Сапфир - Мэтьюз Патриция - Страница 54

В фойе толпились театральные завсегдатаи, и, пока Регина с Уиллом пробирались сквозь толпу, она глазами искала Брайана, однако его нигде не было. Двери в зал только что открылись, и супругов Лоугенов проводили на их места. Она продолжала высматривать Брайана, пока не погас свет. Может быть, он передумал и решил вообще не появляться в театре? И молодая женщина почувствовала некоторое разочарование.

В конце концов, выбросив Брайана из головы, она откинулась на спинку кресла и приготовилась наслаждаться спектаклем.

В то время, когда на спектакле «Петер Пэн» поднялся занавес, Брайан в наемном экипаже подкатил к роскошному дому на Тридцать пятой авеню, где в бельэтаже проживала Дейзи Карлтон – высокая пышная брюнетка с томными карими глазами. Брайан постучал, и Дейзи тут же открыла дверь. Она уже была одета в длинное черное платье и сердито постукивала каблучком об пол.

– Вы опаздываете, Брайан Макбрайд! Он усмехнулся:

– Ну да, любовь моя, а разве вы не знаете, что это нынче модно – опаздывать?

– Ну не в театр же! Когда мы приедем, первое действие уже окончится.

– Я думаю, это не имеет значения, – возразил ирландец, пожимая плечами. – Там сплошные фейри[3] и детишки. У себя в Ирландии я этих фейри понавидался.

Она с подозрением уставилась на него:

– Фейри в Ирландии? Вы смеетесь надо мной, Брайан.

– Вовсе нет, дорогуша, – серьезно ответил он. – В Ирландии фейри хоть пруд пруди. Я думаю, что это всем известно.

Он подал ей руку, и они вышли на улицу, где их ждал извозчик. Брайан познакомился с Дейзи несколько недель тому назад и начал ухаживать за ней. Она была медлительна, но очень декоративна, а в постели весьма даже оживлялась. И что самое удобное – будучи замужем, она жила раздельно со своим богатым мужем, но очень надеялась, что ей удастся снова войти к нему в милость. Однако пока этого не случилось, что плохого в том, что она немного поразвлечется? Так она и сказала Брайану.

Они подъехали к театру всего за несколько минут до антракта. К тому времени, когда Брайан расплатился с извозчиком и они вошли в вестибюль, публика уже выходила из зала, женщины собирались небольшими группками, чтобы поболтать, а мужчины по большей части выходили на улицу, чтобы выкурить сигару.

– Видите, я же говорила, что мы опоздаем, – упрекнула его Дейзи.

– Не важно, любовь моя. – Брайан взял ее под руку и привлек к себе, а сам обежал взглядом лица выходящих из зала.

– Прошу вас, не обращайте внимания на то, что я, возможно, скажу сейчас.

Дейзи нахмурилась в недоумении, но, прежде чем она успела возразить, Брайан заметил Регину и Уильяма Лоуген в другом конце фойе. Он повел Дейзи туда, чтобы оказаться у них на глазах. Первой их заметила Регина. Лицо ее посветлело, но тут же омрачилось: она увидела, что Брайан держит под руку женщину.

Ну и совпадение, мистер и миссис Лоуген, видите, мы все оказались в театре! – сказал Брайан, расплываясь в улыбке.

Уилл, стоявший рядом с Региной, явно напрягся, и, кинув быстрый взгляд на его лицо, Брайан понял, что тот закипает гневом.

– Дейзи, позвольте познакомить вас с Уильямом и Региной Лоуген, моими давнишними друзьями, – продолжал Брайан. – А это Дейзи, моя невеста. – Он обнял Дейзи, смущенно косящуюся на него.

После того как обмен вежливыми приветствиями иссяк, Брайан спросил весело:

– А как вам спектакль, миссис Лоуген?

– Мы просто в восторге, – ответила Регина с деланной сердечностью.

– Да, – сдержанно добавил Уилл. – Мы считаем, что вещь удалась.

– Тем более жаль, что мы пропустили первый акт, – сказал Брайан. – Но я ничего не мог поделать – меня задержали. Мы только что приехали. Дейзи утверждает, что я опоздаю даже на собственную свадьбу. Похоже, мне необходимо избавиться от этой привычки опаздывать.

Зазвенел звонок, призывающий зрителей занять свои места. Уилл взял Регину за руку и почти грубым жестом повернул лицом к зрительному залу. Она пошла за ним, подавляя сильное желание оглянуться.

Когда Лоугены исчезли в зале, Дейзи сердито проговорила:

– А теперь объясните, что все это значит? Разве я ваша невеста? У меня есть муж, и вы это знаете! А за вас, Брайан Макбрайд, я бы не вышла ни в коем случае!

– Ну как же, я это прекрасно знаю, – радостно заявил ирландец. – Но я же просил вас пропустить мимо ушей все, что я буду говорить.

– Что за игру вы ведете с этими людьми, Брайан?

– Все это не должно вас беспокоить, любовь моя. – И взяв Дейзи под руку, он повел ее из театра.

Она попыталась упереться.

– Разве мы не останемся на спектакль?

– Да кому интересно смотреть половину пьесы? Кроме того, я заказал для нас столик в ресторане. Я не намерен угодить в толчею, когда публика двинется из театра, а так мы сможем прекрасно пообедать.

– Но вы же купили билеты на спектакль. И все это для того, чтобы разыграть эту странную сценку в фойе? Брайан, вы сумасшедший, совершенно сумасшедший!

– А как же! Не будь я таковым, вам было бы не столь интересно со мной, не так ли? – отозвался ирландец, широко улыбаясь.

Регина и Уилл просидели до конца спектакля в ледяном молчании. Никакого удовольствия от представления Регина не получила: она страшно огорчалась, что трещина между нею и мужем все больше углублялась.

Так в полном молчании они и вернулись домой. Войдя в гостиную, Уилл швырнул пальто и шляпу на диван и направился к бару. Налив полный стакан бренди, он залпом осушил его.

Только тогда он взглянул на Регину. Глаза его были холодны как лед.

– Объясни мне, что означает вся эта сцена с Макбрайдом?

Регина пожала плечами:

– Я знаю столько же, сколько и ты, Уилл.

– О нет, я думаю, что это не так! Ты, кажется, принимаешь меня за полного дурака, Регина. Вы с ним устроили эту встречу, чтобы я подумал, будто Макбрайд обручен с этой женщиной. Я же заметил, какое изумление появилось у нее на лице, – для нее это было совершенным сюрпризом. Она, возможно, просто потаскуха, которую Макбрайд подобрал на улице и заплатил ей за это маленькое представленьице. Только забыл предупредить ее заранее, что он собирается сказать.

Регина опустилась на диван, стиснув руки на коленях.

– Я могу только повторить, – тихо проговорила она, – что я ничего об этом не знала.

– Ну а я, черт побери, тебе не верю! – решительно заявил Уилл. – Вы придумали все это вместе.

– Но это неправда…

Он подошел к бару и плеснул себе еще бренди.

– Уилл, прошу тебя, не пей больше. Он резко повернулся к ней:

– Я буду пить столько, сколько мне угодно, черт побери! И я намерен напиться так, чтобы забыть все и заснуть прямо здесь!

И он ткнул пальцем в направлении дивана, на котором сидела Регина, но ей показалось, что палец указывает прямо на нее, обвиняя ее во множестве грехов, не последнее место среди которых занимает неверность.