В плену королевских пристрастий - Колесова Марина - Страница 110

— Ваша Светлость, скоро вечер, я бы не хотела, чтоб мой охранник возвращался затемно… Я боюсь оставаться без него вечерами.

— Так не нужно его со мной посылать… Я минут десять — двадцать отдохну, и сама смогу добраться до собственного замка.

— Я хочу быть уверена, что с Вами ничего не случится, поэтому Вы поедете только с ним… И не спорьте, Ваша Светлость. Это все равно бесполезно.

Алина усмехнулась, ее охватило какое-то странное чувство нереальности происходящего. С одной стороны она отчетливо понимала, что стоит за всеми словами и приготовлениями, а с другой совсем не чувствовала опасности.

— Да, я понимаю… — она поднялась с дивана.

В это время во дворе раздался какой-то шум, послышались громкие голоса, и через некоторое время в гостиную ворвался герцог Тревор.

— Алиночка, маленькая моя, — он подхватил супругу на руки и, забыв всякий такт, стал шептать: — Как же ты меня напугала… Господи… С тобой все в порядке? Да у тебя все платье мокрое и волосы… Это ты с утра так? Это сколько же ты по лесу блуждала, маленькая моя… — он раздраженно посмотрел на графиню, — Что стоишь как неживая? А ну марш: принесла полотенце, новый халат и теплый плед. И быстро!

— Ничего этого не надо, Алекс. И поставьте меня, пожалуйста, на пол, — холодно проговорила Алина.

— Что с тобой, Алиночка? — осторожно опуская ее на пол, проговорил герцог, — Эта тварь чем-то посмела обидеть тебя? — он обернулся в сторону графини, скулы у него свело, а глаза злобно сузились, — Чем ты обидела мою жену? Что ты сказала ей?

— Ничем, Алекс, — та со страхом попятилась, — я клянусь… я ничего обидного не говорила ей…

— Ты как ко мне обращаешься, тварь? — шагнув к графине, процедил он сквозь зубы.

— Извините, Ваша Светлость… — испуганно проговорила она.

— Оставьте ее! Она действительно не говорила мне ничего обидного и была предельно вежлива и обходительна, — вмешалась Алина.

— Да неужели? — зло усмехнулся герцог и, схватив графиню рукой за волосы, запрокинул ей голову, — Предельно обходительна, надо же… поэтому моя жена до сих пор в мокром платье и с мокрыми, распущенными волосами…

— Ваша Светлость, я сделала все, о чем она просила меня… правда, — срывающимся голосом прошептала она.

— Я сказала: оставьте ее! — раздраженно проговорила Алина.

— Я, конечно, оставлю ее, раз Вы так хотите, моя дорогая, — герцог выпустил волосы графини и повернулся к супруге, — но я хочу знать, что здесь произошло.

— Ровным счетом ничего, Алекс, — она глубоко вздохнула, стараясь справиться с эмоциями, и достаточно холодно продолжила, — Я заблудилась, и графиня любезно согласилась напоить меня горячим чаем, и предоставила возможность обогреться у очага, а потом даже подготовила карету, чтобы я в сопровождении ее охранника могла вернуться в замок. Чем Вы недовольны?

— Алина, я же вижу в каком Вы состоянии… — герцог вновь обернулся к графине, которая поправляла растрепавшуюся прическу, и с угрозой в голосе произнес, — Я после поговорю с тобой, Белла.

— Не смейте даже пальцем ее тронуть! — Алина с силой хлопнула ладонью по столу, — Понятно?

— Алина, Вы опять вмешиваетесь? Вам мало одного раза?

— Это Вам мало… — Алина, со злостью взглянув на него, перешла на латынь, — Она ждет ребенка, поэтому даже думать не смейте, чтоб тронуть ее… Она выполняет все Ваши прихоти и все делает для Вас, а Вы мало того, что заставили ее непотребным и грязным делом заниматься, так еще и отыграться за это на ней решили? Кстати, учтите, она не сказала мне ни слова из этого, я все это вижу и так… И еще… больше… больше… не смейте меня даже касаться!

— Алиночка… дорогая моя… Вы все неправильно поняли… — перешел на латынь и он.

— Что я неправильно поняла? — продолжив говорить на латыни, спросила она, — Что Вы выбрали ее и живете с ней, а меня держите из-за короля? Так, Вы не бойтесь, я приму Ваш выбор… я все понимаю… Вы не можешь жить со мной, поэтому живете с ней… Вам не хватает тех девок, которые окружают и Вас, и короля… Вам нужна была неизменная любовь, причем такая, которую не надо делить с королем… Так вот, можете жить с ней и дальше, ничего не скрывая от меня… Я не стану преградой вашему счастью… Я только не понимаю, лгать мне, зачем все это время было надо? Почему Вы скрывали это?

— Алиночка, она не любовница… она действительно лишь исполняет грязную работу…

— Конечно… и ребенок у нее не от Вас… — Алина иронично скривила губы.

— Алиночка… понимаете… я не мог тебе сказать раньше… это король, он…

— Не лгите мне, не смейте мне лгать! Я ненавижу, когда мне лгут. Король не был здесь никогда!

— Хорошо… хорошо… у нее действительно ребенок от меня, но это было давно… Еще до того как ты второй раз сбежала в монастырь… Понимаешь, когда мы еще с тобой…

— Прекратите оправдываться! — прикрикнула она на него, — я знаю, что Вы до сих пор живете с ней. Вам даже беременность ее не особо мешает. Ну имейте Вы мужество признаться!

— Алиночка… этого больше не будет никогда… я обещаю.

— Не надо мне ничего обещать! Хотите — живите с ней, это Ваше дело… Меня это не касается.

— Как же не касается, если Вы моя жена?

— Жена? Какая я жена, если наше венчание было для Вас лишь фарсом, и как оказалось, Вы лгали мне все это время? К жене так не относятся! Ей хотя бы так не лгут! Я согласна смириться почти со всем, но не с ложью… Ведь я же не нужна Вам как жена, я лишь пристрастие короля, игрушка для него, которую удобно держать в своем доме…

— Миледи, что Вы такое говорите? Вы нужны мне… Вы даже не представляете, как Вы мне нужны… Ну простите меня… Ну что мне сделать для Вас? Хотите, я на колени встану? — он медленно опустился перед ней на колени.

Графиня, наблюдавшая за всей этой сценой и непонимающая ни слова из их разговора, изумленно уставилась на него.

— Алекс, прекратите сейчас же устраивать тут… — начала Алина и вдруг резко замолчала, ее взгляд устремился вдаль, а на лице появилось отрешенное выражение.

Герцог медленно поднялся с колен и, пристально глядя на нее, ждал. Графиня недоуменно наблюдала за ними.

Наконец герцогиня тряхнула головой, оглянулась на распятье и с ужасом в голосе прошептала, — Господи, дай сил успеть.

— Алина, что случилось? — герцог обхватил ее за плечи.

В тот же миг супруга с такой силой сбросила его руки и оттолкнула от себя, что герцог, чуть не упав, отступил от нее. А в следующее мгновение она уже выбегала из гостиной во двор.

— Алина, куда Вы? — герцог метнулся следом, но успел лишь заметить, как та вскочила в седло его Гранита, стоявшего посреди двора, и направила его прямо на двухметровую каменную ограду.

— Алина, нет! Стойте! Убьетесь ведь! Господи, что она творит… — герцог в ужасе прижал руки к вискам, ожидая увидеть трагедию.

Однако трагедии не произошло, Гранит, лишь краешком заднего копыта чиркнув по стене, преодолел ее, и с другой стороны послышался его равномерный, удаляющийся топот.

— Ворота открой, — гаркнул герцог на охранника и, поспешно отвязав привязанного к карете Вельда, вскочил в седло и пустился вслед ускакавшей супруге.

Алина скакала, даже не понимая каким образом направляет Гранита. Они съехали с дороги и теперь скакали по небольшой тропе, петляющей по лесу.

— Быстрее, мой хороший, давай быстрее, — склонившись к самой шее коня, шептала она.

И Гранит летел словно ветер. Наконец они вылетели с тропинки на широкую лесную дорогу, причем прямо перед королем, скакавшим по ней.

— Господи, Алина, — король еле успел остановить своего коня, — ты жива… какое счастье.

Ничего не отвечая, Алина прижала палец к губам и сделав знак королю ехать за ней, вновь повернула коня на тропинку по которой прискакала. Король последовал за ней. Отъехав достаточно далеко, они увидели скачущего им навстречу герцога.

— Алина, Вы решили меня до нервного припадка довести? — подъезжая к ним, с тяжелым вздохом спросил он, — Может, наконец, объясните, что все это значит?