Волшебные истории - Север Гай Михайлович - Страница 46

— Да?! — Туба чуть не подпрыгнул. — Его никто не заметил?

— Не знаю, не знаю! Я его спрятала там в мешках. Только спросила, что с ним случилось. Нужно было бежать в школу. Он сказал, что не знает, как теперь вернуться домой. И что драконятам вообще нельзя летать в одиночку, потому что у них еще не развилось чувство, по которому драконы летают. И что он сирота, что родителей у него подстрелили волшебными стрелами, когда он был совсем маленький. Они летали с дедушкой на Острова, возвращались домой и попали в наш ураган! И его выкинуло из урагана прямо за нашим двором — перед рассветом.

— Быстрее бы уроки кончились! — Туба с трудом сдерживался. — Самое главное — чтобы никто не узнал, а то накинутся! Только Мио?пе нужно все рассказать. Он что-нибудь придумает. Он надежный и всех знает.

— Хорошо! — кивнула Леессо. — Миопе расскажем. Представь, я даже не знаю, чем его покормить! У меня ведь никогда не было драконят. А он, наверно, проголодался.

— Еще бы, — ерзал по скамье Туба. — Ты бы тоже проголодалась, после такого. Он себе ничего не сломал? Его, наверно, здорово шмякнуло!

Наконец уроки кончились. Леессо и Туба выловили Миопу и взволнованно заговорили:

— Слушай, Миопа, только обещай никому не рассказывать!

— Обещай никому, очень страшное дело!

— Обещай никому, очень важно!

— Обещай, что молчок, могила!

— Тихо, тихо, тихо! — Миопа поморщился. — По порядку и покороче. Мне нужно бежать — у нас сорвало голубятню, надо ее поставить. Ну?

— Представляешь, Миопа, у Леессо в сарае сейчас лежит драконенок! Его снесло ураганом! Они летели домой, с дедушкой, и он не знает, как теперь вернуться!

От волнения Туба размахивал руками и даже подпрыгивал.

— Он еще маленький, а драконятам нельзя летать в одиночку, без взрослых! Потому что у них еще не развилось чувство, по которому драконы летают! И вообще, он сирота, а родителей у него подстрелили волшебными стрелами, когда он был совсем маленький! — Леессо теребила Миопу за рукав. — Нужно что-то придумать!

— Миопа, нужно помочь! Надо как-то его отправить домой, или разыскать дедушку, чтобы он за ним прилетел.

— Ага, — Миопа почесал затылок. — Вот так дела. Это тяжелый случай.

Он надолго задумался.

— Понимаете, если он из тех драконов, которые живут за Восточным хребтом, это еще полбеды. Туда лететь, я думаю, день-полтора, и он сам осилит. А если из северных — делу крышка. Очень далеко, а осень уже закончилась. Он может замерзнуть — маленький, у него огня еще нет нормального. В общем так, — Миопа решил. — Сейчас я быстренько смотаюсь домой, потом бежим к тебе, Леессо, и сначала поговорим с ним.

— Где встречаемся?

— Где тебя, Туба, прошлой весной укусила лиса, на берегу. Через полчаса, не опаздывать.

— Мы тогда тоже, — кивнул Туба. — Я скажу своим, что надо сбегать по делу.

Миопа помчался домой. Леессо и Туба понеслись в оружейную.

* * *

Через полчаса они встретились и отправились через реку на лодке с бондарем. Тот сокрушался по поводу разорения, причиненного ураганом. У него разбросало по всей округе бочки, а он собирался выручить за них немалые деньги и отремонтировать мастерскую.

— Снова придется в старой работать. А у меня там крыша течет, и окна не закрываются — дует. Зима на носу, опять простужусь, — жаловался бондарь, работая веслами.

— Надо будет народ навострить, — задумался Миопа, имея в виду знакомых мальчишек. — Разберутся со своим барахлом — поищем твои бочки. Не хватало, чтобы ты опять простудился. А разбросало — и хорошо. Может, закинет кому, кто и так покупать собирался. На подводу не тратиться.

— Ого! — с восторгом воскликнул Туба. — Смотрите, какое огромное дерево — и то с корнем!

Он указал на ободранный ствол дуба, который плыл посередине реки как настоящий корабль.

— Не помню ничего подобного, — кивнул бондарь, спеша отгрести в сторону. — Да и никто не вспомнит. В наших краях лет сто такого не было.

— Может, его навели? — предположил Туба. — Вон на юге такой злющий маг живет, наш с ним постоянно ругается.

— Нет, это ураган обычный, — бондарь покачал головой. — Во-первых, специальные ураганы обязательно ломают что-то особенное, или уносят в нужное место. А этот прошелся — ничего хитрого. Хотя, как знать еще... Во-вторых, наш маг не дурак, можете мне поверить. Специальный ураган, даже такой, он бы отвел в два счета.

— Отвел бы? — переспросила Леессо задумчиво. — А почему этот тогда не отвел, не специальный? Что, нельзя?

— Конечно нельзя, — бондарь кивнул. Он подгребал к берегу, где повсюду были разбросаны ветки и обломки, сорванные с домов и сараев. — Одно дело — ураган, который навели специально. Другое — правильный, который происходит сам по себе. Это же природное явление. Пусть происходит как происходится. Да и вообще, если случается ураган, или землетрясение, то виноваты не маги, а мы сами, обычные люди. В мире все так устроено, чтобы быть в равновесии. А мы, каждый из нас, часть этого равновесия. И если мы сделаем что-то не так, равновесие нарушается. И его нужно восстановить, равновесие. А ураган, значит, или наводнение, например, как-то это равновесие восстанавливают. Это я и сам думаю, и Звездочет наш рассказывал.

— Мудрый старикан, — с одобрением отозвался Миопа. — Но кое-что и не знает. Я у него спрашивал, как знать, что хорошо, что плохо — не для меня, а вообще? Он сказал, что не знает! Я спрашиваю, а как же твой телескоп? А он говорит, такие вещи в телескоп уже не видно.

— И не побоялся сказать, — заметил с уважением бондарь. — Приехали! Ну вы как, поможете с бочками?

— Конечно, — закивали ребята. — Нам только нужно одно важное дело сделать — и сразу.

Попрощавшись, Миопа, Леессо и Туба побежали к мельнице.

— Он там не замерз? — волновался Туба. — Сарай-то холодный!

— Я дверь плотно закрыла, дуть не должно, — переживала Леессо.

— Спокойно, спокойно, — повторял Миопа. — Сейчас прибежим и все разузнаем.

Наконец прибежали. Украдкой обогнули забор (собаки, почуяв своих, только завиляли хвостами), проникли во двор через калитку со стороны леса. Прокрались к сараю.

Драконенок был там же, где его оставила девочка, — у стены, за грудой мешков с зерном. Он лежал, свернувшись и положив голову на кончик хвоста. Он грустно смотрел на ребят и часто моргал, как будто еле держался, чтобы не плакать. Он был совсем маленький — шагов десять с хвостом, но уже черный. Только перепонки на лапах и кончики крыльев были еще багровые. Броня, уже твердая, мерцала в полумраке сарая.

— Привет! — закричали ребята вполголоса и подбежали к драконенку. — Ну ты как? Замерз? Проголодался? Мы сейчас тебя будем спасать!

Драконенок вертел головой, разглядывая ребят.

— Я думал, вы не придете, — сказал он тихо.

— Ну как же так! — Леессо обиделась. — Я же тебе сказала, что мне только в школу, а потом мы сразу придем и что-нибудь сообразим. Знаешь, в прошлом году мы спасали ежонка. Он свалился в колодец и начал тонуть, мы его еле спасли. Нам даже пришлось спускаться в колодец. А там знаешь как страшно!

— Не знаю, — сказал драконенок грустно. — Я не знаю, что такое колодец... Я даже не знаю, как теперь долететь домой.

— Не вздумай расстраиваться, — Миопа похлопал драконенка по лапе. — С кем не бывает! В прошлом году я заблудился в лесу и упал в волчью яму, представляешь. Но я не плакал вообще. Я только боялся, что ко мне свалится волк, и мы будем сидеть, пока он не проголодается. А тебе повезло! Тебя закинуло не в болото и не на камни, а к нам во двор. И даже есть куда спрятаться.

Драконенок молча вертел головой и смотрел на ребят.

— Тебя как зовут? — задал Туба вопрос, который мучил его уже час.

— Пока еще никак, — драконенок смутился и посмотрел на мальчика виновато. — Понимаете... Мы выбираем имя только когда мы уже взрослые. А пока мы еще не взрослые и пока нам нельзя летать без взрослых, у нас имени нет. Когда я вырасту, и когда мне исполнится девяносто девять лет, тогда я выберу себе имя. А пока — так...