Без пощады - Керник Саймон - Страница 19

От тротуара внезапно отъехал старенький «форд-эскорт», но сигнала водитель не подал, вынудив Ленча резко затормозить. В салоне «форда» гулко бухали басы — играло очередное убожество в стиле хип-хоп. На заднем сиденье подростки в капюшонах передавали друг другу косячки. Вот козлы, подумал Ленч и представил, как перерезает водителю горло и подвешивает его на крюк истекать кровью. Впрочем, в реальности он и не думал этого делать, потому что не любил неоправданного риска. Подобно многим психопатам, Ленч был в глубине души прагматиком. Когда-то он отсидел срок в тюрьме, и повторять этот опыт не хотелось.

К тому же сегодня его ждала рыбка повкуснее. У хозяина возникли серьезные трудности, которые требовали быстрого и эффективного решения, — все и так уже начинало усложняться. Келли пришлось убить раньше времени и не маскируясь, а новый объект, человек по фамилии Мерон, едва не ускользнул от них, чего ни в коем случае нельзя было допускать… по крайней мере до тех пор, пока они не вытянут из него нужные сведения.

Он позвонил Мантани, который сейчас с напарником охранял Мерона, распорядился пока не трогать пленника и дал отбой. Мантани был надежным исполнителем, но, как и сам Ленч, обожал причинять людям боль и порой заходил слишком далеко. Однако Мерон нужен им живым и в ясном сознании: если он действительно что-то скрывает, то необходимо вытащить из него эту информацию любой ценой. В багажнике «лексуса», за рулем которого сидел Ленч, хранилось немало инструментов, предназначенных как раз для этой цели: к примеру, электрошоковый пояс с дистанционным управлением, через который можно в течение восьми секунд пропускать разряд тока в 50 000 вольт; электрошоковая дубинка мощностью поменьше — если постараться, ее можно засунуть жертве в анус; стоматологическая дрель для зубов; наконец, набор из шести острых как бритва скальпелей, которыми можно колоть сверхчувствительные нервы под глазами и за ушами — пожалуй, любимый инструмент Ленча.

Он был настоящим мастером пытки и имел за плечами богатый опыт. Никому, попав к нему в руки, не удавалось продержаться дольше нескольких минут. Таким рекордом можно гордиться. Вместе с тем у него под пыткой еще никто не умер, разве что в паре случаев пришлось добить жертву. Такая судьба ожидает и Мерона, как только он станет для них бесполезен.

Дождь усилился. Ленч свернул с магистрали на улочку, где поджидали его люди, и взглянул на часы. Восемь сорок. Оставалось три минуты езды.

При хорошем раскладе они уложатся за час.

17

— Если ты что-то скрываешь, то лучше признавайся, — посоветовал человек с пистолетом, словно хотел по-дружески меня вразумить.

Голова разламывалась, говорить было трудно, но я все-таки проговорил — наверное, в сотый раз, — что ничего от них не скрываю.

Он медленно кивнул:

— Хорошо, я тебе верю.

— Будет играть в молчанку, получит по полной, — сказал водитель. — Уж Ленч сумеет его разговорить.

Эта перспектива, похоже, приводила мерзавца в восторг. И с чего он на меня взъелся?

Когда в мире происходило что-нибудь плохое и казалось, что зло торжествует над добром, моя мама всегда говорила: «Нет на свете человека несчастней, чем тот, кому безразличны страдания других людей». Сейчас, сидя на хлипком стуле, я подумал, что в этих словах есть доля истины. Мне было почти жаль подонка-водителя, потому что он не знал большей радости в жизни, чем избивать и до смерти запугивать людей, которые не сделали ему ничего дурного. Но только почти. Мне хотелось бросить ему в лицо какую-нибудь дерзость, чтобы показать, что я его не боюсь. Загвоздка была в том, что на самом деле я боялся. Да что там, я не помнил себя от ужаса.

— Слушай, Мантани, мне нужно сказать тебе кое-что, — заговорил человек с пистолетом.

Лицо водителя перекосило от ярости, что не скрыла даже маска.

— Какого черта ты называешь меня по имени?

— Да какая разница? Ему все равно крышка. Он явно ничего не знает, но слишком много видел и слышал, так что Ленч его уже не отпустит. — Первый бандит сделал шаг к двери. — Пойдем.

Мантани покачал головой, что-то пробормотал себе под нос и все-таки повернулся:

— Не дай Бог это какая-нибудь фигня…

— Да нет, — ответил другой, затем ухватил пистолет за ствол и обрушил рукоятку на затылок напарника.

Звук удара в тишине прозвучал неожиданно громко. Мантани ошеломленно повалился на колени. Другой стремительно и плавно, с грацией танцора, дал ему по почкам. Мантани вскрикнул от боли и упал на бок в той же позе зародыша, что и я несколько минут назад. Человек с пистолетом внимательно посмотрел на него, затем врезал по затылку ногой — с такой силой, что того откинуло в сторону. Наконец Мантани перестал шевелиться. Первый бандит засунул пистолет в джинсы, присел и стал обшаривать карманы напарника. Отыскав связку ключей, он вскочил на ноги и подошел ко мне.

Я испуганно съежился. Этот человек был опасен. Я ничего не смыслю в боевых искусствах, но быстрота и профессионализм, с какими он обезвредил своего бывшего напарника, произвели на меня впечатление. Человек, способный на такое, способен и на множество других неприятных вещей.

Впрочем, сразу стало ясно, что увечить он меня не собирался. По крайней мере пока.

— Не двигайтесь, сейчас я вас освобожу. — Бандит нашел нужный ключ и отстегнул мне наручник на правом запястье. — Времени у нас очень мало. Скоро приедет Ленч.

— У вас есть вода? Я хочу пить!

— Я дам вам воды в машине. Прекратите ерзать.

— Кто такой Ленч? — с трудом проговорил я.

— Человек, с которым лучше не встречаться, — ответил он и освободил мое левое запястье, после чего взялся за нижние оковы. Наконец он поднял меня на ноги.

Я пошатывался и чувствовал страшную слабость, однако мой спаситель не дал мне времени прийти в себя и нетерпеливо подтолкнул к двери.

— Если Ленч нас тут застанет, нам обоим конец, — пояснил он, и меня удивила тревога, сквозившая в его уверенном голосе.

Мантани громко застонал. Я бы дал мерзавцу хорошего пинка, будь у меня хоть какие-то силы, но мне их едва хватало, чтобы оставаться в вертикальном положении и передвигать ноги. Да и в любом случае мой нежданный спаситель и так уже поработал на славу.

Мы быстро прошли по коридору к выходу. Лил сильный дождь. Я на ходу слизывал капли, попадавшие на лицо. Металлическая лестница была очень скользкой, и, когда мы спускались, я шлепнулся на задницу и съехал на три ступеньки вниз, почти как Макс у нас дома. Человек с пистолетом поднял меня за шиворот и остаток пути придерживал.

Он снял с сигнализации черный внедорожник «ниссан», на котором мы сюда приехали, потом замер и прислушался. По дороге в нашем направлении ехала машина — кажется, единственная. И она была совсем близко.

Ленч.

— Быстро в машину! — крикнул мой спутник и бросился к водительской дверце.

Я не заставил себя упрашивать и обежал машину, от души надеясь, что он не соврал насчет воды в салоне. Едва я открыл дверь и поставил ногу в салон, как водитель резко дал задний ход и внедорожник вылетел со двора. Ухватившись за приборный щиток, я успел влезть и захлопнуть дверь, прежде чем она ударилась о стену на выезде. В следующую секунду мы оказались посреди длинной и плохо освещенной улицы, которая состояла из товарных складов, авторемонтных мастерских и недостроенных железобетонных зданий, зловеще маячивших за заборами с колючей проволокой и табличками «Посторонним вход воспрещен». Водитель не стал терять времени и в три приема развернул автомобиль.

Сзади быстро приближались огни фар — до них оставалось не больше пятидесяти ярдов. Мой спаситель выругался, включил первую передачу, и машина сорвалась с места. Пронзительно завизжали шины.

Он свернул на первом же повороте, так лихо выкрутив баранку, что я сжался. Зад внедорожника занесло на мокром дорожном покрытии, колесо с водительской стороны ударилось о бордюр, и я подпрыгнул на сиденье. Водитель тут же включил вторую передачу и втопил педаль газа. В тот же миг сзади возникла, ослепив меня фарами, другая машина. От нас ее отделяло каких-то десять ярдов.