Подарок Санта-Клауса - Маненкова С. - Страница 14

Маленький, проснувшись, криком возвестил, что тоже хочет ужинать, и дети, все втроем, устремились в гостиную вслед за Сильви. Вскоре Джо услыхал, как из проигрывателя мягко полилась «Рудольф Северный Олень – Красный Нос».

– Вроде бы праздничное настроение появляется, а? – протянул Хэнк.

– И нас не спрашивает, хотим мы его или не хотим.

– Хотим, – старик посерьезнел, – мы должны устроить детям такой праздник, какой им устроила бы мама.

– Сильви Смит – это не Дэб.

Хэнк, обхватив кофейную кружку, уставился в нее, будто в ней содержались ответы на все вопросы.

– Не мне тебе об этом говорить, Джо. Я потерял жену и дочь, и бессчетное число раз по утрам мне вообще не хотелось вставать и ощущать наступление нового дня, – он поднял голову, и его полные грусти глаза встретились со взглядом Джо, – и ты три года назад потерял брата, но нельзя же теперь всю оставшуюся жизнь горевать.

– Я делаю все, что могу.

– Так-то оно так… – Хэнк вновь посмотрел в кружку. – Все мы так делаем.

– Это невозможно.

– Но я обещала детям. – Сильви приказала себе сдерживаться. Она все еще испытывала смущение из-за вчерашней сцены на лестнице. Это не в ее правилах – разговаривать с людьми на повышенных тонах, тем более с мужчинами, хотя за последние два дня она решила наговорить Билли Рею тако-ого! Если бы только разыскала его. Хотя по отношению к Диллону это было бы несправедливо. Ее сын когда-нибудь захочет узнать, есть ли у него отец, дедушки-бабушки, двоюродные братья и сестры, и она не пожелала бы ему той пустоты, что занимает так много места в ее сердце.

Она наблюдала за тем, как Джо Брокетт выдвигает кухонный стул и садится. Он снял огромные перчатки из кожи, в которых обычно работал, и положил их на стол, после чего освободил замотанную поношенным серым шарфом шею.

– Представляете, что творится на улице?

– Не представляю. – В ее руках заелозил Диллон. Она подвинула его так, что он лежал теперь на ее плече. – Снегопад вроде бы вчера вечером прекратился.

– Но ветер задувает по-прежнему. Сугробы местами – семь футов высотой!

– Значит, школьный автобус…

– …ездит только по большой дороге.

– Они скоро вернутся, и Джени проснется, и все ждут елку, а вы точно знаете, где ее взять.

Он откинулся на спинку стула, давая понять, что разговор окончен.

– Сколько месяцев этому малышу?

–  Этому Диллонувосемь недель.

– Восемь неде-ель, – повторил он за ней, будто не поверил, что в его доме есть такой малютка. – Вы так и не сказали, где его папа.

Она сжала зубы. Какой же он все-таки тупой, этот фермер.

– Я не в силах говорить о том, чего не знаю.

Не ожидая и проблеска сочувствия в его черных глазах, Сильви отвернулась и задвигала кастрюлькой, в которой разогревала шоколад. Когда-нибудь и Диллон вот так же придет домой из школы, выпьет шоколаду и расскажет обо всем, что произошло за день, хотя сейчас, когда он жмется к ее шее и спит здоровым детским сном, это вообразить довольно трудно.

Она поняла, что Джо стоит сзади, только когда ощутила запах кожаной куртки, и повернулась. Хозяин ранчо возвышался над ней, и его обветренное лицо было проникнуто способностью понимать.

– И поэтому вы приехали в Уиллум – найти его отца?

– Это не ваше дело, я… – начала было она, но он положил тяжелую холодную ладонь ей на плечо.

– Скажите мне, как его зовут, я приму меры.

– Я не думаю, что и тогда это будет легко.

Он сначала сжал пальцы, словно хотел потрясти ее, но затем, как ужаленный, отдернул руку.

– А вы что, дорогая, разве не знаете, что ничего легкого вообще не бывает?

Ее руки покрепче сжали тепленькое тельце.

– Мне кажется, я начинаю понимать, – произнесла она с оттенком злой насмешки в голосе. – Может быть, лучше о елке поговорим?

Вы можете говорить о своей елке, пока снег не растает, – прежде чем направиться к двери, он сгреб в охапку перчатки и шарф, – а у меня полно работы.

Она последовала за ним на холодную веранду:

– Я заставлю детей надеть нижнее белье с длинными рукавами и самые толстые варежки и налью полный термос горячего шоколада!

Ответом стала хлопнувшая дверь, однако Сильви не обиделась. Когда в последний раз кто-нибудь пытался утешить ее, прикоснуться к ней, протянуть к ней руки? Ее плечо, уставшее от веса Диллона, по-прежнему ощущало отпечаток тяжелой руки Джо Брокетта. Он предложил помочь ей найти отца ребенка, что Сильви, в общем, понравилось. Неизвестно, что помешало ей назвать это имя – Билли Рей. Может, то, что она не хочет ничьей помощи и никогда не ждала ее ни от кого, поэтому и растерялась, когда ей эту помощь предложили.

А кроме того, он ее отвлек. Он ведь прикоснулся к ней, и ее кожа сразу запылала от неожиданной близости.

Глава шестая

– А зачем мы едем в город?

«Затем, что меня достала одна милашка, в голове у которой больше праздника, чем рассудка», – хотел сообщить Джо племяннику, но вместо этого, не снимая перчатки, энергично протер рукой запотевшее лобовое стекло и сказал:

– Чтобы привезти елку.

– Ты имеешь в виду – чтобы купить елку, – уточнила Кэрин.

– Какая разница?

– А что, это плохо – покупать ее? – голоском самой невинности спросила «рождественская фея». Я имею в виду – это что, противоречит обычаям?

Джо демонстративно пожал плечами:

– Если вам нужна елка сегодня, то это единственный способ добыть ее.

– Ну, тогда она будет просто замечательная, – объявила Сильви и повернулась, чтобы улыбнуться детям, сидящим сзади. Малыш, стянутый ремнем в своем автомобильном сиденье, расположился между Кэрин и Питером, а Джени уместилась впереди, вместе со взрослыми. – Правильно, детки?

– Правильно. У нас должно быть дерево, – сказала Джени, дергая дядю за рукав, – а еще у нас есть для него очень красивые игрушки.

– А я люблю елку пилить, – пробормотал Питер, – и люблю держать пилу.

– Мы с вашим отцом даже дрались из-за того, кому пилить первому, – произнес Джо и сам удивился сказанному.

– И кто побеждал?

– Обычно он. Он был на год старше, да и выше меня.

– Мой папа был больше тебя?

– Да, – в зеркале заднего вида он перехватил взгляд мальчишки, – но иногда я все же побеждал его. Любили мы побороться, и наша мама частенько нас за это ругала.

– Тебя ругала? – Кэрин действительно была поражена тем, что ее дядю кто-то бранил, а Джо и не подумал скрывать веселье:

– Конечно. Я же был когда-то ребенком. – О чем он напрочь забыл и только сейчас начал осознавать это. Ему казалось, что он всегда был взрослым.

– А вы всегда справляете Рождество на ранчо?

Опять «фея». Джо, отвечая, сосредоточил внимание на заснеженной дороге:

– Конечно, это же мой дом.

Это подействовало, потому что она сразу умолкла, и дальше они ехали без разговоров, пока не прибыли в город. Еще поворот – и они оказались перед универсамом.

– Приехали, – сказал Джо, тормозя в углу автостоянки.

– Угу, – промычала Кэрин.

– Что случилось? – обернулась Сильви.

– Мы на месте преступления, – внес ясность Джо, глуша двигатель и расстегивая ремень безопасности, – я скоро вернусь.

Прежде чем приступить к другим делам в городе, он должен позаботиться о том, чтобы больше ни одна женщина, проезжающая через Уиллум, штат Монтана, не решила, что ему нужна жена. Миновав автостоянку, он вошел в душный универсам. Голубую карточку он нашел там, где Кэрин и объяснила ему, снял ее и прочел те же слова, что и Сильви в субботу: Срочно требуется жена.

Джо выругался сквозь зубы и швырнул карточку в ближайшую урну – туда, где ей и место. Он пообрывает и другие, раз уж приехал в город, и положит конец этой истории раз и навсегда. Ему многие вещи нужны – новое седло, например, или крыша для коровника; жена в этот перечень не входит. Он один лишь раз – давным-давно – хотел жениться, но девушка была влюблена в другого, и с тех пор у него и мысли о женитьбе не было. Он купит эту проклятую елку, поулыбается – пусть думают, что и он испытывает великую радость, – затем они приедут домой, и он возьмется за работу. Чего-чего, а ее-то всегда хватает – Рождество ли, нет ли.