Завещание Шерлока Холмса - Гарсиа Боб - Страница 32

– Для нас, посвященных, это пустяк. Я всегда практиковал спиритизм, и у меня никогда не было трудностей в общении с духом умерших. Это почти формальность.

Я приготовился выдать новое замечание, когда Холмс наступил мне на ногу.

– Понимаю, – сказал я, скорчив гримасу боли. Единственное, что я понимал, так это то, что мы теряем время, слушая бред наркомана.

– Но на этот раз вам не удается установить контакт? – спросил Холмс так, будто устанавливать контакт с мертвецами – самое обычное дело.

– Да, и поэтому я убежден, что Роза попала в западню.

Холмс приблизился к Кроули.

– В западню?

– Я имею в виду ее двойника, разумеется.

– Разумеется, – как эхо, повторил я.

– Ее двойник не смог вернуться в телесную оболочку моей жены. Это означает, что его держат где-то в заточении или же он приговорен вечно блуждать между миром живых и миром мертвых.

У этого Кроули было весьма необычное понимание смерти. И Холмса, казалось, весьма сильно интересует его теория. Вот что удивляло меня больше всего.

– Я более чем уверен, – продолжал Кроули, – Роза узнала что-то очень важное. Но кто-то помешал ей говорить и держит до сих пор в мире, недоступном для живых. Я должен освободить ее.

Кроули поднялся и, шатаясь, простоял мгновение. В его взгляде читалась одержимость. Холмс поддержал его за локоть.

– Как вы собираетесь это сделать?

– Я устрою ловушку нашему врагу.

Кроули нетвердой походкой направился к своей огромной библиотеке. Он достал тяжелый том, намного более свежий, чем остальные, на многих его страницах были закладки. Он положил книгу на стол перед нами. Я прочитал название одновременно с моим другом: «История секретных сект», автор – профессор Корнелиус Хазелвуд.

Как вам удалось завладеть этой книгой?

– Мой друг-издатель, Самюэль Боктон, смог раздобыть ее до официального издания. Она должна была поступить в торговлю через несколько дней.

Холмс снова бросил на меня заговорщицкий взгляд. Это неожиданное признание доказывало, что Кроули и Боктон хорошо знают друг друга.

– Вы интересуетесь тем, что рассказывает Хазелвуд? – отважился спросить я.

– Я вам очень благодарен. Если мне придется защищаться, то я хотел бы знать, в чем меня обвиняют.

Лицо Кроули сделалось жестким, на нем появилось выражение злобы и презрения.

– Эта книга – не что иное, как грубая шутка. Она полна шаблонов и худших выдумок, присущих этому жанру, не говоря уж об анахронизмах, недостойных даже школьника.

Я все пытался разобраться.

– Так вы не принимаете это произведение всерьез?

– Мало того. Эта книга не только несерьезная, но и по большей части – плагиат «Молота ведьм».

– «Молота ведьм»?..

– Речь идет о книге недоброй памяти, которая служила практическим руководством инквизиторам в течение почти двух веков. Она написана в I486 году Яковом Шпренгером и Генрихом Инститорисом, двумя профессорами теологии ордена доминиканцев, в ней они доказывали существование колдовства и сатанизма. Сотни лучших так называемых еретиков подверглись пыткам и истреблению. Чаще всего их ошибка заключалась лишь в том, что они выступали против официальной доктрины католической церкви.

– Вы хотите сказать, что книга Хазелвуда – плагиат «Молота ведьм»?

– По большей части – да! А что касается остального, то наш знаменитый ученый удовольствовался тем, что переписал все подряд. У меня есть точные доказательства. Следуйте за мной!

Кроули направился к библиотеке и достал сильно потрепанную колдовскую книгу.

– Послушайте это: «Задушенные, а затем порезанные на кусочки, жертвы сатанинских ритуалов погибали в котле, где колдуны приготовляли знаменитую дьявольскую мазь, которая должна была обязательно содержать в себе немного человеческого жира. А вот и точный рецепт: сварить ребенка в медном котле, взять плавающий на поверхности жир, а оставшемуся бульону дать как следует загустеть. Добавить в бульон аконит, листья тополя и золу – и эту дьявольскую смесь можно использовать для того, чтобы испортить урожай, навредить скоту, послать врагов в загробный мир…» Хазелвуд слово в слово списал эту ахинею и приписал этот варварский обряд ордену «Серебряная звезда». Ни больше ни меньше.

Кроули даже раскраснелся от гнева. Мало-помалу к нему возвращались его злоба и воинственность. Его голос поднялся на один тон:

– Но все это не имеет ни малейшего значения по сравнению с тем, что я вам покажу. В этой книге заключено послание намного более тревожное, которое определенно указывает на автора и позволяет мне утверждать, что я стал жертвой страшного заговора. Пришло время назвать настоящего преступника. Приготовьтесь к самому ужасному!

Какое сумасбродное откровение он приготовил нам? Для такого манипулятора, как Кроули, разве не было лучшим способом снять с себя обвинение – выдать себя за жертву?

Он открыл книгу Хазелвуда на другой странице, заложенной листом бумаги, и указал пальцем на небольшой рисунок.

– Прочтите этот небольшой абзац, мистер Холмс, и внимательно посмотрите на рисунок!

Мой друг склонился над книгой.

– «В Египте, во время правления династии Аменхотеп, обычай предписывал бросать в Нил девственницу, чтобы завоевать его милость и быть уверенными, что он удобрит долину… Руки жертвы отрезались, бальзамировались и по отдельности преподносились Сету, египетскому дьяволу. В настоящее время этот ужасный обряд приписывают секте „Серебряная звезда“, находящейся под псевдоегипетским влиянием, управляемой отвратительным Алистером Кроули».

Холмс достал лупу и с ее помощью принялся разглядывать рисунок. Внезапно выражение его лица резко изменилось. Оторопевшим взглядом он посмотрел на Кроули, выронил лупу и как подкошенный рухнул на стул.

Я схватил лупу и поспешил посмотреть на рисунок. То, что я увидел, выходило за грани всякого воображения. Обряд, отраженный на этом наброске, происходил не в Египте, а в Лондоне, именно в том месте, где была убита маленькая Мэри. Я узнал набережную, рельсы, по которым передвигаются вагонетки с углем, даже мост, под которым мы нашли Джека-Попрошайку.

– Это невозможно! – воскликнул я.

Я еще раз приблизил лупу к рисунку. Убийца носил черты Сета, который у египтян является тем, чем у нас сатана. В свою очередь, я вопросительно посмотрел на Кроули.

Он перевернул еще несколько страниц и раскрыл книгу там, где была следующая закладка.

– То же самое и со всеми остальными преступлениями.

– Остальными? – повторил я.

Он открыл книгу на странице, описывающей греческий ритуал, происходящий из античности: захоронение живьем пятерых мальчиков. Мы внимательно вглядывались в рисунок. Я узнал кладбище и хижину несчастного Маллигана – все до малейших деталей.

Кроули перевернул еще несколько страниц.

Я узнал склеп, где мы нашли Джейн Барнингтон, пронзенную перевернутым крестом. Я взял лупу. В углу рисунка можно было рассмотреть непристойную усмешку дьявола, которого, казалось, эта сцена очень забавляла.

Кроули показывал нам все новые и новые убийства. Наконец он закрыл книгу и в изнеможении опустился на кровать.

Время будто застыло.

Это открытие опустилось на нас тяжким грузом.

Холмс устремил пустой взгляд в бесконечность.

27

Мы больше не могли откладывать встречу с Хазелвудом. Мой друг не скрывал своего нетерпения. Его решимость преобладала над его опасениями.

Не прошло и часа, как мы уже были у Хазелвуда.

Холмс громко постучал в калитку. Холодный и надменный дворецкий почти тотчас же открыл нам.

– Мистер Холмс, мистер Ватсон. Соблаговолите следовать за мной, пожалуйста, господа уже ожидают вас.

– Господа? – удивился я.

Дворецкий не успел ответить. Импозантный мужчина шел нам навстречу. Мое удивление достигло предела, когда я узнал в нем Майкрофта Холмса. Какой исключительный случай заставил медведя выйти из берлоги?

– Шерлок, – обратился он к своему брату, – и ты только сейчас пришел сюда?