Системный Кузнец XI (СИ) - Мечников Ярослав - Страница 43

Где-то на середине второй дуги дыхание окончательно выровнялось, и работа превратилась в подобие медитации. Монотонный ритм молотка, мерное покалывание в пальцах, глухой отзвук базальта. Голова опустела. Мысли о пушках, войне, Левиафане растворились в простом, понятном действии: бей, поверни, бей.

Прошло, наверное, около полутора часов. Я как раз выравнивал последний участок внешнего круга, когда из темноты за наковальней снова донёсся этот звук — тонкий вибрирующий писк вперемешку с потрескиванием.

Рука с молотком замерла. Медленно повернул голову.

Два огненных глаза-бусинок светились на самом краю Глотки. Зверёк сидел, чуть высунувшись из оплавленного лаза, и пялился на меня с выражением, которое у нормального зверя я бы назвал голодным любопытством. Усики-искры подрагивали, ловя запахи.

Есть хочет? Серьёзно? Тварь, живущая в потоке Ци, смертельном для практика шестой ступени, и при этом интересуется вяленой рыбой?

Отложил инструмент. Тихо, без резких движений потянулся к дорожной сумке. Отломил кусок рыбного пласта и пару крошек сухаря. Положил на ладонь и вытянул руку, сделав полшага к Глотке.

Зверёк дёрнулся, мерцающая шкурка полыхнула ярче, но не нырнул. Сидел, подрагивая усиками, явно разрываясь между осторожностью и чем-то ещё.

Я опустил еду на камень в пяти шагах от лаза. Отступил назад, сел на пол и замер.

Тишина. Только гул из глубин и моё дыхание.

Зверёк выждал с полминуты, потом качнулся вперёд, вытянув мордочку. Сделал один крошечный прыжок по плите, остановился, принюхиваясь. В полумраке я наконец смог его разглядеть толком. Размером с крупную полёвку, только пропорции другие: лапки короче, тело плотнее, округлое. Шкурка переливалась оттенками раскалённого металла, от тёмно-вишнёвого у лап до яркого оранжевого на загривке. Хвост, короткий и толстый, светился ровно.

«Система, повторный запрос. Идентификация».

[Объект не распознан. Бестиарий пользователя не содержит совпадений.]

[Примечание: Расширенная классификация фауны требует навыка «Знание Зверей» (Охотник) уровня 3 или выше. Текущий уровень пользователя: отсутствует.]

Бесполезно. Я кузнец, а не охотник. Мой бестиарий ограничен тем, что пытались меня сожрать, как те Каменные Волки. Но чтобы определить их мне и система не нужна — запомнил на всю жизнь.

Включил «Зрение Творца». Восприятие мигнуло, физическая оболочка зверька стала полупрозрачной. Внутри, в районе грудной клетки, пульсировало яркое ядро — компактное, горячее, на удивление плотное для такого мелкого тела. По интенсивности свечения ядро тянуло на среднего Закалённого зверя четвёртой или пятой ступени. В мыши весом с кулак.

Зверёк вдруг рванул. Огненная вспышка мазнула по камню, обдав волной сухого жара. Я моргнул, и существо уже было у еды. Крохотные лапки цапнули рыбный пласт, пасть ухватила сухарь, и всё это пылающее безобразие унеслось обратно в Глотку с такой скоростью, что от камня осталась только дымящаяся полоска.

Я фыркнул. На губах появилась усмешка, первая настоящая за весь день.

— Вот жук.

Забавная тварь. Среди всего этого мрака, ледяных видений и чужой воли в кристалле, огненная мышь, ворующая вяленую рыбу, казалась чем-то до абсурда нормальным.

Но потакать этому не стоило. Я подтянул дорожную сумку, плотно затянул шнурок и затолкал её в нишу за каменной лавкой, придавив сверху молотком. Свёрток с порошками Алекса переложил во внутренний карман куртки. Если мелкий воришка повадится таскать припасы, пока я в трансе поглощения, через пару дней жрать будет нечего.

Вернулся к плите. Контур почти готов, оставалось доработать внутренние связки между узлами и подчистить пару переходов. Присел на корточки, взял зубило и продолжил.

Работа заняла ещё минут двадцать. Последний штрих: короткие насечки-ограничители на входе в каждый узловой знак, чтобы поток Ци не проскакивал мимо руны, а задерживался в ней на долю секунды. Без них энергия пролетит контур насквозь и рассеется впустую.

Отложил инструмент и выпрямился, разминая затёкшую поясницу. Окинул работу взглядом.

«Система, анализ рунного контура».

Изумрудные строки побежали перед глазами:

[Анализ: Рунный Контур Иссечения (Амальгама)]

[Качество начертания: 78 %]

[Обнаружены дефекты:]

[— Узел «Хагалаз»: левый излом смещён на 0.8 мм от оси. Поток будет отклоняться.]

[— Дуга «Райдо → Ансуз»: неравномерная глубина в секторе 14–17 мм от узла. Риск завихрения.]

[— Узел «Ансуз»: правый штрих на 0.3 мм глубже левого. Асимметрия рассеивания.]

[— Замыкающая дуга: микросколы на участке 22–25 мм. Шероховатость выше допустимой.]

Семьдесят восемь процентов. Паршиво.

Я присел и вгляделся в указанные участки. И ведь Система права, чёрт возьми. Вот этот излом Хагалаза, я же чувствовал, что зубило чуть повело влево, но решил, что сойдёт. Не сошло. А дуга между Райдо и Ансузом… да, там я ускорился, погнавшись за ритмом, и пара ударов вышла мельче остальных.

Кузнец, а не рунный мастер. Пять лет вечерней практики на морских камушках дали навык ровных линий, но не чутьё на микроскопические отклонения, которое есть у настоящих резчиков. Тут учиться и учиться.

Ладно. Что можно исправить — исправим.

Взял самое тонкое зубило из набора Маэстро Ферро и принялся за дефекты. Излом Хагалаза подправил тремя точечными ударами, сместив дно канавки обратно на ось. Дугу между узлами углубил, выравнивая по всей длине. С асимметрией Ансуза пришлось повозиться: правый штрих уже был слишком глубок, так что пришлось чуть довести левый, приводя оба к общему знаменателю. Микросколы на замыкающей дуге зачистил кромкой зубила, снимая заусенцы.

«Система, повторный анализ».

[Качество начертания: 82 %]

[Предполагаемая эффективность контура при активации: 88 %]

[Оставшиеся дефекты некритичны, но снижают КПД рассеивания на 12 %.]

Восемьдесят два. Лучше, но до идеала далеко. Впрочем, для первого рунного круга, выбитого в вулканическом базальте молотком покойного отшельника, сойдёт.

Теперь протравка. Каналы нужно сделать гладкими изнутри, иначе Ци будет цепляться за каждую шероховатость, тормозить, закручиваться. Хорошо, что у меня есть собственный реагент.

Я сосредоточился и направил тонкую струйку Ци к кончику указательного пальца правой руки. Зеленоватое свечение проступило на подушечке. «Кислотная Ци» — мутация, которая позволяла травить металл одним касанием. Сейчас задача тоньше: нужна минимальная концентрация, ровно столько, чтобы сгладить микрорельеф каменных стенок канала, но не разъесть сам канал до непригодности.

Провёл пальцем по первой канавке. Зелёное свечение коснулось базальта, и камень тихо зашипел, выпуская тонкую струйку пара. Стенки потемнели, заблестели. Я убрал палец и осмотрел результат. Чуть шире, чем нужно — перебрал с нажимом.

Выругался сквозь зубы и перешёл к следующему участку, снизив концентрацию. Палец едва касался камня, оставляя за собой тончайший след кислотного воздействия. Лучше. Канал заблестел, сохранив нужную глубину.

Дальше пошло ровнее, хотя пару раз я всё-таки пережигал. На одном участке дуги канал расширился до двух с половиной миллиметров вместо полутора. На другом кислота съела порожек на входе в Райдо, и пришлось подрезать его заново зубилом, а потом травить повторно. Ювелирная возня, от которой сводило пальцы и щипало глаза от кислотного пара.

Но процесс затягивал. В нём была та же медитативная точность, что и в заточке клинков, только вместо бруска и стали — палец и камень. Я полз по контуру, проверяя каждый участок на свет. Там, где кислота отработала правильно, базальт отливал тёмным стеклянным блеском. Такое дно будет проводить Ци без сопротивления.

Наконец, разогнул спину и откинулся назад, упираясь ладонями в пол. Перед глазами плавали зелёные пятна от долгого вглядывания. Контур на плите поблёскивал в полумраке, три руны и связующие дуги образовывали аккуратный треугольник в круге. Каналы внутри гладкие, ровные, готовые принять поток.