Волшебные истории - Север Гай Михайлович - Страница 48

— Даже со взрослыми? — ужаснулась Леессо.

— Даже со взрослыми. Если драконенок надорвется, ему придется проползать всю жизнь как ящерица.

— Ни в коем случае! — заволновались ребята. — Нужно проложить путь так, чтобы он смог отдохнуть!

— Вот я и говорю, лететь нужно сначала на северо-восток, потом на юго-восток. Так у него всегда будет куда приземлиться, если устанет или случится еще какой-нибудь ураган.

— Да, — сказал Туба. — Скоро зима, бури и грозы чаще.

— Берем карандаш и чертим две линии. Эта — как нужно лететь на север, пока не кончится Восточное море. Эта — как нужно лететь на восток, когда оно кончится.

— Эх, как далеко на север ему надо подняться! — вздохнула Леессо, рассматривая маршрут. — Как бы он не замерз! Ведь он замерзнет — он еще маленький.

— Если будет лететь, не замерзнет, — успокоил Миопа. — А когда приземлится на отдых, разыщет себе какую-нибудь пещерку, чтобы не дуло.

— Нужно будет его завернуть в рогожу. А так я его не отпущу!

— Рогожа ему будет мешать! — заспорил Туба. — Думаешь, тебе будет удобно лететь, если тебя завернут в рогожу? А он еще маленький, у него крылья еще с красными кончиками, ты же видела.

— Мы рогожу свернем и дадим в дорогу, — решил Миопа. — Не найдет пещеры — завернется в рогожу и спокойно переночует.

— И дадим тыкву! — сказала Леессо твердо. — У нас знаешь какие тыквы вкусные и полезные!

— Так и сделаем, — кивнул Звездочет. — Вылетать нужно вечером. К рассвету он доберется до северных берегов Восточного моря и приземлится на отдых. Обязательно скажите ему, чтобы спрятался там как можно лучше. Чтобы не высовывался до заката! Там прячутся пираты и грабители караванов. И еще — там всегда жили охотники на драконов. Может, остались еще — ведь драконы пока живут.

— Охотники?! — ребята пришли в ужас. — Почему? Откуда?

— Пока есть драконы, будут охотники. Наверно, у вашего такие и подстрелили родителей.

— Но за что убивать драконов? — Леессо чуть не заплакала. — Что мы за люди такие?

— Одни говорят, что мстят за то, что дракон разорил, якобы, город, сжег караван, что-то унес. Другие и не скрывают, что им нужна драконья броня. Вы же знаете: драконью броню ничем не возьмешь, только волшебными стрелами. Когда драконов было еще много, по миру бродили полуученые маги, которые жили тем, что продавали волшебные стрелы. Такие стрелы до сих пор можно найти. Пробивают любую кольчугу, любые щиты, железо толщиной в палец. Я сам видел такую, лет сорок назад...

Звездочет задумался и вздохнул.

— А были настоящие маги, безжалостные и жестокие, которые убивали драконов, чтобы завладеть драконьим огнем. Ведь драконий огонь — самый горячий, и в нем можно сжечь и расплавить много такого, что никакой другой огонь не возьмет. А в магическом ремесле иметь хороший огонь очень важно.

— Но разве нельзя найти какой-нибудь другой огонь? — Леессо разволновалась. — Неужели во всем преогромном мире не бывает другого огня, такого же жаркого! И почему бы, в конце концов, просто не подружиться с драконом? Чтобы он подул и расплавил что нужно?

— А как же, — изумился Туба, — как же может остаться драконий огонь, если самого дракона убили?!

— Понимаете, какая штука, — вздохнул Звездочет, — огонь — это дух дракона. Они ведь не просто какие-то ящеры, они как бы тело духа-огня. Злобные маги убивали дракона, как будто тело этого духа, а сам дух-огонь забирали и использовали. Некоторые маги, говорят, умели подчинять себе дух так сильно, что сами становились почти драконами. Конечно, они не научались летать или пускать огонь, для этого драконом нужно родиться. Но с духом дракона ты будешь видеть, слышать, чувствовать, знать все так же.

— Но это значит, — задумался Миопа, — чтобы видеть, слышать, чувствовать и знать все так же... Родиться драконом необязательно?!

— Конечно, — кивнул Звездочет. — Летать и пускать огонь — это одно. Видеть, слышать, чувствовать, знать — совершенно другое.

— Тогда должен быть способ! — воскликнула Леессо. — Научиться видеть, слышать, чувствовать, знать все так же! И не убивать дракона!

— Тем более что убить дракона — труд немаленький и опасный, — сказал Туба.

— Еще бы, — Звездочет кивнул снова и погладил бороду. — Для этого нужно быть очень сильным и умелым магом. Чтобы захватить дух дракона и потом удерживать его в неволе, я вам скажу, нужно быть великим мастером.

— Но как же так! — воскликнул Миопа и даже вскочил. — Я никогда этого не понимал! Как же так, быть таким великим мастером, знать и уметь такие вещи... И вот так взять и убить дракона, пленить его дух! Как получается, что знание допускает к себе таких злых негодяев?

— Это сложный вопрос, — сказал Звездочет задумчиво. — Мир мудро устроен. Знание — оно само по себе, и не запрещается никому. И это только кажется, что оно допускает к себе злодеев. Это мы вдруг решили, что человек — злодей. А оно решает по-своему, и решает долго.

— А потом как треснет по голове! — подскочил Туба.

— Обязательно треснет, — Звездочет улыбнулся. — Правда, я заметил за свой долгий век, что пока треснет, произойти может всякое.

— Ничего мудрого тогда в мире нет, — разозлилась Леессо. — Как же так — всякое?

— Говорят тебе, ему надо подумать, кого трескать, а кого не трескать! — заспорил Туба. — Думаешь, это так просто решить? Представляешь, сколько ему надо всего посчитать?

— Ладно вам! — прикрикнул Миопа. — Об этом можно и потом поговорить. Мир со знанием никуда не денутся, а у нас там драконенок мерзнет. У него ведь броня еще тонкая. Хорошо хоть, у вас сарай толковый, пол деревом выстлан. Ну, мы побежали за компасом! — Миопа соскочил со скамейки.

— Забегайте!

— Обязательно, — пообещал Миопа. — Только сначала драконенка отправим. Потом мне нужно починить голубятню, потом собрать во дворе ветки, потом сделать уроки, и тогда забегу обязательно.

— А нам нужно починить крышу, потом собрать коробки с мешками и вставить стекло на кухне, — сказала Леессо.

— А нам приделать вывеску и помочь соседу — у него разнесло стену, и теперь в мастерской копаются трактирские свиньи, — сказал Туба.

— А потом мы еще бондарю взялись помочь — у него разбросало все бочки, и их нужно собрать, а то он их не продаст и не выручит денег, чтобы починить мастерскую, а то у него там дует, и он опять простудится, — закончил Миопа, и ребята, наконец, убежали.

* * *

Они спустились во двор, попрощались со стражником и помчались на пристань. Там ураган нахозяйничал от души. Мешки и тюки, приготовленные к отгрузке, валялись разбросанные по причалам, но самое главное — о пристань разбило судно. Моряки собирали обломки, а капитан стоял в стороне с купцами и чесал голову — как же так они прозевали, как теперь строить новый корабль, и как бы так сделать, чтобы этого больше не повторялось.

Миопа, Леессо и Туба подбежали к огромной куче обломков, с восторгом поглазели на такую диковину, и стали искать, у кого бы попросить компас. Неподалеку от разломанного корабля они увидели какой-то трехмачтовый, из дальних стран, с невиданным флагом. У трапа стоял моряк и курил трубку. Ребята побежали к нему.

— Ты капитан? — Миопа указал на заморский корабль.

— Капитан, — ответил моряк, попыхивая трубкой и с интересом разглядывая ребят. — Вас что, подбросить куда?

— Да нет пока. Нам компас нужен. Очень нужен, просто позарез как. Настоящий, проверенный! Чтобы не врал! Чтобы проверенный!

— Мне бы самому такой компас, — усмехнулся капитан, пыхнув ароматной трубкой. — А вам-то зачем?

— Очень важное дело. Вопрос жизни и смерти. Нужно!

— Мало ли какое может быть дело. Вам, глядишь, сойдет и обычный. А то подавай самый настоящий, проверенный... Такой поди разыщи. Особенно в наши дни.

— Дело очень важное, честное слово! — повторил Миопа с досадой. — Нужно ужасно! Просто позарез как... Где же его взять тогда?