Граф Суворов. Книга 18 (СИ) - Шаман Иван - Страница 8

Как только сторона, против которой готовилось нападение, узнала об этом, мне на стол тут же легли три письма: протокол о сопротивлении и выделении ресурсов из изначальных, на купирование проблемы, письмо к союзникам и требование немедленного созыва профильного комитета Лиги Наций.

— Принято. Письма о просьбе созыва будут направлены всем членам Лиги, — кивнул я.

У меня за спиной закипела работа, и через минуту уже каждый стол получил приглашение на заседание. Из десятка команд две ответили вежливым отказом, одна проигнорировала сообщение, остальные же согласились провести встречу.

— Приглашаем стороны к выступлению. Остальные получают дополнительное время, — сказал я и указал на отдельно стоящий круглый стол на десять человек, за которым разместились все дипломаты, согласившиеся на заседание. — У вас десять минут. Можете начинать.

— В таком случае прошу прощения за нарушение протокола, господа, — принимая условия, чуть поклонился посол Словакии. — Некоторое время назад на нас напали. Агрессия была предотвращена, угроза купирована, но мы потеряли многих достойных граждан. В соответствии с уставом Лиги мы требуем немедленного осуждения преступника, развязавшего агрессивную войну!

— Для начала мы хотели бы получить весомые доказательства такого вмешательства, — сказал посол Словении. — Мы разделяем ваше беспокойство и полностью поддерживаем расследование о произошедшем, но не считаем возможным судить лишь по вашим словам, а тем более выносить приговор и отправлять миротворческий корпус без веских доказательств вины конкретной стороны…

Обсуждение тут же потонуло в предложениях и протокольных замечаниях. Было заметно, что несколько сторон действительно хотят совершить какие-то действия. Приводились доводы и косвенные доказательства, но когда настало время голосовать, необходимого количества голосов не нашлось.

— Господа, предлагаю поступить иначе — для контроля безопасной зоны выслать наблюдателей на всю протяжённость границы. Нападение на них станет нападением на нас, и в результате мы предотвратим дальнейшие посягательства на Словакию, — веско произнёс Рюмин. — А то у нас так время закончится…

— Хорошо. Наблюдатели — это приемлемый вариант, — согласился посол пострадавшей стороны.

За минуту до окончания срока мне на стол лёг подписанный протокол. Мне оставалось лишь мысленно присвистнуть от того, насколько грамотно всё было разыграно.

— Итак, господа, прошу вас отложить письменные принадлежности. Второй раунд закончен, результаты записаны. До начала следующего раунда прошу сверить ресурсы с тратами и понесённым ущербом. Десять минут на внутреннее обсуждение. Через десять минут вы получите вводные на финальный раунд.

Обсуждения шли тихо, но очень интенсивно. Взрослые мужчины чуть ли не лбами друг с другом сталкивались. Шепча так, что звук сливался в сплошной поток и отдельных слов было не разобрать. В результате мне на стол опять потекли протоколы и закрытые документы. И вторых было куда больше, чем первых.

— Итак, финальный третий раунд! — объявил я, дождавшись, когда всем раздадут вводные. — Длительность раунда два часа. Прошу вас начинать.

— Прошу созвать срочное заседание Лиги! — тут же поднялся князь Преображенский. — Документы у вас на столе.

— Если у меня, значит, будут переданы всем заинтересованным сторонам, — пожав плечами ответил я, и вскоре слуги совершили обмен корреспонденцией.

Не прошло и пяти минут, как сразу четыре страны потребовали созыва совета, но каждая по своему вопросу. Причём два требования прямо противоречили друг другу. В результате они сумели согласовать общую повестку, но на самом совете при участии восьми из десяти представителей разгорелись споры. В итоге был принят протокол, согласно которому лишь одно решение одобрили единогласно, да и то консультативное.

Переговоры не стихали ни на минуту, письма летели во все стороны, заключались тайные и явные сделки, шла планомерная дипломатическая работа, и стопка документов превратилась вначале в две, а затем и в три. Они просто оказались такими большими, что начали съезжать. Стороны не стеснялись тратить ресурсы на дополнительные листы, но к концу отведённого срока представители лишь двух стран выглядели довольными.

— Закончили, — хлопнув в ладоши, сказал я. — Благодарю вас, господа. Нам понадобится некоторое время на проверку документов и обработку результатов. Вы же пока можете свободно обсудить, кто и чем на самом деле занимался и какие цели преследовал. Полагаю, вашим недавним партнёрам и соперникам будет это интересно.

— В самом деле, господа, это было увлекательно, — улыбаясь, проговорил князь Преображенский. — Не хотите ли обсудить?

Было странно наблюдать, как люди, ещё минуту назад напряжённые до предела и сжатые словно пружины, теперь расслабленно болтали и даже смеялись. Как быстро они перешли в благодушное состояние, хотя недавно, казалось, готовы были поубивать друг друга.

Но куда интересней были результаты переписок, и особенно несоответствие публичной официальной и тайной, которая не появлялась в общем доступе. Я пару раз удивлённо хмыкал, а один даже с восхищением выругался, поражаясь цинизму и безудержной лжи. Настолько они расходились у половины послов.

— Господа, ещё раз вас поздравляю с окончанием игры. Прошу ознакомиться с итогами. Альбукерке — проигрыш, целью было создание торгового союза, но во втором раунде партнёры сговорились и обрушили товарный рынок, заполонив его своей продукцией, разорив местных производителей. Это позволило Руси Новгородской занять перспективный рынок и успешно завершить одну из целей.

— Вот же… — улыбавшийся до этого мужчина резко осунулся.

— Словакия — проигрыш. Вашей целью было создание военного союза, однако после нападения вы не сумели определить противника и заключили сделку с теми, кто на вас напал. Их наблюдатели стали основой разведки для армии вторжения, а ваша армия отступила на второстепенный фронт.

— Киевская Русь — проигрыш, вы не сумели сформировать союз на своих условиях, — продолжал я, и с каждым новым объявленным результатом лица присутствующих становились всё мрачнее. Почти всех.

— Словения — частичная победа. Вы не потеряли свои ресурсы, получили приемлемое торговое соглашение и оголили фланг соседа от армии. Поздравляю, — проговорил я, и Преображенский поклонился, не вставая с места.

— Русь Новгородская… если честно, мы не сразу решили присуждать ли вам победу или поражение. По условиям игры у вас была единственная задача — приобретение дополнительных ресурсов. И эта задача выполнена в полном объёме. Однако, кроме этого, вы сумели стравить друг с другом большую часть соперников. А уж проведённая атака под чужим флагом в дополнении с грамотной политикой — выше всяких похвал. Вы сумели сделать то, что не вышло у Киева и Ровельского княжества. Однако вы потратили почти все свои ресурсы и даже залезли в полученные бонусные.

— И всё же условия выполнены, — наконец произнёс я, и Рюмин кивнул. — Дальше, королевство Румыния, частичная победа. Вы сумели добиться соглашения о военном союзе. Вот только, как вы теперь понимаете, со стороной, которая уже проводила нападения, о которых вы знали, но не смогли предотвратить.

— На этом игру считаю завершённой. Мы ещё изучим документы. Но даже если там было то, что мы по какой-то причине пропустили, вряд ли это изменит общую ситуацию. Если кто-то хочет высказаться — прошу, — отложив планшет, пригласил я.

— В первую очередь хочу поблагодарить ваши величества за предоставленную возможность, это было крайне интересно… — начал Преображенский, как один из старших по титулу, а за ним высказались абсолютно все. С вежливыми улыбками, с полным соблюдением протокола и даже, кажется, искренне. Вот только их речи совершенно не запоминались, стекали словно вода, не оставляя и следа.

— Это было познавательно, — наконец, поднялся Рюмин. — Разрешите говорить прямо, ваше величество. Не думал, что новое поколение настолько ослабло. Я искренне надеялся, что хотя бы некоторые из моих учеников смогли превзойти меня, и можно уйти на покой. Доверить происходящее лучшим умам… а они оказались не лучшими.