Системный Кузнец XV (СИ) - Мечников Ярослав - Страница 31

Старик остался стоять с обломком в дрожащих руках и растерянно водил глазами по лицам. Давление толпы обрушилось на него с той стороны, откуда он удара не ожидал. Гул рос, люди бранились, пересказывали соседям услышанное и уже добавляли собственные подробности.

— Конец его имени, — мрачно произнёс Торн. — К вечеру всякий кабак об этом заговорит.

Я двинулся вперёд, выбираясь к краю толпы.

— Кай? — Эйра ухватила меня за локоть. — Нам ещё надо успеть до полудня.

— Погоди.

С пятнадцати шагов я видел весь прилавок. Клинки лежали ровным строем, и в каждом угадывалась одна рука: одинаковый скос у пяты, привычная манера вести дол, скупая линия мастера, повторившего движение десятки тысяч раз. Обломок над ними ощущался чужим уже с расстояния.

— Старик может говорить правду, — сказал я.

За спиной воцарилась тишина. Эйра смотрела на меня так, словно я собрался совершить глупость. Пых прижал уши. Торн разглядывал крикуна, чуть сузив глаза.

— Это чужая свара, — предупредил Алекс.

— Все хотят пройти мимо? — спросил я. — Оставить старика толпе и заняться своими делами?

Ответа не последовало. Молчание прозвучало достаточно ясно.

— Драки не будет. Подойду и посмотрю, чья это работа.

— Каким образом? — спросила Эйра.

Я встретился взглядом с Алексом. Уголок его рта дрогнул: он понял мой замысел раньше остальных. Мне требовалось приблизиться к железу и внимательно взглянуть на излом. Система сделает остальное.

— Разберусь, — пообещал я и улыбнулся. — Стойте спокойно.

Толпа возле навеса сомкнулась плотно. Я продвигался боком, придерживал локтем тех, кто стоял спиной, и выхватывал из гула обрывки разговоров. Одни называли крикуна наёмником из караванной охраны, другие принимали его за охотника с северных перелесков. Пожилой человек в суконной шапке тихо сказал соседу, что прежде этого молодца в Поясе не видел, хотя настолько приметную рожу мастера Ряда запомнили бы сразу.

К тому времени, когда я добрался до прилавка, Крепин уже перестал оправдываться. Он стоял с опущенными плечами, затем положил обломок на доски, взял один из готовых мечей и поднял его перед собой.

— Вот клинок из той же ковки, — сипло проговорил он. — Из одной партии делан. Сравните, люди добрые.

Его голос утонул в шуме. Услышали только ближайшие.

— Чего показываешь? — гаркнули справа. — Тут ничего не разберёшь! Сломался клинок, значит, вся работа такая!

— Площадь зря занимает, — добавили с другой стороны. — Люди за товаром пришли, а видят один срам.

Мучник снова попытался заступиться:

— Мастер Крепин человек уважаемый. Его мечи по всему Ряду ходили, жалоб прежде не было.

— Было да прошло, — ответили из задних рядов. — Пускай молодым место уступит.

Я подошёл вплотную, встал между прилавком и первым рядом зрителей, после чего поднял голос:

— Дай сюда обломок. Я посмотрю.

Крикун обернулся, и в его глазах мелькнуло удовольствие человека, получившего ещё одного участника для своего представления. Он протянул мне обломок рукоятью вперёд и сразу повернулся к толпе.

— Гляди, парень, во все глаза! Потом людям расскажешь!

— Дед, принеси свой клинок для сравнения, — попросил я. — Проверим, одна ли рука их делала.

— Чего тут проверять⁈ — Мужик вклинился прежде, чем Крепин успел ответить. — Клеймо на месте, меч такой же, старик сам помнит, как продавал!

Крепин засеменил вдоль прилавка и поднёс мне целый меч на двух ладонях.

— Посмотри внимательно, сынок. Клевещут ведь. Духами-заступниками клянусь, чужая это работа.

— Клятвы после оставишь, — бросил крикун.

Я взял оба клинка, развёл руки и повернул железо к свету. Излом обломка лежал перед глазами, целый меч позволял сравнить ковку и следы обработки. Я мысленно запросил полный разбор изделий со всеми доступными слоями.

Системный ответ развернулся мгновенно.

[Объект 1: Меч короткий пехотный. Качество: 66% (Хорошее).]

[Сталь передельная. Углерод распределён равномерно. Проковка плотная. Сварочный шов закрыт полностью. Обух прошёл мягкую закалку, лезвие — твёрдую. Микротрещины в зоне пяты отсутствуют. Клеймо нанесено до окончательной правки.]

[Объект 2: Меч короткий пехотный, обломок. Качество: 15% (Негодное).]

[Сталь низкого передела содержит посторонние включения. В зоне пяты обнаружена цепь микротрещин, охватывающая до трети ширины полосы. Причина дефекта: холодная осадка. Закалка неравномерная. Участок возле гарды перегрет. Клеймо нанесено после закалки поверх готовой поверхности. Штемпель приложен со смещением.]

[Заключение: изделия изготовлены разными мастерами. Вероятность общего происхождения: менее 2%.]

Строка о клейме завершила картину. Участок возле гарды испортили с расчётом. Случайная небрежность редко создаёт столь удобную цепь дефектов, а человек, готовивший подделку, отлично знал место будущего перелома.

— Вот ведь какие дела творятся, — протянул я и покачал головой, придав лицу сокрушённое выражение.

— Я о том и толкую! — обрадовался крикун. — Слыхали, люди? Парень с одного взгляда всё увидел, поскольку понимает в железе!

Толпа загудела гуще. Со всех сторон потянулись руки, люди требовали передать им клинки. Крикун шагнул ко мне и ухватился за железо, собираясь забрать оба меча и понести их по кругу. Я удержал оружие. Он потянул сильнее, вложил в рывок плечо, однако клинки остались на месте.

— Обожди, — спокойно сказал я. — Разбор ещё не закончен.

Я поднял глаза и посмотрел прямо ему в лицо, сохраняя добрую улыбку. Ах ты бес, подумал я. Дыхание у него сбилось на одно короткое мгновение, затем снова выровнялось.

— Чего ещё? — спросил он, и голос прозвучал выше прежнего.

— Ты уверен, что принёс тот самый меч, который купил у Крепина?

Крикун вспыхнул мгновенно, словно заранее держал ответ.

— Откуда же ему ещё взяться⁈ Старик помнит меня, клеймо всякий видел! Ты чего дерзишь, парень? Какая тебе печаль?

— Я говорю спокойно. Краснеешь здесь ты.

Он дёрнул клинки снова, вложив в рывок весь вес. Железо не сдвинулось. Теперь до него дошло, за кого он схватился. Мысль отразилась в глазах прежде, чем он успел спрятать её. Пальцы разжались, и мужик отступил на полшага.

Крепин переводил взгляд с него на меня и почти ничего не понимал. Гул на площади начал стихать: задние ряды больше не слышали прежнего рёва, спрашивали передних о происходящем и тянули шеи.

Крикун выпрямился, повёл плечами и обратился к толпе, ища в чужих головах утраченную опору:

— Чем ты докажешь мою ложь? Всё лежит перед глазами, добрые люди! Каждый смотрел, каждый щупал! Подойти и оболгать честного человека способен любой силач, а сила языку правды не прибавляет!

— Верные слова, — ответил я. — Подойти и оболгать способен всякий. Ты показал это первым.

В передних рядах кто-то хмыкнул. Из глубины снова закричали про клеймо, и этот крик пошёл гулять по головам. Крепин вцепился пальцами в край прилавка и тихо повторял себе под нос:

— Чужой меч. Сынок правильно увидел. Чужая работа.

— Брехня, — бросил мужик.

Я поднял оба клинка, позволив солнцу лечь на излом, и заговорил ровно, чтобы услышали ближайшие, а они уже передали бы слова дальше:

— Эти мечи делали разные мастера.

— Ясно, что мечи разные! — сразу выкрикнул крикун. — Один цел, второй сломан. Кузнец у них общий, клеймо тоже!

— Одна рука не оставляет таких следов. На целом клинке добрая полосовая сталь, проваренная плотно. Обух сохранили мягким, лезвию дали твёрдость. Нагрев шёл ровно, что видно по поверхности. У обломка металл гулял в горне, участок возле гарды перегрели до синевы. В этом месте клинок должен был лопнуть при первом сильном ударе. Мастер, способный выковать первый меч, не станет делать второй, поскольку многолетняя привычка удержит его руку.

— Чего наговариваешь⁈ — Мужик подступил ближе и ткнул пальцем в железо. — С виду они одинаковые до последней черты!