Шоколад, ложь и алиби - Бест Моргана - Страница 9

– Закон есть закон, вне зависимости от обстоятельств, – отрезала Энид. – Как вы их назвали?

Меня накрыла паника.

– Э-э… Сара? Джессика? Эмма?

Лицо Энид перекосилось так, будто я предложила нечто совершенно неприличное.

– Это совершенно неподходящие имена для садовых гномов! Гномам требуются правильные традиционные имена, отражающие их благородное происхождение и связь с землёй.

– Правда… нужны?

– Безусловно! Предлагаю: Торнвик, Моссботтом и Паддингстоун. Это достойные гномьи имена с подобающей значимостью.

Женщины с колясками уже не отрывали глаз от этой сцены – с тем болезненным любопытством, какое обычно вызывают дорожные аварии.

– Ладно, – выговорила я слабо, мечтая только об одном – чтобы этот сюрреалистический разговор прекратился. – Звучит… идеально.

– Прекрасно. Я жду, что вы зарегистрируете их в муниципалитете сегодня утром. Бумаги должны быть оформлены в течение двадцати четырёх часов с момента официального уведомления. – Она вытащила планшетку с бумагами и деловито сделала несколько пометок. – Всего доброго.

И с этими словами она промаршировала прочь – словно не только что занималась муниципальными делами у места преступления.

Одна из женщин с коляской посмотрела на меня с чем-то вроде сочувствия.

– Ну и персонажи у вас тут, – сухо заметила она.

Женщина с телефоном закончила разговор.

– Полиция уже в пути, – объявила она.

Голоса доносились словно издалека. Я была по-настоящему потрясена. Две смерти за какие-то несколько дней, и оба раза я оказывалась рядом? Я отлично понимала, как это будет выглядеть для полиции. Я ждала местную полицию, но к полнейшему моему ужасу на место прибыли детективы Райкер и Клайд.

– Мисс Майерс, – сказал Райкер с явным удовлетворением. – Какая встреча – и снова на месте убийства.

Обе женщины уставились на меня в шоке, а Райкер взял меня под локоть и отвёл в сторону. Он раскрыл блокнот и выжидающе занёс ручку.

– Кто обнаружил тело? – рявкнул он.

– Я, – ответила я, испытывая нелепое чувство вины, хотя ничего плохого не сделала.

– Изложите всё в точности, с самого начала.

– Ну, я решила прогуляться и дошла до начала тропы. Потом повернула обратно и уже шла домой, когда что-то заметила. Подошла посмотреть – и нашла его. И тут как раз подошли те две женщины.

– Через сколько после того, как вы нашли тело, подошли женщины? Я задумалась.

– Считаные минуты, а может, и секунды. Они подбежали, пока я ещё пыталась понять, жив он или нет. Вообще-то они должны были видеть, как я к нему подхожу.

– Продолжайте.

– Вот, собственно, и всё. Одна из женщин позвонила в полицию и скорую, а потом мы ждали, пока вы приедете.

Райкер яростно строчил.

– Вы узнали жертву?

– Нет, я не смогла как следует рассмотреть лицо – он лежал ничком.

– Кто-нибудь к чему-нибудь прикасался? Я мотнула головой.

– Нет, мы вообще его не трогали.

– Вам нужно проехать в участок и дать официальные показания.

– Прямо сейчас?

Райкер оторвался от блокнота.

– Да, немедленно. Вы поедете с нами в отделение, а потом вас отвезут домой. Я тяжело вздохнула.

– Ждите здесь, пока я за вами не приду, – распорядился он. Я стояла у полицейской машины, пока детектив Клайд продолжал опрашивать двух женщин. Приехала скорая, но парамедики не предпринимали ничего срочного – стало ясно, что мужчина точно мёртв.

Отдав по мобильному несколько резких распоряжений, Райкер вернулся и велел мне садиться в его машину. До отделения мы ехали в полной тишине.

Меня мутило, руки дрожали. В последнее время на меня и так обрушилось слишком много: авария, в которой я едва не погибла, гибель Гая, чья машина взорвалась у меня на глазах, – и вот теперь мужчина со стрелами в спине. Неужели в городе завёлся серийный убийца? И почему я оказываюсь связана с обоими местами преступлений?

Кто-то намеренно меня подставлял? Я покачала головой – нет, это уже паранойя. О том, что я собираюсь утром на прогулку, знала только Летти – а она моя ближайшая подруга. Летти ни за что не стала бы никого убивать – а уж тем более подставлять меня.

Наверняка это просто совпадение – но именно такое, которое мигом наведёт на меня подозрения.

Скоро я снова сидела в ненавистной комнате для допросов и давала показания детективу Райкеру, который всё записывал. И когда я уже решила, что мучения закончились, он задал ещё один вопрос.

– Вы знаете мужчину по имени Риджвелл Дуган? Я вздрогнула.

– Да, мы вместе учились в школе. Не хотите же вы сказать, что убитый – Риджвелл?

Комната поплыла перед глазами, к горлу подступила тошнота. Я наклонилась вперёд и уткнулась лбом в колени.

Ни один из детективов не прокомментировал, и я заподозрила, что они решили: я лишь притворяюсь расстроенной. Наконец заговорил детектив Клайд.

– Принести вам воды? Я осторожно выпрямилась. Голова перестала кружиться, и желудок успокоился.

– Да, пожалуйста. Риджвелл – это он?

– Вопросы здесь задаём мы, – сказал детектив Клайд, выходя из комнаты, видимо за водой. Я вопросительно посмотрела на Райкера, и он кивнул.

– Да. Для протокола: как вы знали жертву? Я потёрла виски.

– Мы учились вместе. Он был из «Популярных».

– «Популярных»? – Райкер приподнял брови.

– Так называемые популярные ребята в школе. На деле они вовсе не были популярны – просто мнили себя таковыми. И, честно говоря, были весьма неприятными типами.

– Вы им завидовали? Я покачала головой.

– Нет. Обычные злые задиры, которые портили жизнь таким, как я.

Райкер явно навострил уши.

– Значит, вы таили на них обиду?

– Мне было обидно, что меня травят, – как было бы обидно любому на моём месте, – осторожно сказала я. – Но это не значит, что я кого-то убила бы. Гай Смит тоже был из «Популярных».

Брови Райкера поползли вверх.

– И на него у вас была причина обижаться.

– Причина обижаться была на всех «Популярных» – они же все были задирами, – твёрдо сказала я. – Но если бы я собиралась их убивать, сделала бы это ещё в школе.

Райкера мои слова явно не убедили.

– Что именно сделал вам Риджвелл Дуган?

Детектив Клайд вернулся со стаканом воды, от которого разило хлоркой. Я сразу его отставила.

– Можете привести конкретные примеры той самой травли? – настаивал Райкер. Я неохотно кивнула.

– Он украл у меня телефон и разослал с него непристойные сообщения: приглашал мальчишек на свидания и даже пригласил директора школы. Директор мне не поверил, и я получила наказание. Я поймала себя на том, что стискиваю зубы, и надеялась, что не усугубляю своё положение.

– Впрочем, доставалось не только мне. Они травили ещё нескольких учеников.

– Есть что добавить к показаниям? Я хорошенько подумала.

– Нет.

– Лучше расскажите всё сейчас, – зловеще сказал Клайд.

– Я больше ничего не знаю! – сказала я, и раздражение наконец прорвалось наружу. – Я рассказала всё, что знаю.

Райкер пожал плечами.

– Ждите здесь. Кто-нибудь принесёт протокол на подпись.

Детективы ушли, и я прождала не меньше двадцати минут – похоже, понятие «скоро» они трактовали весьма вольно. К моменту, когда я наконец подписала протокол, я была изрядно раздражена и всё ещё без утреннего кофе и шоколада. Интересно, лишение кофеина на допросе – это вообще законно?

– Один из полицейских отвезёт вас домой, – объявил Райкер. Я была благодарна, что он не заставил меня звонить самой. Вместо этого я попросила полицейского отвезти меня к Летти – мне было слишком тяжело оставаться одной. Я почти бегом взлетела по дорожке и отчаянно затарабанила в дверь.

Летти распахнула дверь.

– У меня вообще-то есть звонок, – проворчала она.

Вид у неё был ужасный: волосы торчали во все стороны, глаза опухли и покраснели. Она всмотрелась в меня и только потом заговорила.

– Нарел, что случилось? С Монгрелом всё в порядке? Я расплакалась и выдавила лишь одно слово: