Идеальный мир для Химеролога 10 (СИ) - Сапфир Олег - Страница 17

— Он полностью готов, Катя. Техника у него отменная, руки… то есть лапы, не дрожат. Будете работать в паре. Ты ставишь диагноз, он исполняет.

Оставив их обсуждать детали предстоящей смены, вернулся в приёмную. Валерия уже вовсю общалась с какими-то поставщиками по телефону. Дождался, когда она положит трубку.

— Слушай, Лера, а как там вообще продвигаются дела с нашим новым помещением?

— О, там всё просто замечательно. Я тебе больше скажу, сюрприз будет знатный. Ребята из бригады Агнессы работают как проклятые.

Суть этого «сюрприза» мы с ней обсуждали пару дней назад. Я решил выделить для Кенгу отдельный полностью оборудованный кабинет. Валерия будет принимать сложных пациентов, проводить первичный фильтр и заводить туда. А там с ними уже будет разбираться Кенгу, полностью самостоятельно, без лишних глаз. Светиться перед людьми ему, конечно, особо не стоит, чтобы не вызывать лишних вопросов у властей и журналистов. Но даже если кто-то из клиентов случайно его увидит, не страшно. Всегда можно сослаться на то, что это очень умная служебная химера, которая просто ассистирует врачам. Никто в здравом уме не подумает, что кенгуру сам проводит сложные вмешательства и назначает терапию.

Пространства нам откровенно не хватало. Клиника уже задыхалась от наплыва посетителей и моих спасённых химер. Я давно прикидывал варианты расширения, и соседние площади подходили для этого идеально. Наш «Добрый Доктор» занимал далеко не весь первый этаж этого длинного кирпичного здания.

Справа от нас находилась какая-то унылая контора по продаже подержанных запчастей, которая уже пару месяцев балансировала на грани полного банкротства. Выкупить их площадь — вопрос времени и небольшой суммы наличных, они сами с радостью сбегут.

А вот слева ситуация была гораздо интереснее. На вывеске значилась «Химчистка и Прачечная», но мои пушистые шпионы из вентиляции доложили совсем другое. Там круглосуточно работали какие-то мутные типы, которые стирали вовсе не грязное бельё, а занимались подделкой документов и перебивкой номеров на артефактах.

С этими соседями договориться будет даже проще, чем с банкротами. Стоит им только получить прозрачный намёк, что их маленькая прачечная полностью раскрыта и кто-то посторонний знает расписание их курьеров и места хранения фальшивых печатей… Они быстро соберут манатки и переедут в другой район. Нужно только правильно составить письмо и положить его прямо на стол руководителя. И тогда уже к концу недели мы сможем спокойно ломать стены и расширять стационар.

Глава 7

Во второй половине дня я поехал по указанному в документах адресу. На вывеске ворот значилось: «Пансионат для пожилых людей: Тихая Гавань».

Место выглядело вполне прилично. Кирпичные корпуса после свежего ремонта, аккуратные дорожки, выложенные плиткой, беседки в тени деревьев… На лавочках сидели старички — кто-то читал газету, пара дедов рубилась в домино, какая-то женщина поливала из лейки розовые кусты. Здесь не чувствовалась атмосфера унылого казённого дома престарелых.

Именно сюда, судя по документам, собранным юристами Агнессы, упекли ту самую старушку, из-за которой у меня зависла купленная тридцать вторая квартира. Внучок-аферист оформил над ней опеку, упёк бабулю в пансионат, а сам пытался отжать недвижимость. Вламываться сюда ночью и тайком ковыряться в мозгах пожилой женщины мне было откровенно лень. Гораздо проще зайти через парадную дверь.

Я толкнул стеклянную створку и оказался в светлом холле. За стойкой сидела дежурная медсестра и что-то усердно строчила в журнале.

— Добрый день, — я положил на стойку свою визитку. — Виктор Химеров, владелец клиники «Добрый Доктор». Хотел бы переговорить с вашим руководством о небольшом социальном партнёрстве.

Медсестра оторвалась от бумаг, пробежалась глазами по карточке и нахмурилась.

— Ветеринарная клиника? Молодой человек, у нас тут гериатрический пансионат. Мы лечим людей преклонного возраста. Вы, наверное, адресом ошиблись.

— Совершенно точно не ошибся. Хочу предложить вам программу пет-терапии. То есть поставлять вашим постояльцам специально обученных животных для психологической разгрузки. Старикам же иногда бывает тоскливо. Пушистый компаньон отлично снимает стресс и добавляет позитивных эмоций.

— Идея, может, и неплохая, — согласилась девушка, — только она у нас не сработает. Вы вообще представляете наш контингент? У нас тут лежат люди после инсультов, Одарённые с поехавшей от возраста крышей и пациенты с деменцией. У них моторика нарушена, координации никакой. Кто-то случайно на хвост вашему коту наступит, кто-то от испуга магический импульс выпустит. Животное либо покалечат, либо оно в ответ бросится и кого-нибудь загрызёт. Нам такие проблемы с прокуратурой не нужны.

— Вы меня за дилетанта не держите, — я облокотился на стойку и улыбнулся. — Я же не собираюсь вам уличных дворняг привозить. Животные будут химерные, специальной селекции.

— Химеры⁈ К старикам⁈ Вы в своём уме?

— Да послушайте… У них костный каркас уплотнён, шейные позвонки укреплены. Если ваш пациент случайно наступит такому коту на хвост, кот просто поможет дедушке не упасть. У них на генетическом уровне заблокирована агрессия к людям. Никаких укусов или царапин. Идеальные плюшевые игрушки, только тёплые и живые.

Женщина пожевала губу, явно не зная, как реагировать на этот бред.

— Знаете что… Идите-ка вы к директору. Он у нас человек открытый для новых идей. Вот пусть сам решает, нужны ли нам бронированные коты. Второй этаж, кабинет направо.

Я поднялся по лестнице и постучал в нужную дверь. Внутри меня встретил мужчина лет шестидесяти с глубокими залысинами и очень уставшими глазами.

— Здравствуйте, — я присел на предложенный стул и коротко обрисовал суть своего визита.

Директор, представившийся Эмилем Елисеевичем, слушал меня внимательно, не перебивая. В нём не чувствовалось той чиновничьей надменности, с которой я обычно сталкивался. Мужик явно болел за своё дело.

— Интересное предложение, Виктор. Знаете, я когда-то крупным логистическим бизнесом владел. Деньги крутились огромные, связи, влияние… А потом мои родители совсем сдали. Отвёз их в один элитный пансионат. Платил бешеные деньги. А потом приехал однажды без предупреждения… — он поморщился. — Ужас я там увидел. Пролежни, хамство персонала, накачивание стариков транквилизаторами, чтобы не мешали медсёстрам своими делами заниматься. Я тогда всё понял. Продал бизнес к чертям собачьим. Решил открыть свою сеть домов для престарелых, чтобы по-людски было. Сейчас у меня их три. Было четыре… Но один месяц назад сгорел.

— Конкуренты? — поинтересовался я.

— Они самые. Земля приглянулась. Даже открыться толком не успели. Слава богу, людей там ещё не было.

— Понимаю вас. Я сам с детским приютом Савелия Тимофеевича плотно работаю. Тоже всякого насмотрелся.

— Вы про приют «Надежда»? — оживился Эмиль Елисеевич. — Так это вы тот самый Виктор, о котором он мне все уши прожужжали на прошлой конференции директоров соцучреждений? Вас прямо боготворят. Говорят, вы там такие чудеса сотворили…

— Было дело. Так вот, насчёт моей инициативы… Если вопрос упирается в деньги, то это полностью благотворительная акция.

Директор помрачнел и покачал головой.

— Виктор, мы не принимаем пожертвования. Вообще никакие.

— Почему? Гордость?

— Здравый смысл. Не хотим связываться с частными спонсированиями государственных и полугосударственных социальных объектов. Слишком много было схем по отмыванию денег. Криминал лезет во все щели: переводят грязные бабки под видом благотворительности, оформляют липовые закупки, а потом через карманных подрядчиков выводят чистый кэш. Или вообще таким образом банкротят учреждения для рейдерских захватов. Нет уж. Мы живём строго на бюджетные субсидии и официальную оплату от родственников постояльцев.

— Ну, я же вам не деньги предлагаю перевести. Я животных привожу. Считайте это волонтёрской помощью.