Выжившие - Кларк Люси - Страница 37

– Как же я голоден, – сказал он. – В который раз остались без рыбы.

– Феликс старается, как может.

Мужчина повернулся и с любопытством уставился на нее в темноте.

Ей не хотелось сидеть с Дэниелом. Она начала подниматься на ноги, но он слегка придержал ее за локоть.

– Эй, у меня для тебя сюрприз, – он полез в карман, достал шоколадный батончик и передал ей.

Она ощутила под пальцами шелестящую обертку, поднесла к лицу плотный тяжелый батончик и понюхала.

– Да это же шоколадка!

– Ага. Завалялся один «Сникерс».

Она еще раз вдохнула сладкий аромат, истекая слюной.

– Откуда ты его взял?

– У себя в сумке нашел. Даже не знал, что он там: положил в боковой карман и забыл. Глазам не поверил, когда увидел. Ну что, – сказал он, призывно глядя на нее, – будешь?

– Есть?

– Нет, черт, танцевать вокруг него. Конечно, есть!

– Разве не нужно поделиться?

– Так я и делюсь – с тобой.

– Я имею в виду, с остальными.

– Какой смысл делить на четверых? На один зубок не хватит. А Майк пусть вообще идет подальше, после того как прикарманил весь алкоголь!

– А как же Феликс?

– Думаешь, он всю рыбу нам приносит? Не будь наивной. Ну же, Лори, если хочешь – половина твоя. А нет, так я и сам справлюсь.

– Я так не могу, – сказала она, возвращая батончик Дэниелу. – Надо делиться.

– Ну как знаешь… – Он порвал обертку и откусил от батончика.

Манящий запах шоколада дразнил нос.

– Ммм… божественно! – пробормотал он.

Лори услышала сладкий запах нуги и карамели. Хруст арахиса на зубах. Так вкусно и питательно…

Дэниел еще раз поднес батончик ко рту, как девушка остановила его руку и вскрикнула:

– Стой!

Прежде чем Лори осознала, что делает, она схватила его руку с батончиком и поднесла к своему рту. Обхватив губами шоколадку, она с наслаждением откусила. Рецепторы взорвались вкусом сладости и солью дробленого арахиса.

– Ммм…

Дэниел рассмеялся.

Лори тоже заулыбалась испачканными шоколадом губами, наслаждаясь полузабытым вкусом.

Он откусил еще, затем протянул ей. Она в жизни не ела ничего вкуснее. Лори хотелось смаковать каждый кусочек и в то же время вгрызаться в батончик всеми зубами.

Последний кусок достался ей. Забирая его, она коснулась губами пальцев Дэниела. Как же вкусно! Казалось, душа поет. Вдруг Дэниел наклонился и приник губами к ее рту: во вкус шоколада ворвалось что-то кислое и терпкое. Потрясенная, Лори хотела отстраниться, но мужчина прижал ее голову к своей.

Она уперлась рукой ему в грудь и оттолкнула.

– Что ты делаешь? – она вскочила на ноги, с шорт посыпался песок.

Он тоже встал.

– А что?

– Ты меня поцеловал!

– И что такого?

– Ведь ты женат!

– Мы на гребаном необитаемом острове, Лори. Здесь нет правил.

«Здесь нет правил», – мрачным эхом отозвалось в ее голове. Она с ужасом осознала, как далеко отсюда до лагеря, где безопасно и где Сонни.

– Не прикасайся ко мне! – прорычала она, стиснув зубы, и побежала от темного пляжа в лес, ощущая вкус шоколада с примесью чего-то кислого во рту.

Той ночью свернувшуюся калачиком на земле Лори мучили кошмары. Воспоминания о поцелуе Дэниела проникли в сон: кислый привкус его десен, угроза во взгляде… «Здесь нет правил», – прошептал он ей на ухо.

Потом сон переполз по темной лесной подстилке к четырем лежащим плечом к плечу трупам. Тела вытаскивали из-под тенистых деревьев и несли к ожидающему их океану – волосы на свесившихся головах развевались по песку.

Рут, Джек, Каали, Холли – в нескончаемом сне их тела раскачивались на волнах, как стволы мертвых деревьев… Через мгновение появилось пятое тело. Укутанное в плед, его тащили за запястья по горячему песку. Край пледа приоткрылся: худощавые лодыжки, облупившийся розовый лак на ногах, под которым обнаружились грязные ногтевые лунки – так это же ее ноги!

Чьи-то мясистые пальцы обхватили ее запястья и медленно, с трудом, тащили Лори к берегу. Она не видела, кто тянет ее за руки по песку, хотела крикнуть – стойте! я не умерла! Но когда она попыталась закричать, голос пропал.

Прохладная вода завладела каждой прядью волос, прилепила одежду к коже, распахнула блузку. От соли защипало в носу и горле, глаза прижало накатившей морской волной. Когда Лори погрузилась под воду, умоляя и беззвучно крича, она услышала искаженные водяной толщей слова: «У нас не было выбора».

Кто это сказал?

Майк?

Дэниел?

Феликс?

Закашляв, девушка очнулась ото сна в холодном поту. Села, вытерла рукой рот. Оглядывая неясные силуэты лежащих вокруг угасающего огня мужчин, Лори вопрошала: Кто?

Глава 38

Теперь | ЭРИН

Я направляюсь в глубь острова, теплый ветер задувает в открытые окна машины. На небе тяжелые облака, влажный горячий воздух ложится на кожу – вот-вот начнется очередной ливень.

Мой путь лежит в отель «Гибискус-Крест-резорт», где под вымышленным именем Майк Брасс провел последние два года. За наводку я должна благодарить Натана – это он сказал, что Майк жил в горах и работал на курорте, которым управляет хозяин-немец. Возможно, эти сведения ему дали в полиции, а публично обнародовать не стали. Мне оставалось найти расположенные на холмах отели во внутренней части Фиджи, а затем позвонить в каждый, спрашивая управляющего, пока не услышу немецкое имя.

По мере удаления от аэропорта Нади остров меняется, многоэтажные отели уступают место плантациям ананасов и сахарного тростника. Тут и там вдоль дороги раскиданы стоящие группами деревенские соломенные хижины. Воздух благоухает землей и свежестью.

Обожаю водить. За рулем – полная свобода: педаль в пол – и мир проносится мимо, насколько хватает глаз. Помню, как сдала на права и, газуя как ненормальная, унеслась от экзаменационного центра: в машине только я – ни инструктора, ни экзаменатора – лети, куда душе угодно!

И куда я полетела? За Лори, конечно.

Я подъехала к дому и сигналила, пока сестра не выпорхнула из двери в коротком летнем платье, с распущенными волосами. Она подбежала и, забарабанив ладонями по капоту машины, завизжала: «Сдала?»

«Конечно!» – ответила я, пританцовывая за рулем и расплываясь в довольной улыбке.

Она забралась на пассажирское сиденье: салон наполнился ароматом ее духов. Склонившись над коробкой передач, она крепко меня обняла.

«Ах ты, молодчина!»

Ей было все равно, что она сама не сдала вождение с первого раза. Лори никогда со мной не соревновалась, и я обожала ее за это.

Она включила музыку погромче, я утопила педаль в пол, автомобиль, взвизгнув шинами, резко отъехал от дома, и Лори, смеясь, схватилась за ремень. В зеркало заднего вида я увидела, как стоящий у окна отец артикулировал: «НЕ ГОНИ ТАК!»

Мы ехали и ехали, куда глаза глядят: Лори махала рукой в каком-нибудь направлении, кричала – «Туда!», и я поворачивала. Так мы себе это и представляли: неважно, где мы окажемся в конце поездки, главное – свобода, когда едешь вперед, музыка на всю катушку, волосы по ветру и весь мир – к твоим услугам. Мы ехали, пока стрелка уровня бензина не опустилась до нуля и мы поняли, что у нас только десятка на заправку.

По пути домой остановились на смотровой площадке с видом на реку, сели на капот машины, как американские подростки из сериалов, и болтали о предстоящих летом развлечениях – вечеринках, мальчиках и поездках на побережье, раз я теперь за рулем. Мы еще не знали, что через три недели папа умрет от разрыва аневризмы головного мозга, и, вместо того чтобы наслаждаться летними вечеринками, нам придется разговаривать с распорядителями похорон, адвокатами и банковскими клерками. Пока наши друзья отрывались в ночных клубах и спали до полудня, мы пытались разобраться в завещании и налогах на наследство.

Наверное, тот день, когда мы с ней сидели на капоте и болтали о будущем с полными надежд сердцами, был самым счастливым в моей жизни…