Любимый обманщик - Клоу Аннет - Страница 51

Мелисса, все еще смущаясь, взяла самый большой сэндвич с ветчиной и сыром и стала жадно поглощать его, запивая горячим ароматным кофе. Она старалась не смотреть на Кристиана. Но у нее это плохо получалось. Устав бороться с искушением, она уже открыто стала любоваться его широкими мускулистыми плечами, гордой посадкой головы, сильными руками. А Крис как ни в чем не бывало, словно для него это было вполне привычно, когда любящий взгляд скользит по его телу, с аппетитом поглощал хлеб и ветчину, то и дело подливая себе кофе.

Подкрепившись, Мелисса забралась под одеяло и притихла, ожидая, что на этот раз предпримет Кристиан. А он, просунув руку под ее ненадежную броню, начал гладить колени и бедра.

— А где моя девочка Лисси? — шептал он. — Где моя замечательная малышка?

Мелисса шутя отбивалась, делая вид, что пытается вырваться из цепких рук, вскрикивала от щекотки и его смелых ласк. Они играли, точно два расшалившихся щенка. Они были счастливы и настойчивы в своей игре, желая повторить испытанное блаженство. И опять качели несли их в завораживающую, манящую бездну.

И только тогда, когда на улице стало совсем темно, они закрыли окно и улеглись под стеганым одеялом, согревая друг друга своим теплом.

— Почему же ты все-таки не сказала? — теперь Кристиан смотрел на нее строго и настойчиво.

— Что я должна была сказать? О том, что я — старая дева?! — взорвалась Мелисса. — Неужели не понятно! Я боялась! Конечно, боялась, Крис, дорогой! Разве так трудно понять?

— Чего боялась? — недоумевал молодой человек.

— Что ты не поверишь, что ты испугаешься и уйдешь!

— Почему уйду? — допытывался он. — Дорогая Лисси, ответь наконец вразумительно.

— О, Боже, как тебе объяснить, Кристиан, чтобы ты понял! А вдруг ты подумал бы, что у нас с Бенджамином не было ничего, потому что он считал меня испорченной женщиной!

— Какая ты у меня все-таки глупенькая, малышка! Почему сегодня решилась? — Не говори, я знаю! — Он внимательно посмотрел ей в лицо. Смущение и стеснительность она преодолела. Гладила все его потаенные места, лукаво посматривая на него исподлобья. Она чувствовала, что нежные касания ее пальчиков доставляют ему сказочное наслаждение!

— Почему? — она немного капризно надула губки, продолжая поглаживать его по самому чувствительному месту. — Какой он у тебя шаловливый?! — протянула она, довольно посмеиваясь.

— Ты захотела ощутить себя живой! А для молодой женщины, прошу прощения, девушки, а потом и женщины, жизнь — это любовь к мужчине! Так?

— О, Кристиан! Ты — мой самый замечательный философ! Как я люблю тебя!

— Лисси, какая ты горячая…

— Кристиан…

— Лисси…

— Кристиан…

Глава 9

Проснулась Мелисса поздно утром от чувства одиночества. Она попыталась понять, что с ней. Не выбираясь из-под одеяла, осмотрелась. На уголке кровати стоял поднос с тарелкой сэндвичей и горячим кофейником, укутанным полотенцем. Чувство одиночества тотчас же исчезло. Она ощутила заботу Кристиана, мечтательно улыбнулась, провела ладонью по припухшим от поцелуев губам. И почувствовала страшный голод. Есть хочется так сильно, будто она не видела и крошки хлеба несколько дней подряд.

— Крис! — позвала она. Но почему-то ее любимый не откликнулся. Она подумала, что Крис в ванной. Только почему он не разбудил ее, не взял с собой? Наверное, она так глубоко и крепко спала, что он пожалел будить ее.

Сполоснувшись из кувшина теплой водой, Мелисса вытерлась насухо и натянула сорочку. Потом снова забралась под одеяло, тихонько и счастливо смеясь, и принялась поглощать бутерброды, запивая их большими глотками кофе. Насытившись, потянулась, точно довольная кошка. Мелисса чувствовала себя удивительно обновленной. Она откинула одеяло и стала пристально рассматривать себя. Нет, ничего не изменилось: та же маленькая грудь, те же узкие бедра. Она вскочила с постели и теперь уже в зеркале могла лицезреть себя. Боже, какое бесстыдство! Эти коричневые тени вокруг глаз! Явное свидетельство бессонной, сладострастной ночи. Такие тени у нее никогда в жизни не появлялись! А как сверкают крупные серые глаза! Конечно, сегодня она никак не походила на прежнюю «леди доктор». Что о ней могут подумать больные, которых она будет принимать! Впрочем, в конце концов, она заслужила себе выходной всей своей предыдущей самоотверженной работой!

Напевая, Мелисса решила заняться весьма серьезным делом — выбрать наряд для сегодняшнего выходного дня. Ей очень хотелось облачиться в ярко-голубое платье с отделанной кружевом пелериной и пышной юбкой. Оно так было ей к лицу, так гармонировало с ее глазами. Но она вовремя спохватилась: ей, вдове, не пристало носить такие легкомысленные наряды. Общество Туин-Фолса может ее не понять, более того — осудить. Мелисса задумалась. Но через минуту задача была решена: она же никуда не поедет сегодня. И одевается не для кого-то, а для Кристиана! Для своего любимого, нежного и страстного мужчины! Вот только платье может оказаться тесноватым — ведь она надевала его много лет назад. Плотный шелк замечательно сохранился. Он приятно шуршал в руках. Платье оказалось в самый раз — оно ласково обнимало и обрисовывало ее тонкую фигуру. Но кто же поможет ей застегнуть эти крохотные пуговички на спине? Конечно, Крис! Ее любимый мужчина! Философ! Умница! И страстный любовник!

— Кристиан! Крис! Где ты? — она сбежала по лестнице вниз, придерживая длинную пышную юбку. Непослушный шелк выскальзывал из пальцев. — Крис, любимый мой, где ты? Откликнись! Дорогой мой! Куда ты спрятался?

Еще не ощущая тревоги, она вбежала на кухню, затем распахнула дверь ванной комнаты.

— Крис! Ты здесь?

Большое полотенце и простыня старательно выстираны и развешаны для просушки. Ванна начищена до блеска. Пол вымыт и сверкает.

Она закрыла дверь и внимательно осмотрела кухню. Везде — идеальнейший порядок. В плите догорают последние угли. Посуда убрана на свои места. Кастрюльки и сковороды пусты и чисты.

— Господи! Кристиан! Что же это? Что же это?! Где ты?

Мелисса побежала по коридору, распахивая все двери. Приемная. Процедурная. Операционная. Рабочий кабинет. Гостиная. Прихожая. Нигде нет никого. Она осталась одна в пустом доме! Но как ей сегодня в нем тесно! Как ей больно!

Нет-нет! Он не мог пойти на прогулку, не предупредив ее! Не мог отправиться в «Тиару» рано утром! Не мог поехать на Поляну Мертвого Койота, ни слова не сказав на прощанье!

Мелисса метнулась к лестнице. Побежала снова наверх по ступеням, всхлипывая и бормоча что-то не совсем внятное. Распахнула дверь. Резкий сквозняк бросил ей в лицо опущенные шторы, захлопнул за ее спиной дверную створку с громким стуком.

Она присела на кровать. Снова встала. Поднос с пустой тарелкой и кофейником назойливо маячил перед глазами. Она взяла его, чтобы унести на кухню. И ветер радостно, словно подарок, бросил ей под ноги большой, сложенный вдвое лист почтовой бумаги. Мелисса поставила поднос на комод и подхватила бумагу.

«Сокровище мое, милая Лисси, малышка моя!» — с недоумением прочитала она. Неужели он не мог дождаться, когда она проснется? Неужели так трудно было все сказать ей лично? Слезы застилали глаза, слова расплывались. Их смысл с трудом доходил до сознания. Но Мелисса продолжала читать:

«…Малышка моя, я смотрю на тебя. Ты спишь, точно котенок, свернувшись у меня под боком в клубочек! Странно, но ты так быстро привыкла к моему присутствию. И я привык ощущать рядом с собой твое хрупкое страстное тело, принимать твою нежность ко мне и любовь. Но, прости, милая Лисси, я не создан для семейной жизни. Мне нужна свобода! Боюсь, что через месяц-другой нам станет вместе скучно. Поверь, так будет лучше и правильнее. Я знаю, после таких слов ты возненавидишь меня!

Любящий тебя вечно. Крис.

Прощай, малышка Лисси, прощай, мое сокровище!»

По мере того как Мелисса, перечитывая снова и снова письмо Кристиана, наконец-то вникла в его содержание, ее охватила ярость. Она вскочила, глаза засверкали от гнева, грудь вздымалась от стесненного дыхания.