и знатная, – сообщила общеизвестную истину рыжая. – А он старый похабник. Его близкой родне исконно принадлежат земли до самых Комарищ, с недавних пор и болота, а после гибели князя добавится Поморье. Он хочет стать императором или посадить на трон сына, это очевидно. Ты, девочка, очень красивый «ключ», точно подходящий к замку великой власти.

– Что же мне делать? – Амалия сжалась в комок.

– Отдыхать, заказывать шубу и полагаться на свою подружку маркизу, – посоветовала ведьма. – Я обожаю устраивать чужие браки. Это мое увлечение, давнее и страстное. Так что, раз тебе нравится Лаур, будет тебе Лаур. Если он того стоит.

– Но как?

– Сперва пусть доберется сюда, – прищурилась ведьма. – Справится – значит, уже не безнадежен. Ладно, пошли отдыхать. Завтра надо быть свежими и отоспавшимися, день покупок – большой день.

– Я не засну.

– Давай поспорим?

Амалия рассмеялась и покачала головой. Она уже знала о бесполезности споров с ведьмой. И испытала восхитительную легкость предчувствия: все будет хорошо! Рыжее зеленоглазое создание не по зубам даже такому чудовищу, как Ловид.

Утром ведьма разбудила герцогиню на заре, невозможно рано. Наскоро накормила, чуть не силком одела и выпихнула на улицу. Город северян уже кипел жизнью – тут вставали рано. Амалия зевала в кулак, сонно озиралась по сторонам, не замечая и не запоминая дороги. За спиной хорошенькие служанки шепотом жаловались рослым поморским воям из охраны, как тяжело всю жизнь угождать хозяйке, не имея своего дома. Рыжая слышала и порой фыркала – пожалуй, назад герцогиня увезет не более половины своей свиты. Амалия тоже слышала, но ей было все равно. Хотелось только спать.

Виса решительно постучалась в добротные резные ворота, выслушала лай некрупных рыжих псов со смешными лохматыми хвостами, свитыми в тугие кольца. Шепнула им что-то не особенно приветливое – и вся свора тихо уселась возле порога. Купец удивленно глянул на своих лаек, задумчиво почесал в затылке и заспешил к воротам.

– Никак самая шумная ведьма в нашем городишке? – догадался он, весело кивнув толпе ранних посетителей. – С таким мехом сама за лису сойдешь, неужто недостаточно?

– Тебе будто золото и некстати, – прищурилась рыжая. – Ох смотри, обижусь и уйду, а моль останется.

– Какая моль? – занервничал купец. – У меня все проверено, лавандой переложено, да еще и горькой полынью.

– Нет – так будет, – ласково пообещала ведьма. – Не зли меня.

– Я в ведьмах разбираюсь, – ничуть не испугался купец. – Злости в тебе куда меньше, чем норову. Вот одного не пойму: в ночь приехал, еще тюки не разобраны, отколь ты знаешь-то? Мои обычные дружки-скорнячки еще товар не глядели, прям неловко.

– Ведаю – потому что ведьма, – весело блеснула глазами рыжая. – И первой гляну по той же причине. Ты языком попусту не болтай, как-никак самой невесте князя шубы выбираем, высокая честь. Скорняков тащи всех, если толковые. Мы желаем купить много. Иди, чего встал? Склад твой я сама изучу. Завтрак готовить вели, мастеров собери, а то хихикаешь, как девка на смотринах.

Ведьма щелкнула ногтями по замку, и тот послушно, без всякого ключа, открылся. Герцогиня заглянула в полумрак огромного склада. Охнула и забыла про недосып. С вечера люди купца вскрывали и сортировали самое лучшее. Вожделенный горностай уже висел под потолком огромными меховыми гроздьями. В соседнем ряду «рос» обещанный синий соболь, а дальше – вовсе незнакомые меха, она их прежде видела только резаными и крашеными, в готовых шубах и накидках. И теперь самым несолидным образом, совсем как рыжая вчера, повизгивала и причитала, не понимая, как же ей половчее выбрать? Ведь все безупречно…

– Не все, – усмехнулась Виса и поволокла меховые связки на двор, где уже расстелили дерюги и выставили столы и скамьи.

Через час, не раньше, Амалия осознала, что все это время самозабвенно гладит шкурку соболя, нечаянно вырванную из какой-то связки. А сама давно сидит на скамье, кругом носится меховым вихрем ведьма и шумит сильнее вчерашнего. Скорняки уже здесь, и все деловито отбирают товар – для нее.

С подворья купца свита герцогини вернулась в глубоких сумерках. Довольны были все. Служанки, вдоволь наговорившиеся и насмеявшиеся с охраной, купец, продавший большую часть дорогого товара в один день и прославившийся на весь город, Амалия, насмотревшаяся на северные меховые чудеса… Только ведьма шагала мрачно и глядела сердито. Ее мисочки, ее скатерти, ее подставочки – все осталось без внимания! Не успели…

Посол Империи ждал герцогиню, усевшись на пороге трактира и привалившись плечом к ноге дубового резного тура. Он был зол и решителен. Он твердо знал, что объяснять все тайные планы эр-герцога Ловида надо сегодня, потому что Амалия может упереться, и должно хватить времени для ее убеждения…

Одного взгляда рыжей хватило, чтобы решимость испарилась вместе с послом. Очнулся от оторопи хат-логрим уже на полпути к посольству, с мокрой спиной и трясущимися руками. Он исполнял волю тайного эр-логрима севера, первого доверенного лица эр-герцога Ловида, уже двадцать лет. И делал это безупречно: неугодные тихо исчезали, порядочные охотно соглашались травить своих же близких, несговорчивые подписывали бумаги не читая. Его боялись, перед ним трепетали… Оказывается, и для него есть страх. Зеленые глаза ведьмы глянули коротко и очень спокойно, но на самом их дне показалась на миг, плеснула тьмой такая черная ледяная жуть, что вспомнить и помыслить страшно. Словно за все сделанное в два десятка лет тайной службы она способна взять с него плату. И знает точно, как получать по давно закрытым счетам. Уже и кару отмерила…

Хат-логрим ускорил шаг, нырнул в ворота посольского подворья, шагнул в терем и торопливо закрыл дверь. Остановился, прикрыл глаза и попытался унять ломоту в висках. «Прежде чем говорить с герцогиней, надо убрать с дороги ведьму», – осторожно попытался успокоить себя посол. Вздохнул поглубже, стер со лба бисеринки пота. Нелепый беспричинный испуг! Она одна, и она всего лишь слабая женщина. У него еще есть пять магов, у него найдутся арбалетчики, лучники, мечники… хотя начать следует с проверенных профессионалов.

– Позови мастера ночи, – тихо шепнул посол слуге, поклонившемуся и открывшему дверь, ведущую из сеней в дом. – И приготовь золото. Он дорого берет, но, кажется, я не зря вызвал его из Империи. Заказ есть, срочное дело.

– Знаю, – сухо усмехнулся голос из густой тени в дальнем темном углу. – Ведьма, да? Эту только по двойной цене, господин. Серьезная колдунья, сильная.

– Двойная, если сегодня, – резко бросил посол, досадуя на ловкость убийцы, подкравшегося и рассмотревшего его страх. Слуга принес мешочек с золотом. – Здесь половина.

– Так мне ее не добивать? – тихо рассмеялся мастер. – Или вы желаете, чтобы я вернулся и снова говорил с вами? Закон ночи прост – второй раз я не прихожу, если нет нового дела. Разве что я намерен отказаться от… заказчика.