Граф Суворов. Книга 18 (СИ) - Шаман Иван - Страница 39

Судно сместилось так, чтобы свет падал мимо, но лучи всё равно были слишком мощными, и постоянно идущая морось превратилась для нас в сплошную туманную пелену, внутри которой доспехи практически сливались с окружающим пространством. Покачав головой, я стал дожидаться, пока вся эта весёлая братия приземлится.

— Ваше императорское величество, орден Ангелов императора и глава штурмовой группу Пётр Жеглов прибыли для получения указаний! — пробасил сквозь динамики брони старый приятель, приложив кулак к груди.

За ним опускались остальные, выстраиваясь ровными рядами. Почти две сотни. Часть личного состава осталась на борту для управления и подпитки садящегося судна.

— Рад вас приветствовать, бойцы! — громко сказал я, получив в ответ троекратное «ура». — Вижу, вы готовы послужить империи и императору.

— За императора! За империю! — тут же ответили воодушевлённые своим ярким появлением воины.

— Я выражаю вам благодарность за рвение и самоотверженную службу и надеюсь, что вы не посрамите чести родины, императора и ваших магистров. Вольно! Ротные и их заместители — ко мне, — наконец приказал я, выдержав паузу. Хотя, ей-богу, хотелось материться. Но ничего, сейчас они у меня получат.

— Какой умник придумал вот этот весь маскарад? — спросил я, когда рядом со мной собралось девять ответственных.

— Разрешите быть представленным: четвёртый ранг, капитан-лейтенант, пилот, князь Андрей Пожарский! — не задумываясь шагнул вперёд парень лет двадцати-пяти. Нет, не парень — молодой мужчина. Правда, слишком ухоженный, но полевая служба это быстро исправит. — Идея активной маскировки принадлежит мне и моим товарищам, а реализация…

— Ты в инфракрасном спектре на доспехи смотрел? Тебя ничего не смутило? — недослушав, задал я вопрос.

— Никак нет! Прожекторы работают в том числе в тепловом диапазоне и гасят любое проявление, — отчеканил он, но уже чуть менее бодро.

— А если наблюдателей будет больше одного? Что тогда. Вот встретитесь вы, ну, положим, с тремя судами. Пару ослепите, а третий всю команду перестреляет ещё на подходе, — осадил я его.

— Разрешите высказаться? — тут же вмешался Пётр, и я кивнул. — Не перестреляет. У наших парней достаточно крепкая защита, а если главный калибр врага будет молчать или палить в белый свет, мелочь мы выдержим.

— Да ну? А если судов будет не три, а семь? — прищурился я. — Соберётся малая ударная эскадра, с крейсером, двумя тяжёлыми артиллерийскими фрегатами и поддержкой в виде пары фрегатов поддержки и двумя перехватчиками. Вполне реальная, между прочим, перспектива — у врага там сил куда больше.

— Тогда мы отступим и растянем позиции врага, связав его боем, — не мешкая, ответил Андрей, и я был вынужден отметить, что в принципе он прав. — У нас достаточно скорости, чтобы уйти от крейсеров и с безопасного расстояния отстреливать вражеские фрегаты и корветы. А затем, когда будет уничтожена поддержка, мы воспользуемся активной маскировкой и, подойдя на дистанцию штурма, высадим десант.

— А если противник не идиот и не станет вас преследовать? Собьётся клином за крейсером, ощетинившимся главными орудиями, и будет постреливать издали? — спросил я, понемногу начиная убеждаться в правильности выбора Михаила.

— Если у нас равный калибр, пойдём на возвышение, чтобы бить с большей дистанции, — всё так же уверенно ответил Пожарский. — Техники убеждают, что у нас лучшие на данный момент двигатели и самые надёжные лопасти турбин. Мы сумеем переиграть противника на ресурсе.

— Только вот вы будете вдали от родины. Ресурс запчастей конечен, и когда начнётся битва, никто не знает, — покачал я головой.

— Разрешите? — вновь обратился Жеглов, и я махнул, чтобы он продолжил. — В случае если противник обладает теми же, что и у нас, калибрами, правильным решением будет выставить щиты и идти в атаку. Нас три сотни одарённых, которые могут подпитывать конструкты посменно больше суток. У врага такого точно не будет.

— Зато у него будут снаряды, внутри которых плоть Пожирателя, — возразил я, и почти все присутствовавшие заметно напряглись. — Против них спасают только стихийные щиты. Есть среди вас тот, кто готов быть инициатором льда или камня?

— Никак нет, — чуть сдувшись, ответил Пётр.

— Именно, — веско поднял я палец. — Так что князь прав: возвышение и дальность. Но без вашей яркой раскраски вы могли бы нанести упреждающий удар. Подкрасться, выбить одним залпом крейсер или даже сразу несколько судов противника, а затем отойти на безопасное расстояние.

— Прикажете перекрасить? — погрустнев, спросил Пожарский.

— Мы можем использовать смещающуюся сферу, — неожиданно вмешалась огненно-рыжая бестия, в которой я без труда узнал старшую сестру Ольги Вяземской — Елизавету.

Девушка и в самом деле была в поиске, иначе я её провокационную манеру держать китель и рубаху с расстёгнутыми верхними пуговицами я объяснить не мог. Ну и надо признать, что фигура у неё была вполне сравнима с Марией. Но у моей жены, конечно, лучше. Тут даже думать нечего.

— Вы на балу, княжна? — одёрнул её Андрей.

— Что? Никак нет. Прошу прощения, ваше императорское величество, — только сейчас до девушки дошло, что она обратилась не просто не по уставу, но и без титулов. Что было допустимо при дружеском неформальном общении, но совершенно неуместно, когда начальство устраивает тебе разнос.

— Я сам приказал «вольно», — подумав, решил я, и девушка расслабилась. — Но не настолько же.

— Ещё раз прошу прощения, — она покраснела так, что даже веснушки почти исчезли.

— А насчёт сферы идея неплохая. Если вы в самом деле сумеете держать её всё время, пока находитесь в радиусе действия вражеских радаров, то она даже сработает, —согласился я. — По крайней мере, вы сможете смертельно удивить противника, а потом уже будет неважно, есть у вас маскировка или нет — вы окажетесь на дистанции кинжального огня. Зонд на корабль установили?

— Пять штук, ваше величество. Два основных, радиопрозрачных, и три сменных, — с облегчением ответил Андрей.

— У кого из вас есть опыт создания маскировочной сферы такого диаметра, чтобы в неё влез фрегат, да ещё и с отверстием для выхода дрона? — спросил я, и ротные с сомнением переглянулись. — Ясно. Значит, пока вы не освоите её на достаточном уровне, никуда не полетите. На самоубийство я вас отправлять не согласен.

— Благодарим за заботу, ваше величество, — тут же ответило несколько голосов, и я кивнул, прикидывая, как лучше подойти к вопросу.

По всему выходило, что учить придётся с самого начала. С удержания двух прессов, между которыми воздух сжат до такой степени, что влага становится туманом.

— Размещайте личный состав и через час — в тренировочном зале, — подумав, приказал я и отправился вместе с Василием обратно во дворец.

— Не жалко вам свой фирменный конструкт отдавать? — поинтересовался он, пока мы шли. — Всё же он как визитная карточка, по нему вас узнают в бою.

— Не трави душу, я и так им фрегат отдал. Если они его потеряют, будет уже неважно, поделился я с ними конструктом или нет. К тому же конструкты из двойной стихии останутся при мне, — ответил я, но что-то внутри царапнуло.

Наверное, осознание того, что конструкты не мои, а данные мне монстрами из-за грани. Ну и чёрт с ними. Нет, я, конечно, найду свою стихию, должен найти, чтобы шагнуть на третий ранг и продолжить совершенствование. Но в данный момент, желание кого-то извне дать мне ключи к своим стихиям лишь играет на руку.

Самый действенный мой конструкт — бомба из стихийного льда, начинённая огненной сердцевиной — пока была ультимативным оружием для дуэлей и даже боя на судах. Не Смертельная Метель Морозова, пока что, но это лишь дело практики.

— Что эти павлины себе навоображали? — встретила меня вопросом Мария, смотревшая на судно из окна второго этажа. — Ради кого хвосты распушили?

— Ну, толика здравого смысла в этом есть, но очень небольшая, — ответил я, не став вдаваться в подробности.