Звездная Кровь. Семь Древ Янтандера (СИ) - Прокофьев Роман - Страница 12

— А я говорю — молчание всегда можно оплатить иначе.

Его на мгновение окутала аура Живого Огня, и Обочина невольно отпрянул. Одна из синих искр Аспекта выскользнула сквозь открытую мембрану, упала и притаилась между камнями, крошечная и незаметная. Пока осколок Единого ссорился с караванщиком, золотой Навык Раздвоения — тот самый, с чьей помощью творят мыслящих призраков и говорящие Предметы, влился в Холодное Пламя, наделив его вторым потоком сознания. Отделяя Аспект, Пламени Подобный знал, что это сделает его слабее — мир чуть потускнел, словно в теле погасили один из звездных очагов. Но притаившаяся искра в любой момент могла превратиться в огненного двойника или принять другую форму, нужную для выполнения цели.

Опытный узник всегда знает, какой ключ подходит к его темнице.

— Узел готов. И Вешка говорит, что близко чужие Очи, — вдруг сказал Подкова. — Они смотрят на нас. Негоже ссориться у самых врат…

И, больше не медля, возница использовал Мерцание.

Мир за полупрозрачными стенами Улитки вытянулся, потек багровыми полосами, пространство стремительно сжималось, готовясь выбросить караван в следующий узел дороги.

И вдруг ударило.

Мерцание прервалось на середине — Пламени Подобный ощутил это звездными чувствами. Перенос, который длился меньше удара сердца, замер, задрожал, а потом чужая сила схватила их, как птица на лету когтит рыбу, прыгающую над ручьем. Золотая Руна — иная не способна на подобное — выбросила их обратно в мир. Пламени Подобного швырнуло в мягкую стену, Обочину — в противоположную сторону, а Подкова вскрикнул, выгибаясь дугой и вырывая руки из мягкой плоти Улитки. Существо беззвучно корчилось, перепонки сморщились, а стены ходили ходуном.

Сверкнула Скрижаль Обочины — караванщик молниеносно выхватил что-то, однако в ход пустить не успел: звездные чувства угасли, аура Пустоты накрыла всех холодным дыханием.

— Пустотный Гарпун! — прохрипел Подкова, прежде чем мембрана лопнула — не открылась, а именно лопнула, разрезанная тонкой алой линией. В проем полился свет Янтандера и одновременно с ним — голос, негромкий, но явно привыкший отдавать приказы:

— Именем Кель-Майр: всем выйти. Скрижали затворены, оружие в ножнах. Кто выйдет иначе — умрет.

Снаружи их ждали.

Девять фигур в древнем кел-снаряжении и плащах-призраках. Одни стояли на камнях, темные фигуры на фоне алого неба, другие парили в воздухе на рунных крыльях. Гладкие серебряные лики, древнее серебряное кел-оружие из того, что сковывает или убивает даже в Пустоте, — живые сети, пронзатели и разрыватели, плоскостные клинки. Сигна — черный холм, оплетенный алыми корнями.

Род кель-Майр.

Два серебра и бронза. Старший — страж рубежей, три алых звена под сигной, еще один — с одним звеном, остальные — рядовые затворы.

Смехотворно мало. Захоти осколок Единого — и его Руны оставили бы на этом месте чашу с оплавленными краями, а стигматы тюремщиков лежали бы в его ладони. Но в дневном переходе лежал Замок, чьи сигнальные Руны никогда не спали, за ним — еще пять цитаделей, и первая же золотая вспышка на границе означала, что Курганы узнают — к ним пришел гость.

Стражи не церемонились. Одно мгновение — и рунная тяжесть прижала каждого к земле, живая сеть лишила подвижности, а ток Звездной Крови остановился — их Скрижали сковывали Печатями Пустоты.

— Не сопротивляться! — прорычал Обочина, повергнутый рядом. Кажется, он не особенно верил в покладистость своего пассажира, однако Пламени Подобный позволил себе ровно столько испуга, сколько приличествовало бродяге, впервые увидевшему кель-стражу запретного Круга.

Зачем драться, если стражи сами отведут его туда, куда нужно?

— Движение, Аспект, Руна — смерть, — донесся холодный голос главного над летучим дозором. — Я спрашиваю, вы отвечаете. Кто старший?

— Я, кель-господин. Идущий-по-Обочине, Народ Великих Караванов…

— Вижу. Откуда вы пришли? С какой целью?

— Наше колесо катится из Прозрачной Дороги, — хрипло ответил караванщик. — А цель… Странник свидетель, вы взяли не врага. Я привез вам груз. Даже… два груза.

Его лицо, прижатое к камням, одной стороной было повернуто к осколку Единого. И на нем промелькнуло торжество того, кто все-таки оказался хитрее и умнее — потому что «вторым грузом», предназначенным кель-родам, Обочина назвал Пламени Подобного.

Предательство. Что ж, так и должно было быть — дети Феллос никогда не понимали, почему нужно хранить верность кому-либо, кроме себя самих…

— Что? — в голосе стража послышалось удивление. — В наш Круг не возят грузов.

— Не возят без контракта. А у меня контракт есть, и заказчик обещал безопасную колею. Велел показать это — тем, кто спросит…

Обочина раскрыл ладонь, из которой брызнул золотой свет. Боковым зрением Пламени Подобный увидел то, что хитрый караванщик успел достать из своей Скрижали. Это и правда был Предмет, но не боевой, а прямоугольная рунная табличка с неким символом и надписью. Разобрать их было невозможно, однако осколок Единого и так знал, что там написано.

Владеющий этим предметом действует от лица и в интересах… Хранителя Вечности и находится под его защитой и покровительством.

Пайцза одного из Хранителей — и не нужно обладать даром провидца, чтобы понять какого. Обочину защищал золотой дар — именно потому он и был столь дерзок, потому и не боялся стражи Янтандера. Значит, тайный груз…

— Так, — после паузы сказал трехзвеньевой страж, и острия невидимых пронзателей, почти пригвоздивших Обочину к земле, отодвинулись. — Что за груз?

Они узнали знак Вечности. Обочине позволили подняться и открыть грузовые полости полумертвой, скованной призрачными гарпунами Улитки. Пламени Подобный не видел, что там происходит, — каждое его движение сторожили два кель-воина, однако по долгому молчанию и голосам понял, что страж увидел иллиумовый саркофаг.

— Что внутри? Кому предназначено?

— Что там внутри — мне неведомо. Контракт таков, кель-господин — я должен доставить этот груз в любой из Замков кель-родов этого Круга. И заказчик обещал, что мне дадут безопасную колею…

— Так, — снова пробормотал кель-страж скучным голосом того, кто не знает правильного решения. — Я не взвешиваю печати Вечности, караванщик. Это дело ключников. Безопасную колею, говоришь? Мы доставим вас в Замок. Но сначала ответь и не вздумай лгать, на тебя смотрит Зрак Правды…

— Что, кель-господин?

— Где твой искатель? Скрижали Замка видят поисковые Очи и следы призрачных Существ. Значит, он не здесь!

— Она в дозоре. Я призову ее, если стражи обещают безопасную колею.

— Призови немедленно. Сколько вас в караване? Именуй всех.

— Всего трое. Я, моя дозорная и Подковавший Раковину, мой возница и хранитель.

— Трое? А это серебро? — холодное внимание стража коснулось осколка Единого вместе с острием пронзателя, упирающегося между лопаток.

— Это второй груз для вас, — ухмыльнулся Обочина. — Он не принадлежит моему Каравану. Прибился по дороге, случайный попутчик без имени из далекого Круга, с золотыми Рунами в Скрижали. Я слышал, дома щедро платят за пойманных слуг тысячи демонов. Думаю, кель-родам будет интересно узнать, зачем он искал тайный путь к Курганам…

Кольцо кель-стражей пришло в движение. Теперь они окружали его, и Пламени Подобный снова улыбнулся — все шло именно так, как должно было.

— Именем Кель-Майр: Скрижали под затвор. В цепи всех. Этого — в Кристалл Времени.

Его поставили на колени, на шее и запястьях сомкнулись иллиумовые браслеты. Пока младший страж готовил клетку, Пламени Подобный улыбнулся Обочине — так, что тот прекратил нагло усмехаться.

А затем время остановилось.

Сколько минуло, когда оно вернулось, — осколок Единого не знал.

Иллиум на шее и запястьях распростертых рук. Иллиум под коленями — и тьма вокруг. Звездные чувства молчали, Скрижаль была затворена, и ни малейшего рунного эха не доносилось из-за наложенных печатей. Кель-рода были умелыми тюремщиками — за тысячи циклов они отточили искусство ловить и удерживать Восходящих разных рангов. Пламени Подобный мысленно усмехнулся — они имели дело с отчаянными последышами разбитой Тысячи, оставшимися без вождей и учителей, но никогда не ловили в сети столь крупную добычу.