Возлюбленная леопарда - Гилганнон Мэри - Страница 68

– Пожалуйста, Ричард…

– Что? Удовлетворить тебя? Но разве это входит в мои супружеские обязанности?

Она обреченно вздохнула:

– Зачем ты мучаешь меня?

– Потому что ты заслужила. – Он улыбнулся и, взяв ее руку, прижал к своей напряженной плоти. – Смотри, не только ты осталась безутешной.

– Тогда почему… ты не любишь меня? – Она погладила его, стараясь сделать это как можно соблазнительнее. Ричард отодвинулся.

– Потому что мне нравится тебе отказывать. Я все время размышлял над тем, как ты разгорячила меня, а затем воспользовалась моей страстью, и пришел к выводу, что нет более подходящего и справедливого наказания, чем это.

– Ты оставляешь меня? – прошептала Астра, все еще не в силах поверить, что Ричард уйдет. – Куда же ты направляешься?

– К своей подружке, одной надежной женщине, которая не выдаст меня королю.

Астра почувствовала, как внутри что-то сжимается от горечи и обиды. Ричард собирался провести ночь с другой.

– Пожалуйста, не надо, – взмолилась она. – Я сделаю все, что ты попросишь. Я даже… – Она осеклась.

– Все – это что, Астра? – издевательски спросил он и тяжело навис над ней всем своим мощным телом. – Без сомнения, сделаешь, ведь ты – моя шлюха.

Астра закрыла глаза.

– Я не шлюха, Ричард, – сказала она горячо. – Я – твоя жена.

– Но ведь ты не леди. Ты потеряла право на титул, когда замыслила свой шитый белыми нитками номер в церкви. Настоящая леди не обнажает грудь, чтобы соблазнить мужчину в храме. Кроме того, настоящие леди не шныряют по палаткам рыцарей, пока те спят. Также они не встречаются с мужчинами по ночам в злачных местах Лондона.

Астра стиснула зубы, слушая его бессмысленные оскорбления. Ведь она сделала все это из любви к Ричарду, а не из страсти к приключениям. Она хотела возразить, но Он не позволил.

– И еще, Астра, леди не упрашивают мужей переспать с ними. Они довольны, когда мужчины удовлетворяют свои плотские потребности где-нибудь на стороне, и раздвигают колени только для того, чтобы зачать наследника, да и в этом случае неохотно. А ты, Астра, настоящая шлюха. Твои ноги разлетаются в стороны от одного моего прикосновения, ты стонешь и дрожишь от простого поцелуя.

С этими словами Ричард снова подошел ближе и потрогал ее.

– Для меня ты мокрая, всегда мокрая. – Он убрал руку. – Однажды ты чуть не свела меня с ума, а теперь…

Астра услышала, как Ричард встал с постели. Она открыла глаза и увидела, как он вышел из комнаты, захлопнув за собой дверь. К сожалению, она действительно не могла ему противиться вне зависимости от принятых решений. Тело все время предавало ее, но, может быть, оттого, что оно знало правду о Ричарде, о его гневе и потаенных желаниях, о том, что им судьбой предназначено быть вместе, соединившись в единое целое.

– Смотри, куда прешь, мерзавец! – закричал Ричард на встречного пьяницу, который чуть не сбил его с ног.

– Тихо, Ричард, – вступился Вилли. – Ты и сам-то еле идешь. Давай-ка лучше поторопимся, пока ты не свалился лицом в грязь.

Они побрели дальше. Вилли с беспокойством поглядывал на жуткую, белесую от тумана улицу, конец которой терялся в ночи. Хуже некуда бродить в такую погоду. Туман – надежное укрытие для воров, бандитов и убийц, и им с Ричардом повезет, если у них обрежут только кошельки и не перережут при этом глотки.

Вилли вздохнул с облегчением, когда они достигли «Черного лебедя», и обрадовался еще больше, увидев полупустой зал. Почти нет никого из тех, кто сможет затеять драку с Ричардом или проследить, как он поведет шлюху в верхние комнаты. Вилли не хотелось, чтобы до леди Астры дошли грязные слухи. Даже ее ангельское терпение лопнет, если она узнает, что муж на третий день после свадьбы ушел к проститутке.

«Может, Рубинчик развлекает кого-нибудь из клиентов или вообще навеки сгинула в грязной утробе Саусварка», – с надеждой подумал Вилли. Но Рубинчик была на месте и обслуживала каких-то подозрительных типов в другом конце таверны. Наблюдая, как она наклоняется над столом, выставляя полуобнаженные груди, подпрыгивающие под тонким платьем, Вилли испытал непреодолимое отвращение. Как Ричард может хотеть женщину вроде этой? Ту, которая предлагает тело любому завернувшему в таверну? Ту, которая продается всякому, у кого хватит серебра, чтобы заплатить за удовольствие в холодной, грязной комнате наверху?

Вилли потряс головой, дивясь безумию Ричарда и его упрямому неприятию изысканной, прекрасной женщины, на которой он женат. Нужно скорее растолкать этого чудака, заставить его взглянуть на мир без предубеждения и вытащить из пропасти обид и самосожаления.

Рубинчик заметила их сразу, как только они уселись за стол. Она тут же перестала заигрывать с подвыпившими посетителями и подошла медленной походкой, зазывно покачивая бедрами.

– Вот так да! Вы только взгляните на этого пропойцу. А я-то уже решила, что ты нашел другую берлогу, Рэйвз. – Ее губы похотливо дрожали, а подведенные черные глаза впились в Ричарда. – Я соскучилась по моему любимцу. Ни у кого в Лондоне не нашлось такой подходящей затычки для моей бочки, как у тебя, дорогой. – Она потянулась через стол, при этом ее платье распахнулось, обнажая груди. – Верхняя комната открыта. Хочешь, пойдем туда прямо сейчас, или выпьешь чего-нибудь для начала?

– Мы выпьем, – быстро ответил Вилли, а Ричард невразумительно кивнул.

Рубинчик послала Вилли уничтожающий взгляд и пошла за элем.

Вилли приблизился к другу.

– Не могу поверить, что ты сегодня будешь с этой. Рубинчик не стоит и подошвы прекраснейшего существа, которое ждет тебя дома.

– С каких это пор ты стал разбираться в женщинах, Вилли? – надменно вопросил Ричард.

– Здесь не надо особенно разбираться, достаточно иметь глаза, чтобы видеть, и уши, чтобы слышать. Рубинчик – обычная мерзкая шлюха, которая раздвигает ноги перед каждым мужчиной.

Ричард сонно моргнул.

– Все женщины делают одно и то же, Вилли, но Рубинчик честнее, чем большинство из них. И мне это нравится. Мне нравится ее честность.

– Честность? – Вилли фыркнул. – Да она ограбит тебя, как только ты заснешь, если только найдет, что стащить. Не льсти себе, думая, что похитил сердце Рубинчик – у женщин, подобных ей, сердца не бывает.

Ричард промолчал и сделал глоток из полупустого винного меха, который держал в руке. Вилли подумал, что если дело и дальше пойдет такими темпами, то завтра утром его друга ожидает мучительное похмелье, Впрочем, нет худа без добра, и Астра получит передышку, пока Ричард будет отсыпаться.

Рубинчик вернулась и бухнула на стол две кружки эля. Она встала поодаль, ожидая, когда Ричард опрокинет свою и поведет ее наверх. Ричард враждебно взглянул на нее и встал.

– Пойду проветрюсь, – пробормотал он.

Рубинчик сверлила глазами его спину, пока он, покачиваясь, шел к двери, и с легкой насмешкой крикнула вслед:

– Если потребуется помощь, любимый, позови.

Женщина повернулась, чтобы уйти, но Вилли схватил ее за руку и дернул вниз, принуждая сесть рядом с собой на скамью.

– Давай поговорим, пока он вышел.

– Мне не о чем с тобой разговаривать, грязный тип!

– Нет есть, – прошипел Вилли, для большей убедительности показывая острый клинок короткого кинжала. – Мы поговорим о Ричарде. Я не хочу, чтобы он и дальше путался с Вашей Похотливостью. Я дам тебе денег, а ты уж будь любезна обрати свое внимание на кого-нибудь еще.

– Но он еще не попрыгал на мне! – в гневе запротестовала Рубинчик. – Я просто умираю от желания провести с ним ночь. Он не такой, как вся эта шваль, которая обычно приходит сюда. Он мой, он – лучший из всех, кто у меня был. С чего я должна его бросать?

– Я же сказал, что заплачу, сука. Золотом.

– Да что ты? Как интересно! А тебе все это зачем? – Рубинчик прищурила с подозрением каштановые глаза. – Почему-то раньше тебя не волновало, что Леопард любил меня ночи напролет. Что с тобой случилось, де Лэйси?

– Три дня назад Ричард женился, и мне не хочется, чтобы он спешил с нарушением брачного обета.