Фрайди [= Пятница, которая убивает; Меня зовут Фрайди] - Хайнлайн Роберт Энсон - Страница 97

— Говорил я тебе, что она на корабле! Говорил же…

А Жан, укоризненно кивая, проговорил:

— Но ведь ты умерла!..

А я оторвала губы от Жанет ровно настолько, чтобы сказать:

— Ничего подобного. Кстати, младший пилот Памела Херсфорд передает тебе привет и наилучшие пожелания.

И Жанет фыркнула:

— Эта плюшка?

И Жан сконфуженно пробормотал:

— Да ладно тебе…

И Бетти, внимательно оглядев меня с ног до головы, сказала:

— Точно она. Привет, детка! Классно выглядишь.

И Джордж лопотал что-то по-французски, пытаясь осторожно вклиниться между мною и Жанет.

И конечно, мы затормозили всю очередь: люди наталкивались на нас, спотыкались, бормотали извинения, ворчали, ругались, протискивались между нами, и…

— Давайте двигаться дальше, — сказала я. — Потом поговорим.

Я обернулась, посмотрела туда, где оставила Пита, и увидела, что он исчез. Впрочем, за Пита я не беспокоилась, Пит не пропадет.

Жанет не растолстела, просто она была беременна. Я взялась было за один из ее чемоданов, но она не позволила:

— Мне лучше с двумя, они держат меня в равновесии.

Тогда я взяла клетку с кошкой — мамой-кошкой — и большой бумажный сверток, который тащил под мышкой Жан.

— Жанет, а куда ты дела котят?

Вместо нее ответил Фредди:

— Я использовал свое служебное положение, — сказал он, — и устроил их на тепленькие места… Да-да, они теперь служат, м-мм… инженерами по контролю за грызунами на большой овечьей станции в Куинсленде. Ты расскажи нам, Элен, каким образом ты, которая вчера еще сидела по правую руку лорда-повелителя гиперпространственного звездолета, сегодня очутилась вместе с бедными крестьянами на дне этой чертовой корзины?

— Потом расскажу, Фредди. Когда выберемся отсюда.

Он взглянул на дверь и кивнул:

— Ладно, потом, в дружеской беседе и с изрядной долей вымысла… А сейчас нам предстоит миновать этих церберов.

Два «сторожевых пса» стояли у двери — по одному с каждой стороны. Оба были вооружены. Произнеся про себя коротенькое заклинание, я сделала вид, что болтаю с Фредди о какой-то ерунде. «Псы» внимательно оглядели меня и, кажется, не нашли во мне ничего из ряда вон выходящего. Наверно, тут сыграла свою роль моя неумытая физиономия и всклокоченные волосы — до сих пор я выходила из своей роскошной каюты лишь после того, как Шизуко так тщательно обрабатывала меня, словно я была выставочной моделью на аукционе.

Очутившись за дверью, мы спустились по коротенькой лестнице и выстроились в очередь к большому столу, установленному прямо на земле возле причального бота. Стол был завален бумагами, и за ним восседали два чиновника в униформе.

— Франц, Фредерик, Дж.! — выкликнул один из них.

— Здесь! — ответил Фредди и стал обходить меня, чтобы приблизиться к столу.

— Вот она! — услышала я за своей спиной, плюхнула на землю клетку с мамой-кошкой и, не разбирая дороги, со всех ног пустилась бежать. За мной послышался шум и возбужденные голоса, но я не оглянулась — во что бы то ни стало мне надо было очутиться вне пределов досягаемости разных сетей, ловушек, капканов и газовых стволов. Конечно, от лазерного прицела и даже обычной скорострельной винтовки мне не уйти, но, если Пит говорил правду, они мне не страшны. Справа в стороне виднелась какая-то маленькая деревушка, а прямо передо мной, вдалеке — деревья. В данный момент меня больше устраивали деревья, и я, не сбавляя скорости, неслась вперед. Быстро оглянувшись, я увидела, что большинство преследователей сильно отстали от меня — не удивительно, я без труда могу одолеть тысячу метров меньше, чем за две минуты. Но двое висели у меня на хвосте и могли перерезать мне дорогу, поэтому я замедлила бег, прикидывая, когда будет удобнее их «погладить», а может, и… оставить здесь навсегда.

— Нечего зевать! Беги! — рявкнул Пит. — Они думают, что мы гонимся за тобой!..

Я опять пустилась во весь опор — вторым преследователем оказалась Шизуко… Моя подружка — Тилли.

Очутившись среди деревьев и потеряв из виду причальный бот, я остановилась перевести дыхание. Они подбежали ко мне — Тилли обняла меня за шею и попыталась чмокнуть в губы. Я увернулась и воскликнула:

— Ой, нет!.. От меня должно жутко пахнуть… Ты что, прямо вот так и соскочила с корабля? — На ней была лишь одна меховая накидка, в которой она выглядела гораздо «восточнее» — выше, тоньше и намного женственнее, чем знакомая мне «горничная».

— Нет, в парадном кимоно. С поясом. Но я бросила его по дороге, в нем неудобно бегать.

— Хватит болтать! — раздраженно сказал Пит. — Надо выбираться отсюда. И как можно быстрее… — Он притянул меня к себе за волосы и поцеловал в губы. — Кого волнует, как от тебя пахнет? Пошевеливайтесь!

Мы вняли его совету и устремились вглубь леса, уходя все дальше от причального бота. Но тут выяснилось, что Тилли подвернула лодыжку, и с каждым шагом ковыляла все медленнее.

— Когда ты рванулась, — пояснил Пит, — Тилли еще не успела спуститься с палубы первого класса… Ей пришлось прыгать, ну и приземлилась плохо. Тил, ты просто растяпа!

— Это все мои чертовы туфли… Пит, бери малышку и двигай с ней дальше… Мне эти ублюдки ничего не сделают.

— Черта с два! — сердито возразил Пит. — Мы втроем будем вместе до конца! Так, мисс… Так, Фрайди?

— Еще бы! Пит, бери ее справа, а я — слева.

На пяти ногах у нас неплохо получалось — не так уж быстро, но все же расстояние между нами и причальным ботом увеличивалось. Потом Пит решил взвалить ее себе на спину, но я велела всем остановиться:

— Тихо! Давайте послушаем.

Тишина. Ни малейшего шума погони. Лишь странные звуки странного леса. Птичьи голоса? Не знаю, не уверена… Странное место — наполовину манящее, наполовину чужое: трава — не совсем трава, деревья, казалось, перенесены сюда из другой эры… Красный хлорофилл? А может, тут уже осень… Интересно, ночью здесь будет холодно? Наверно, в течение следующих трех дней будет не слишком разумно искать местные поселения — на виду у команды звездолета. Без воды и пищи мы, конечно, протянем, но что, если настанут заморозки?

— Ладно, — сказала я, — бери ее на плечи. Но тащить будем по очереди.

— Фрайди! Тебе меня не поднять!

— Прошлой ночью я поднимала Пита… Скажи ей, Пит. Так что же я, по-твоему, не справлюсь с такой маленькой японской куколкой?

— Японской куколкой? Да я ничуть не меньше американка, чем ты!

— Пожалуй, ты даже больше американка, потому что я — не очень-то… Потом расскажу. Влезай мне на спину.

Я протащила ее метров пятьдесят, а потом Пит — метров двести, и так мы чередовались в соответствии с представлениями Пита о справедливости. Где-то через час мы вышли на дорогу, вернее, на просеку в кустах; на ней виднелись следы колес и лошадиных копыт. Налево дорога вела прочь от города и от причального бота, туда мы и двинулись. Шизуко кое-как ковыляла сама, но, конечно, не без помощи Пита.

Мы подошли к какой-то ферме. Может, нам и следовало обойти ее стороной, но меня уже больше интересовал глоток воды, чем собственная безопасность, а кроме того, я хотела перевязать лодыжку Тилли, пока она не станет больше ее головы. На терраске дома, в кресле-качалке сидела пожилая женщина — очень худенькая, с аккуратно уложенными седыми волосами — и вязала. Она взглянула на нас и кивнула, приглашая подойти поближе.

— Я — миссис Дандэс, — сказала она, когда мы приблизились, — а вы с корабля?

— Да, — призналась я, — с корабля. Я — Фрайди Джонс, это — Матильда Джексон, а это — наш друг, Пит.

— Пит Робертс, с вашего разрешения.

— Проходите и присаживайтесь. Простите, что я не встаю — спина у меня уже не та, что прежде. Вы ведь беженцы, да? Вы сбежали с корабля?

(Ну, Фрайди, держи ухо востро. И будь готова ко всему!)

— Да, мэм. Мы сбежали.

— Ну, конечно. Добрая половина беженцев всегда проходит мимо нашего дома. Что ж, судя по утренним сплетням, вам придется прятаться здесь не меньше трех дней. Добро пожаловать, мы всегда рады гостям. Конечно, вам положено отправиться прямехонько в бараки для перемещенных лиц: там корабельные власти вас не достанут, но зато здешние власти замучают бесконечными юридическими процедурами… Впрочем, решать вам, но это можно обсудить и после обеда. А сейчас, как насчет чашки крепкого чая?