Призыватель шторма (ЛП) - Тули Ниша Дж. - Страница 49

— Добро пожаловать, — говорит Генри, сцепив руки за спиной. — Я знаю, как вы все этого ждали.

По комнате проходит ропот — смесь страха и возбуждения.

— Сегодня у вас впервые появится возможность по-настоящему увидеть, какова жизнь в Гвардии. Пока Укротители работают, вы будете находиться в относительно безопасных командных пунктах своих Штормовых башен. Но врать не стану: ближе к реальной опасности за годы учёбы вы уже не подойдёте.

По толпе снова прокатывается шёпот.

— Но если вы действительно хотите стать Брейкерами, вам необходимо понимать, на что подписываетесь.

Без дальнейших речей Генри разбивает нас на группы. Я попадаю вместе с Руком, Домино и Джорни под руководство Генри и Даники. Каждому выдают защитные очки с фиолетовыми линзами, чтобы уберечь глаза от ярких вспышек, после чего мы направляемся к окраине города.

По дороге Генри объясняет, чего ожидать, а Джорни засыпает его миллионом вопросов. Добравшись до окраины, мы идём к назначенной нам башне. Я оглядываю горизонт, где вдали стоят соседние сооружения.

Мы с Руком останавливаемся у основания и задираем головы. Железная и стальная башня взмывает высоко в небо. Несколько гвардейцев уже заняли позиции внизу и следят за Тьера-Фрайс, а около полудюжины Укротителей распределились по платформам выше; каждый держит за резиновую рукоять светящийся жезл Искры.

По наружной стороне основания вьётся лестница, и мы поднимаемся на нижнюю платформу. Она самая большая: здесь находится небольшое закрытое стеклом помещение, а вдоль стен тянутся панели с мониторами и кнопками.

Несколько экранов показывают разные районы города: теплицы на юге острова, заводы на севере. На крышах зданий там тоже установлены башни, чтобы защищать находящихся внутри людей.

На другом экране крупным планом генерал Сол на крыше Цитадели; ветер треплет её тёмные волосы. Она выглядит бесстрашной и уверенной, когда становится в самом центре крыши, окружённая кольцом гвардейцев Круга, обращённых к ней лицом.

Облака сгущаются, накатывая друг на друга и вспыхивая сиреневым и аметистовым. Мизинец Рука цепляется за мой, а по коже бегут мурашки. Мы будем так близко к шторму. Наверное, почувствуем, когда она ударит в башню.

— Ты в порядке? — тихо спрашивает он. Я киваю.

— Кажется, да.

— Не выходи наружу, — говорит он, и я понимаю его тревогу. Если в кого-то из нас ударит Искра, нас раскроют. Без собственных жезлов, которые приняли бы заряд, проводниками станем мы. — Сосредоточься и отталкивай её от себя. Помни, что мы тренировались делать.

— Хорошо, — тихо отвечаю я, и мы поворачиваемся к окну.

Домино и Джорни уже почти прижались лицами к стеклу, глядя на разрастающиеся облака, накрывающие город. Я представляю, как где-то вдали люди бегут к укрытиям и прячутся.

Вдалеке видна башня А Общества Фиама, и я думаю о родителях. Они дома? Ужинают с друзьями? Штормовая башня на крыше их здания уже светится, готовая их защищать. Интересно, каково будет однажды стоять там и оберегать их, зная, что они не хотят иметь со мной ничего общего.

Но ведь именно ради этого я сюда пришла. Я хотела помогать. Хотела быть полезной. Хотела защищать тех, кто не может защитить себя, независимо от того, что я к ним чувствую.

Облака всё прибывают, громоздясь друг на друга. Домино присвистывает, пока мы смотрим вверх. — Будет мощно, — говорит она. — Похоже, давно пора было.

Она права. Штормы опасны всегда, но их сила колеблется невероятно. В зависимости от ветра и температуры это могут быть несколько отдельных вспышек — или непрерывная бомбардировка, часами обрушивающаяся на каждый район города.

Лучший ли сегодня день для наблюдения? Генри говорил, что нам нужно увидеть всё вблизи, чтобы действительно понять, чего от нас требуют, так что, возможно, такая ночь — лучший учитель. Сам Генри стоит снаружи командного пункта, в нескольких шагах от нас. Он смотрит в небо; между бровей появляется тревожная складка. Потом переводит взгляд на нашу четвёрку. Я отчётливо чувствую: такого он не ожидал.

На панели с треском оживает радио. — Внимание всем Укротителям, — раздаётся голос из динамика. — Прогноз изменился. Сегодня ожидается пятый уровень.

— Это разве не самый высокий? — шёпотом спрашивает Джорни.

— Самый, — подтверждаю я.

— А нам точно стоит здесь находиться? — спрашивает Домино, и в этот момент радио снова трещит.

— Резерв Гвардии направляется ко всем Штормовым башням. Темпестаде переведена в режим тревоги. Позиции не покидать. Повторяю: позиции не покидать. Ожидайте подкрепления. Держите линию, Укротители. Генерал готова.

Я смотрю на экран, где Сол стоит в центре крыши, запрокинув подбородок к небу.

Вспышки рвутся вокруг неё, высвечивая резкие черты лица.

Она кажется такой спокойной.

Свободной — может принять шторм, не боясь наказания.

В эту секунду я завидую ей до боли. Может, таким будет моё будущее?

Мы вчетвером сбиваемся ближе, пока облака громоздятся над городом, перекатываясь друг через друга, как яростные волны. Зуд поднимается по рукам и ногам, расползается по коже головы. Рук крепче сжимает мою ладонь; лицо у него напряжено.

— Я, кажется, никогда не видела таких облаков, — говорит Домино.

— Всё будет хорошо, — уверяю её. — Мы сейчас в самом безопасном месте во всём городе.

— Ага, — отвечает Домино. — Конечно.

Я замечаю, как её взгляд уходит к равнине, где тесно стоят сотни домов винтиков. Наверняка она думает о семье и надеется, что с ними всё в порядке. Они так гордились ею — как и все мы, — когда в начале года её избрали лидером ученического Общества, и я знаю, насколько они ей дороги.

Облака сталкиваются, гремит гром, и вдали небо озаряет взрыв прямо над Древесной фермой Центрального парка. Ломаные линии Искры расползаются по горизонту, прежде чем их поглощает защитная сеть над деревьями. Ещё один разряд устремляется к Цитадели и генералу Сол.

На мониторе я вижу, как она вытягивает руки. Искра бьёт в ладони, трещит по рукам и ногам. Сол собирает крошечные точки света — точно так, как показывала нам. Они сливаются в небольшой шар, и прежде чем успевают превратиться в смертельно опасную пурпурно-розовую энергию, генерал быстро касается окружающих её узлов. Искра распадается и уходит электричеством в городские генераторы — как раз в тот момент, когда небо озаряет новый взрыв.

Глядя на Сол, я вдруг понимаю, насколько сильно она рискует разоблачением каждый раз, когда делает это. То, что минуту назад казалось свободой, теперь выглядит иначе. Она ничуть не свободнее меня. Просто стучится о прутья другой клетки.

Новый разряд пронзает небо, распадаясь дугами в сторону окружающих город Штормовых башен. Генри поднимает жезл и упирается ногами, готовясь принять удар. Внутри небьющегося стеклянного стержня светится фиолетовое ядро, притягивающее Искру.

Зазубренный луч энергии врезается в него с такой силой, что Генри отшатывается на несколько шагов.

Я задерживаю дыхание от страха за него, но Генри явно знает, что делает. Жезл трещит и пульсирует, аметистовый свет очерчивает его щёки, губы и нос.

Он прижимает жезл к толстой заземляющей шине, идущей вдоль платформы. Энергия уходит в неё, с треском пробегает вниз и исчезает из виду — там она, как я знаю, уже нейтрализуется землёй.

Я понимаю, что всё это время не дышала, и выдыхаю, замечая, как остальные делают то же самое. — Небеса, это было охуенно, — шепчет Джорни, и мы все начинаем смеяться, немного сбрасывая напряжение.

Всё новые облака взрываются, прочерчивая небо. Я заворожённо смотрю, как генерал и её Укротители ловят и отводят заряды с мастерством, отточенным годами тренировок.

Но вспышки становятся всё мощнее и чаще. Они уже едва успевают справляться.

И я вижу момент, когда один удар прорывается.

Иногда до земли долетает одиночный разряд — такое случается достаточно часто. Именно так погибла Бетани Фокс в ночь перед нашим первым днём в Эмери.