"Фантастика 2026-194". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - "Sentience" - Страница 73

Безусловно, все это было очень не вовремя и совсем некстати. Но отказать супруге губернатора невежливо и невозможно. В субботу к девяти утра Екатерина направилась в Дворянское собрание. Там в гордом одиночестве находилась только Ольга Васильевна. Остальные ее помощницы, видимо, еще спали.

– Да вы ранняя пташка, госпожа Несвицкая! – добродушно приветствовала она девушку. – Я поручу вам следить за буфетом. Поскольку остальные еще нежатся в постелях, некоторое время вся прислуга будет в вашем полном распоряжении. Вот перечень того, что должно быть в буфете и в каком количестве.

Екатерина пробежала глазами длинный список – печенья, конфеты, пирожные, персики, виноград, шампанское, и прочее, и прочее в том же духе. Вся провизия была сложена на кухне на первом этаже. Там же размещалась столовая, которая теперь должна играть роль буфета.

На втором этаже намечалось проводить сам аукцион и ярмарку. В большом зале еще с вечера стояли лотки, стилизованные под избы и терема. Рабочие спешно что-то доколачивали и крепили. Ольга Васильевна недовольно поглядывала на них, но молчала. Видимо, понимала, что от ее окриков дело быстрее не пойдет.

В обширной столовой Дворянского собрания мебель уже расположили по местам – столики стояли только вдоль окон – большая часть зала была свободна. Подразумевалось, что люди сюда пришли не есть, а только слегка перекусить и утолить жажду. За длинной дубовой стойкой стояли пустые стеклянные шкафы. Их предстояло наполнить снедью согласно списку. Белые фарфоровые тарелки высокими стопками громоздились на стойке, рядом с ними ровные ряды хрустальных фужеров искрились тонкими гранями под лучами утреннего солнца.

Екатерина вошла на кухню и начала давать распоряжения прислуге. Она просто находила глазами, что требовалось, и тыкала в это пальцем. Девушка недоумевала, ведь в другие дни никто им не указывал, что и куда нести, они прекрасно сами с этим справлялись. Наконец, она не выдержала, и спросила главного распорядителя по кухне, как они работают в обычное время. Тот улыбнулся ее наивности:

– Ольга Васильевна желает, чтобы молодые девицы чувствовали себя полезными обществу.

Екатерина вручила ему список:

– Справитесь без меня.

Он кивнул, и дело пошло быстрее.

Екатерина снова поднялась на второй этаж. Народу там уже заметно прибавилось. Девицы и молодые дамы грациозно и беспорядочно двигались по помещениям, давали указания, покрикивая на прислугу. Было шумно, как на рынке.

Девушка подошла к Ольге Васильевне за очередным заданием. Та поручила ей организовать перенос конфет и прочих сладостей к месту проведения ярмарки. К ней прикрепили двух крепких молодцов. Они под ее чутким руководством брали по одной коробке в руки, и из помещения, служившего складом, несли их в другое, где укладывали на прилавки ларьков, стилизованных под крестьянские избы. Напрягаться им, видимо тоже не хотелось.

Скоро девушке это надоело. Она уселась в зале импровизированного склада на табурет и просто смотрела, как слуги таскают коробки – вовсе не обязательно ходить вместе с ними. Два дюжих молодца быстро справились со всем без ее окриков. Екатерина поняла, что привлечение стольких людей к организации аукциона – ужасно глупая затея. Все при деле – толку мало.

Но зато дамы и девицы ощущали свою значимость в жизни города. Наверняка вечером будут рассказывать, как они утомлены и страшно устали. Неимоверно трудно давать распоряжения бестолковой прислуге!

Екатерина подняла последнюю коробку с пряниками и понесла ее в зал. Несколько дам с недоумением уставились на нее. Зато Ольга Васильевна пришла в неописуемый восторг:

– Мадемуазель Несвицкая, а вы не боитесь физического труда. Как это похвально! С вас следует брать пример. Какая самоотверженность!

После этого несколько дам с энтузиазмом последовали ее примеру. Теперь они тоже переносили украшения для зала, бумажные фонарики и даже пустые коробки. Девушка обреченно вздохнула – делают все, чтобы угодить супруге губернатора. Только бы не надорвались от тяжелой работы!

Она тихонько вышла из зала и пошла по анфиладе комнат в глубь здания. Просторные помещения были залиты ярким солнечным светом, лившимся в высокие окна. Хрустальные люстры сверкали всеми цветами радуги. Мраморный пол, как зеркало отражал солнечный свет и слепил глаза.

Неожиданно девушка остановилась, как вкопанная. Она узнала зал. Теперь здесь стоял рояль, поблескивая лаковой чернотой полировки. Вдоль стен расположились кресла и диваны, обитые темно-синим бархатом – похоже, это музыкальная гостиная. Шелковые синие портьеры прихотливо задрапированы и подхвачены массивными золотыми шнурами.

Она помнила этот зал совсем другим – темным, без мебели, освещенным только слабым светом уличных фонарей. Здесь тогда пахло влажной штукатуркой – ремонт был только закончен. А мраморный пол сверкал своей новизной. И они с Генрихом танцевали в этом зале вдали от шумного бала. Фамильные бриллиантовые эдельвейсы фон Бергов сияли на ее шее холодным блеском. Музыка едва слышалась, но это для них было неважно. Тогда он впервые назвал ее Катрин. Это случилось совсем недавно, а словно прошла целая жизнь.

Девушка снова уселась на тот самый подоконник, где они сидели вдвоем и не могли понять, что же с ними произошло. Тогда наваждение впервые накрыло их. Ее оно не отпускает до сих пор.

В зал вошла незнакомая девушка. Она была одета несколько странно – ее темное фиолетовое шелковое платье с очень глубоким декольте больше подходило для вечера. Девушка была высока, крепко сложена и походила на богатыршу из народных сказок. Русая толстая коса обвивала ее голову наподобие диадемы. Она уселась в кресло в углу, вольготно закинула ногу на ногу и открыла меленькую книгу. Екатерина встала с подоконника и собралась уйти – видение из прошлого исчезло с приходом незнакомки.

Девушка заметила ее и виновато произнесла:

– Простите, я вас не заметила. Не хотела мешать. Я сейчас уйду.

– Нет, что вы. Я все равно ничего не делала. Просто смотрела в окно. Тоже помогаете Ольге Васильевне?

– Да, – застенчиво улыбнулась девушка. – Только толку от меня мало. Я вообще не понимаю, зачем мы все здесь. Прислуга и без нас бы справилась.

– Я тоже об этом думала. Но Ольга Васильевна хочет привлекать молодежь к работе на благо общества, – Екатерину порадовала, что не одна она видит абсурд и бесполезность происходящего. – Я – Екатерина Несвицкая. А как вас зовут?

Девушка с удивлением посмотрела на нее.

– А я – Надежда Баранова. Дочь купца и заводчика Баранова, Дмитрия Андреевича. Он поставляет лес на строительство нового корпуса завода вашего жениха.

Екатерину неприятно удивила такая осведомленность купеческой дочери:

– Простите, а откуда вы знаете кто мой жених?

Девица Баранова смутилась:

– Ой, простите мою бестактность… Я недавно в городе, меньше месяца. Отец переехал сюда с год назад, а теперь и я с матушкой. Не все пока понимаю, здесь столько церемоний… Мы всегда жили просто. Ольга Владимировна поручила мне помогать двум молодым дамам в буфете. Я понесла ящик с шампанским от стойки к столику в углу. Дамы так странно на меня смотрели, уж не знаю почему. И сказали, что я очень похожа на госпожу Несвицкую, невесту барона фон Берга. Видимо, пошутили надо мной. Мы же с Вами совсем не похожи…

Екатерина звонко рассмеялась:

– Мы похожи, потому что, в отличие от других, можем таскать ящики – я с пряниками, вы – с шампанским. Но с шампанским я бы точно не подняла – это же очень тяжело.

– Какая тяжесть? Всего восемь бутылок, – скромно улыбнулась Надежда.

– Вам, вижу, тоже неуютно в зале? – заметила Екатерина. – Искали уединения, а наткнулись на меня.

– Да, хотела посидеть одна. Признаюсь, здесь на меня смотрят косо. Конечно, всего лишь дочь купца! Принимают только потому, что Ольга Васильевна очень ценит отца. Он многое делает для города.

– А откуда приехала ваша семья? – полюбопытствовала Екатерина.