Королевский маскарад - Демченко Оксана Б. - Страница 61

Амалия смущенно пожала плечами и задумалась. Может, рискнуть и выглянуть в оконце? Но тут снаружи раздался звонкий и долгий визг – ведьма замерла на месте и остановила весь поезд невесты. Герцогиня досадливо зашипела: ничего в щель сбоку от занавески не видно! Решительно поправила рукава и открыла дверцу.

Рыжая прыгала вокруг резных, выточенных из цельного дуба фигур огромных туров. Щупала пальцами дерево, охала, восхищалась и требовала подарить ей бесподобный трактир целиком и немедленно! Герцогиня нашла дикую архитектуру занятной, но ведь не настолько! В Империи точат статуи из мрамора, это куда более благородно. Хотя, стоит признать, изба внушает странное ощущение покоя и добротности. Ведьма уже обнимала кабанов – скамейки у входа. Толпа зевак росла, боярин ничего не делал, забавляясь сценой. Охрана, присланная местным городским воеводой, стояла и глупо глазела. Амалия огорченно хмыкнула. Здесь, это видно сразу, рыжую считают красивее имперской нимфы. Она как-то не приглядывалась… А ведьма и правда хороша. Особенно теперь, когда зеленые глаза горят настоящим интересом. Даже странно потемнели в глубине, будто ночь вниз заглянула…

Обидно и непривычно – первый случай, когда сравнение по внешности не в ее, Амалии, пользу. Герцогиня топнула ножкой и обернулась к боярину. Зря, что ли, она учила их тягучее наречие?

– Мы остаемся здесь до приезда жениха, – твердо сообщила она. – Я не пойду в чужой дом без приглашения хозяина. Это понятно?

– Воля ваша, – вроде бы и не расстроился боярин. – Охрану мы снарядим.

– Кто это строил? – не унималась ведьма. – Где мастер? Я хочу такое же! Немедленно!

– Мне казалось, она посолиднее, – пожаловалась Амалия. – Все же я ее маркизой сделала.

– Рыжие завсегда с чудью, – вздохнул Терпень. – Но все ж лучше, чем черноглазые ведьмы, те совсем невыносимые, упрутся – не своротишь, так у нас говорят.

– Мастера подайте мне, пока я вас всех не допекла, – снова потребовала ведьма. – Вы моего характера не знаете, я в таком состоянии взрывоопасна, как гномий бгррых! Или будет мастер, или все останутся без бород! Без усов!

– Шумит, как чернявая, – забеспокоился боярин. – Эй, сердешная, да вот мастер, не волнуйся так. Род Ждана так дерево умеет оживлять, иным не дано.

– Заказываю, – блаженно вздохнула ведьма. – Есть сруб?

– Продан, – твердо сообщил мастер, теребя целую пока бороду. – Уже и задаток имеется. Сруб разбираем, в долину к эльфам повезем, с ними воюй. У них и так, по слухам, бород нет, не больно напугаются.

– Где покупатель? – прищурилась ведьма.

– С князем уехал, – сообщил боярин, тоже невольно прикрывая бороду.

– Вернется – заколдую вместе с теремом, – уверенно сообщила ведьма. – А пока мы поживем тут. Чур, мне чердак!

Хозяин трактира обреченно кивнул, не смея спорить. Само собой, помнится: на чердаке он устроил господина Нисия. Но пока маг в отъезде, едва ли стоит выказывать памятливость и спорить с ведьмой, пугающе рыжей по масти, да и по характеру – явно легко вспыхивающей гневом. Способной, сразу видно, подпалить весь терем.

Сэльви еще раз хозяйски потрепала тура по дубовому плечу и вошла в трактир. Следом пробрались ошарашенные послы Империи, которым до сих пор не удалось вставить в разговор ни единого слова. Королева усмехнулась. Да шуми она хоть чуть тише – жила бы Амалия в тереме. А оттуда выгонять невесту – дурная примета. Переступившая порог дома жениха на особом счету у домашних духов, ими принята и сочтена хозяйкой – так полагают поморцы. Зачем же бедняжке Устине начинать жизнь в доме мужа с дурных примет? Ей и так досталось.

Амалия забралась на чердак, с интересом изучила покатые своды потолка. Довольно кивнула – здесь как раз две комнаты.

– Я тоже тут поселюсь, – сообщила она. – Они только тебя и боятся, эти северяне. Крикливые и нахальные.

– Рада, что тебе уютно, – усмехнулась ведьма. – Хороший город, правда? Завтра пойдем на базар. Я куплю набор узорных мисок в красной с золотом краске, большой половник, льняные скатерти, штук десять… ох, мне много всего надо – в новый трактир.

– Какой трактир?

– Я же сруб, того, купила, – пожала плечами ведьма, удивляясь недогадливости герцогини. – Так, еще белые вышитые подзорчики, подставки под горячее из соломки… Амалия, бери своих служанок, всю ораву, иначе не донести.

– Я не пойду! Они глазеют.

– Ха! Через две недели ярмарка начнется, жатва завершается. Знаешь, как цены на мех подскочат? Вперед, выпотрошим обозы торгующих с людьми льда, они только-только вошли в город, и закажем тебе шубу. Я сама буду торговаться, подберу тебе наилучшего мастера. Сделаем все по уму, закажем много и разного. Одну шубку даже специально для имперского юга. Длинную, внизу широченную и без рукавов. Из синего соболя, затем из лисы – чтоб меня не забывала, еще ореховую норку глянем и обязательно – песца. Тут очень достойный мех. А кроме всего перечисленного надо заказать накидочку из лебяжьего пуха. Ну неужто не пойдешь?

– С тобой спорить – себе дороже, – заинтересованно вздохнула герцогиня, поглаживая уши своего крошечного песика, только что добравшегося до чердака. – Никогда не слышала про шубу без рукавов. Длинную сошьют? А горностай у них есть?

– Есть, и сделаем со шлейфом, – пообещала ведьма. – На груди одна застежка из серебра с гномьими сапфирами.

Амалия прикрыла глаза и улыбнулась. Видение шубы затмило собою все тяготы дороги. Впрочем, со времени появления в карете ведьмы тягот не помнилось. С ней весело. Даже собственные дрессированные служанки стали бойки и языкасты, привыкнув к отсутствию наказания. Может, так не положено, зато забавно. А кто ей, герцогине, запретит? В таких мелочах – никто.

В задумчивости Амалия долго мылась с дороги, потом копалась, выбирая наряд для застолья. Наконец спустилась по широкой удобной лестнице. И с удовольствием отметила, что ведьма разогнала всех зевак и даже выставила из зала важных людей, при которых за столом не пошуметь и не посплетничать в свое удовольствие.

Поздний обед оказался вкусным и разнообразным. Боярин расстарался, добыл южные вина и обеспечил трактирщика рецептами имперской кухни. Амалия ела охотно и много. Пару раз в дверях зала появлялись бледные, обеспокоенные послы Империи. И исчезали, едва их присутствие отмечала приветливая и многообещающая улыбка рыжей.

– Они тебя опасаются, – довольно сообщила Амалия.

– Я сказала самому надутому, что выпущу из него воздух, если обеспокоит герцогиню раньше чем послезавтра. – Ведьма беззаботно улыбнулась очередному мелькнувшему помощнику посла. – Поверил.

– Может, у них важное дело? – нехотя усомнилась герцогиня.

– Ты герцогиня, а не прислуга посольства. Их дела должны заставлять трещать исключительно их дурные головы, вот и весь сказ. Мы добрались и изволим отдыхать.

– Виса, ты не понимаешь, кто они, – опасливо шепнула Амалия. – Все послы в землях севера – не ниже в звании, чем хат-логримы, все они из службы богоравного Ловида, а прочие, помельче, людишки – их лазутчики и маги. Они страшные люди, могут даже попытаться убить тебя, если невзлюбят.

– Нас охраняют поморцы, – зевнула Сэльви. – И вообще, пусть пробуют, мне как раз скучно. Я их за шкирку – и подробненько так расспрошу, чем болен князь? Ты говорила, жених при смерти. Боярин утверждает: здоров, как тур. Точнее, как медведь, он же из рода Берников. Терпень гордо сообщил, что у них в семье все живут до девяноста, а то и до ста. Ты поняла, наивная? Или скажи «здравствуй» Лауру, или обернись к двери и поприветствуй ребят хат-логрима, собравшихся отравить князя. Потому что наверняка тебе самой и придется накапать яд муженьку в кубок. С тем и топчутся: надо скляночку передать и письмецо с инструкциями от старого Ловида.

– Мне страшно, – жалобно прошептала Амалия. – Еще мне кажется, ты выжила бы при дворе императора получше иных. И, увы, если ты права, мои дела плохи.