Укротитель Драконов VI (СИ) - Мечников Ярослав - Страница 1

Укротитель Драконов VI

Глава 1

Пряха отошла к стене и сложила руки на груди, давая мне место. Полчаса назад она сама говорила, что с грозового на сегодня хватит и что слушать зверя будет она, а мне под руку лезть не следует, — а теперь вот стояла в стороне и смотрела. Гадать тут было не о чем: она и предупредила, и одобрила, одно другому не мешало, а при людях наверняка вспомнит только половину. Её улыбка ещё держалась возле губ, хотя теперь в ней появилось внимание человека, который сперва позволил другому полезть в тёмную щель, а уже потом собирался решать, стоит ли вытаскивать его за ноги.

— Одно скажу, и хватит с меня разговоров, — произнесла она буднично, ни к кому особо не обращаясь, скорее для тех, кто стоял с лампами у двери. — Зверю на сегодня хватит. Дальше сам, под свою руку. Мешать не буду, но и вытаскивать тебя, если что, тоже не полезу.

Я кивнул- сказано было ясно, и переспрашивать смысла не имелось. Опустился возле Кар-Роха и провёл ладонью по тёплой пластине между ноздрями. Каменный ответил тяжёлым гулом. По Нити сразу пришло его недовольство: серые узлы под моим рукавом, чужая женщина рядом, раненый грозовой и Сухарь далеко наверху, где запас пустоты продолжал понемногу убывать. Всё это Кар-Рох держал разом, перемешивал и предъявлял мне одним большим комком. Пришлось успокаивать его короткими образами. Сухарь лежал под крылом Шаэ-Рааха. Люди к нему близко не подходили. До утра он выдержит. Здесь требовалось закончить разговор. Понимал, что беру в долг у собственного зверя, и решил, что после разберусь, чем отдавать.

Кайров грозовой следил за нами поверх передних лап. Голубой свет в его глазах потускнел от усталости, левое крыло лежало неровно, чуть отставляя край перепонки в сторону. Временами зверь втягивал воздух и поворачивал голову к двери, за которой оставался его человек. Потом взгляд возвращался к моему рукаву. Серые жилы он уже почувствовал, и теперь ткань ничего особенно не скрывала. Для него след всё равно находился рядом, прямо под кожей.

Я старался держать в голове простую вещь: передо мной лежало разумное существо, пережившее тяжёлый удар и долгий перелёт с почти безжизненным человеком на спине. Слышать его напрямую я не умел. Кар-Рох давал нам общий язык, довольно скверный, с потерями на каждом переходе. Значит, нужно было говорить коротко и позволять грозовому самому выбирать, сколько показать. Примерно так я когда-то работал со зверями, которых заставляли возвращаться к опасному месту. Нажмёшь сильнее = получишь защиту. Оставишь дорогу назад — иногда зверь сделает ещё один шаг сам.

— Скажи ему, что я хочу понять, — проговорил я, удерживая ладонь на морде Кар-Роха. — Пусть подойдёт ближе и понюхает руку. Больше от него сейчас ничего не требуется.

Каменный фыркнул. По Нити пришёл вопрос, выраженный знакомым тяжёлым ощущением: зачем опять трогать то, что уже заставило чужака скалиться? Вопрос был разумный, и я некоторое время собирал ответ. Показал Сухаря во время серого вдоха, свою ладонь на его гребне и холодный поток, прошедший через грудь. Потом рядом возникла северная седловина с неподвижной снежной крупой. Между двумя образами я протянул тонкую серую полосу. Найти сходство. Узнать след. Остановиться сразу, если станет страшно.

Кар-Рох смотрел на меня одним глазом, и в его отклике понемногу проступало понимание. Правда, понимание ему явно не понравилось. Он опустил голову, прижал мой рукав носом и долго нюхал ткань, словно ещё надеялся сам решить задачу и избавить чужого грозового от работы. Серые узлы под кожей отозвались прохладой. Каменный почувствовал это, резко поднял морду и недовольно ударил хвостом по снегу.

— Да, там что-то осталось, — сказал я. — Собственно, ради этого и пробуем.

Пряха тихо хмыкнула у стены.

— Ты с ним разговариваешь, будто он тебе дощечку сейчас достанет и ответ запишет.

Я оглянулся через плечо. Она произнесла это без насмешки и уже смотрела на грозового. Большой палец двигался под рукавом, перебирая узлы на ремешке.

— Через Кар-Роха теряется большая часть смысла. Если начну строить сложные образы, он поймёт половину, передаст ещё меньше, а обратно придёт вообще неизвестно что.

— Потому и не строй, — она вздохнула, будто жалела, что вообще открыла рот, и всё-таки договорила. — Руку держи ладонью вверх, пальцы разожми, не сжимай в кулак, когда испугаешься — а испугаешься. Дыши через нос, ровно, длинно. И пускай подходит слева, у тебя там Кар-Рох, там ему безопаснее. Остальное грозовой сам знает лучше тебя.

Ладно. Здесь она, видимо, была права. Я поднял рукав до локтя, открыл серые жилы и сел боком к Кайрову дракону. Ладонь положил на снег пальцами вверх. В этой позе рука быстро начала мёрзнуть, зато зверь видел её целиком и мог приблизиться по дуге. Смотреть прямо в глаза я перестал. Держал в поле зрения морду, гребень и передние лапы, где движение начиналось раньше, чем становилось заметно по всему телу.

Кар-Рох издал низкое гудение. Кайров дракон ответил спустя несколько вдохов. Звук вышел хриплым и коротким. Каменный снова загудел, на этот раз изменив высоту к концу. Точного смысла я не разобрал, но по Нити пришло чувство разрешённого пространства: можно подойти, путь открыт, рядом держат границу. Грозовой приподнял голову. Левое плечо сразу напряглось, и зверь замер, пережидая боль.

— Не торопи, — предупредил я Кар-Роха. — Пусть лежит, если так ему легче.

Каменный повёл гребнем. Его внимание уже ушло к чужаку, и слова, кажется, только отвлекали. Между драконами начался новый обмен. Один звук проходил через снег, второй отзывался глубже, почти у меня в животе. Кар-Рох временами замолкал и ждал. Грозовой отвечал с задержкой, словно каждый раз проверял слабый отклик Кайра и лишь потом возвращался к разговору.

Наконец он подтянул переднюю лапу под грудь. Тело сдвинулось совсем немного. Левое крыло дрогнуло, край перепонки заскрёб по снегу, и зверь раздражённо клацнул зубами. Я сохранил руку на месте. Кар-Рох лежал рядом, закрывая меня широким боком от ветра, и продолжал тихо гудеть. Следующее движение принесло грозовому ещё полшага. Потом он вытянул шею и замер, до моей ладони оставалось примерно столько, сколько я мог достать, если бы сам подался вперёд, но я не подался — рванись я навстречу, всё дело, пожалуй, тут же бы и сорвалось. Грозовой втянул воздух. Ноздри дрогнули, голубые прожилки возле глаз коротко вспыхнули. Он сразу отдёрнул голову, однако Кар-Рох ответил спокойной вибрацией. Через Нить я почувствовал чужую тревогу. Она пришла слабым, рваным пятном, почти без образа: холод, пропавшее направление и ощущение чего-то большого перед мордой.

— Он узнал, — сказала Пряха.

— Пока только запах или след. Я хочу понять, что именно.

— Запах тут давно выветрился бы.

Я оставил её слова без ответа. Грозовой снова потянулся вперёд. Теперь его нос оказался возле моей кисти, тёплый выдох прошёл между пальцами. Серые жилы от запястья до локтя налились холодом так резко, что мышцы свело. Я едва удержал ладонь раскрытой.

Кар-Рох дёрнул головой и посмотрел на меня.

Всё нормально. Продолжай.

В ответ пришло недоверие. Да уж, с такими ощущениями убедительно врать собственному дракону получалось плохо. Я расслабил плечо, насколько сумел, и сосредоточился на дыхании. Вдох прошёл неглубоко. Где-то за грудиной уже появилась знакомая тяжесть, возникавшая после долгой работы Нитью.

Перед глазами дрогнули строки.

[ОПОСРЕДОВАННЫЙ РЕЗОНАНСНЫЙ КОНТАКТ: АКТИВЕН]

[Проводник: Кар-Рох]

[Источник восприятия: Дрейк — Грозовой — СТОРОННИЙ]

[Целостность канала: 27%]

[Нагрузка на сердечное веретено: ВОЗРАСТАЕТ]

[Рекомендация: ограничить длительность контакта]

Целостность оказалась ещё ниже, чем при первом разговоре. Грозовой вымотался, Кар-Рох тоже уже отдал немало сил, да и я после Тепла Истока и серого вдоха чувствовал себя далеко не свежим. В другое время я бы уже отпустил его руку и сказал: хватит, на сегодня хватит. Но я не отпустил.