Волшебные истории - Север Гай Михайлович - Страница 47

— Не плачь! — Леессо погладила драконенка по лапе.

— Да я не плачу. Но вот дедушка там волнуется!.. Ведь я самый последний, и если со мной что-то случится...

И, хотя он уверял ребят, что не плачет, им показалось, что глаза его наполнились золотыми слезами.

— Ага! — сказал Миопа деловым голосом. — Значит, ты восточный дракон! Замечательно.

— Ты ничего себе не сломал? — продолжала переживать Леессо. — С тобой все в порядке?

— Вроде да... Но что толку? Я не долечу домой. У меня еще не развилось чувство. Оно у нас развивается в девяносто девять лет. Тогда мы можем летать куда угодно без взрослых.

— И даже за море? — с ужасом восхитился Туба.

— Даже за море, — сказал драконенок грустно.

— Спокойно, спокойно, — соображал Миопа. — Если еще не развилось чувство, придется его заменить. Конечно, все это будет кустарщина, ерунда по сравнению с настоящим драконьим чувством... Нам нужно вот что: компас и карта. Ты знаешь, что такое компас и карта?

— Конечно! — драконенок оживился, и глаза его загорелись теплым золотом. — Дедушка рассказывал, что без карты и компаса нельзя ходить в море. Карту и компас должен знать каждый капитан. А дедушка даже не знает, куда я упал... Какой ураган был страшный! Мы летели домой, и вдруг, в полночь, как началось! И ведь над морем, некуда приземлиться. Тучи, молнии во все небо, до самых звезд! Честное слово, так страшно! Я даже не помню, как меня закрутило. И сколько несло, не знаю. Потом как шмякнет об землю! Очнулся, смотрю — уже утро, и ураган кончился. Вижу — сарай. Еле-еле дополз и спрятался.

Он вздохнул и снова положил голову на кончик хвоста.

— Слушай! — опомнилась Леессо. — Ты ведь есть хочешь? Давай-ка мы принесем, скажи что!

— Спасибо, я на этой неделе уже ел, — сказал драконенок грустно.

— А что, драконы едят раз в неделю? — Туба не находил места от любопытства.

— Взрослые раз в три месяца, а маленькие, пока им нельзя летать в одиночку, раз в неделю. Я уже ел — дедушка приносил мне тыкву, с юга, такую вкусную. Как он там переживает...

— У нас тоже есть тыква! — обрадовалась Леессо. — Мы в дорогу тебе дадим — вдруг проголодаешься? На всякий случай.

— Дадим, конечно, — пообещал Миопа. — Но сначала раздобудем карту, компас и придумаем, как долететь домой. Ты жди нас здесь, а мы побежим и все сделаем.

— Только вы не очень долго, — драконенок встревоженно оглядел ребят.

— Постараемся! Все, мы помчались!

* * *

Леессо сбегала за рогожей, и они укутали драконенка — так, чтобы торчал только нос и кончик хвоста, на который можно было нос положить. Потом они побежали в город. Переправившись через реку и чуть-чуть поглазев, как ремонтируют мост, они помчались к замку.

— Сначала зайдем к Звездочету, — у Миопы план действий был готов. — Он карту нам даст или посоветует, где раздобыть.

Они вбежали в город, где вовсю кипела работа: приколачивали двери, ставни, вывески, убирали мусор, битую черепицу, вставляли стекла. Миопа, Леессо и Туба добежали до замка, обступили румяного стражника и, едва переводя дух, стали требовать Звездочета.

— Он нам нужен по очень срочному делу! — ребята чуть не подпрыгивали от нетерпения. — По просто ужасно срочному!

— По какому же? — не сдавался стражник. — Звездочетов нельзя беспокоить по пустякам, Миопа, ты это знаешь. Что же у вас за дело такое, если он должен все бросить?

— Мы можем сказать только ему и больше никому, — отрезал Миопа. — Ты нас пропусти, а потом, если хочешь, спроси у него, важное было дело или не важное. Но сейчас нам нужно с ним повидаться, ужасно! Ну!

— И что же такого важного? Если насчет урагана, так это сейчас в каждом дворе.

— Насчет урагана, но гораздо важнее, чем в каждом дворе, — твердил Миопа. — Ну! Ты или сходи его позови, или дай нам дорогу.

— Ну да, — усмехнулся стражник. — Нет уж, сами идите.

Он пропустил, наконец, ребят в замок и даже проводил их до башни. Забравшись на самый верх, ребята постучались в дверь, на которой висела табличка «Звездочет. Стучать».

— Открыто, — ответили изнутри.

Ребята вбежали в комнату. Звездочет сидел за столом, зарывшись в груду бумаг, и изучал таблицы. Он обернулся к вошедшим — звезды и полумесяц на синем халате сверкнули.

— А, Миопа! — Звездочет улыбнулся. — Что-то давно не заглядывал.

— Учеба загрызла, — отмахнулся Миопа. — Слушай, у нас тут важное дело. Только оно такое, что нельзя никому рассказывать, ладно? Очень важное и секретное.

— Как родители? Как брат? — Звездочет отодвинул таблицы.

— Что им сделается.

— Голуби как?

— Им тоже. Послушай, у нас просто ужасно важное дело. И обещай, что никому не расскажешь. Очень важное и секретное.

— Я понимаю, — Звездочет пригласил ребят присесть на скамейку. — Рассказывайте.

— Значит так, — начал Миопа, когда все расселись. — У нас в сарае сейчас лежит драконенок. Они летели с дедушкой домой на восток, и их настиг ураган. Его закрутило и выбросило прямо почти во двор к ней, — он указал на Леессо. — Понимаешь, он еще маленький, ему не исполнилось девяносто девять лет. А у драконят, пока им не исполнится девяносто девять, еще не развивается чувство. Ну, ты знаешь, наверно... То есть он не может долететь домой. А он — самый последний из восточных драконов! Дедушка, наверно, его уже ищет, ищет, и никак не найдет. В общем, нам нужна карта и компас.

— Хм, — Звездочет сложил на груди руки и задумался. — Может быть, стоит дождаться, пока дедушка его разыщет? Не лучше ему пока посидеть в сарае? А если опасно, то спрятать получше?

— Я уже об этом думал, — Миопа покачал головой. — Понимаешь, кто знает, когда дедушка его найдет? Может быть, дедушка его не найдет никогда. Вот он и будет у нас не поймешь сколько? А ты только подумай — если узнают... Что у нас тут дракон где-то скрывается. Пусть маленький, но дракон же! Ты наш народ знаешь.

— К несчастью, — согласился старик, поглаживая длинную белую бороду. — Значит, ты говоришь, он восточный?

— Да! И это очень хорошо! Ведь восточные драконы к нам ближе, чем северные?

— Были ближе, — сказал Звездочет печально. — Я, между прочим, с его дедушкой был знаком. Лет шестьдесят назад, когда ваш друг еще и не вылупился. Я ездил на Восточное море — за ним уже начинается глухомань, а за ней горы, где живут драконы. Жили... Поговорили о грустном. Их тогда там оставалось буквально трое-четверо. А теперь, ты говоришь, — он последний? Что делается в этом мире? А я как хорош. Пытаюсь все звезды пересчитать, поседел весь, а драконы тем временем гибнут. Ладно! От долгих разговоров толку не будет.

Ребята закивали в ответ.

— Карта у меня есть. Сейчас подберем получше и поновее. А за компасом вам, боюсь, придется сбегать на пристань. Попро?сите у какого-нибудь капитана запасной компас. Объясните толково, что нужен для важного дела.

Звездочет встал и подошел к шкафу со свитками.

— Даже искать не надо, вот тут у меня есть хорошая карта. Нет, не она... Не она... Где же она... Ага.

Ребята соскочили со скамейки и окружили старика, с любопытством разглядывая старинную карту.

— Какая замечательная карта! — восхитился Миопа. — Какой тонкий рисунок! Как все четко и точно!

— Еще бы! — старик кивнул с горделивым удовлетворением. — Таких сейчас уже не делают. Эту карту составил учитель моего учителя. Он объездил весь север, северо-восток и восток, и я могу поручиться: на сегодня это самая точная карта. Ей больше ста лет, но все равно.

— Что такое сто лет для мира? — удивилась Леессо. — Для мира эта карта — все равно что для нас вчерашняя.

— Это если не лезть и не перекраивать, — старик улыбнулся девочке. — Теперь посмотрим, как нужно лететь.

Они вернулись к столу. Звездочет аккуратно отодвинул таблицы и развернул карту.

— По прямой долететь можно за сутки. Только, беда, драконятам нельзя лететь больше десяти-двенадцати часов. Они могут надорваться и потом уже никогда не взлетят.