Отбор невест, или Три орешка для темного (СИ) - Самсонова Наталья - Страница 57

— А еще есть куда спрятать детектор!

— Ты прикрутила к флакону медную проволоку,— вздохнула Эми,— а потом прикрутила еще один кусочек и теперь это похоже на лозу мага воды.

— Так в этом и суть,— удивилась я.

— Но ты не стихийница и мы не место под колодец ищем!

Потерев кончик носа, я решила не объяснять, а показать на практике.

— Три, два, один,— пропела я,— активация!

Пару секунд ничего не происходило, а затем…

— Жужжит, — констатировала подруга.

— Это калибровка,— шепнула я, не отрывая взгляда от флакона, внутри которого начал разгораться магический огонек.

— Он жужжит и мигает зелёным. Что это значит?

Я сверилась со своими записями, которые делала на коленке, пока сидела на краю ванны:

— Зелёный — это... э-э-э...

— Ты не помнишь.

— Я записала плохим почерком, это не то же самое, что забыть! — обиделась я. — К тому же, ты торопишь и меня, и Марка Аврелия.

— Ты дала ему имя,— обреченно вздохнула подруга. — И почему твой Марк Аврелий указывает на мою тумбочку? Там нет ничего медного.

Вот только своему детектору я доверяла больше, чем словам подруги. Так что, под аккомпанемент тихого «бзз-бзз-бзз» Эми достала шкатулку и…

— Ты что-то напутала, это очень дорогие серьги,— возмутилась подруга.

Марк Аврелий выпустил искру и серьги, с тихим пф-ф, потеряли весь свой роскошный вид. Точнее, потеряла одна серьга.

— Либо на них была наложена иллюзия, либо твой артефакт все превращает в яшму и медь,— выдохнула пораженная Эрмина.

Заклятье деактивации иллюзий знали мы обе, так что уже через минуту стало ясно, что серьги, подарок драэ Магре Ильгертон, были фальшивкой.

— Но зачем?!

— Не знаю,— пожала я плечами,— но теперь ты видишь, что детектор работает!

Я встряхнула артефакт и с него чуть не слетела пробка.

— Не могу сказать, что меня это радует,— уныло отозвалась подруга. — Но зато можно послать серьги обратно драэ Магре. Вместе с артефактным сундуком, у которого половина встроенных функций не работает!

«Бзз-бзз-бзз», отозвался Марк Аврелий и Эми тут же улыбнулась:

— Милый, я тебя не виню.

«Бзз», довольно муркнул мой детектор, и огонек внутри него погас.

— Ты всегда добавляешь им характер? — с интересом спросила Эрмина.

— Как получится,— я пожала плечами,— магия не всегда подчиняется математике.

В коридоре Эми вдруг замерла. Затем повернулась ко мне и с ужасом прошептала:

— А что, если у кого-то еще во дворце украшения из яшмы и меди? Это сочетание лучший якорь для закрепления иллюзии!

Я представила, что будет, если Марк Аврелий снесет иллюзию со знатной дамы, и поежилась. Скандал будет жуткий, но…

— Он нас так не подставит,— я вытащила детектор,— да?

«Бзз», ответил он.

— Видишь,— я снова спрятала Марка Аврелия в складках юбки,— все под контролем.

— У принца Сайарда отсутствует инстинкт самосохранения,— задумчиво проговорила Эрмина. — Знаешь, если нас поймают, я скажу, что ты меня загипнотизировала.

— Я не умею,— отмахнулась я.

— Тогда скажу, что подпоила.

— А вот это я могу,— покивала я. — Идем?

— Идем,— Эми тяжело вздохнула,— почему-то мне кажется, что добром это все не закончится!

Я укоризненно посмотрела на подругу и поманила ее к себе:

— Ты знаешь, что дурные мысли, произнесенные вслух, становятся самой лакомой добычей для дрэйчей?

— Что? — оторопела Эрмина.

— На каркай, говорю, а то накаркаешь,— фыркнула я и выскользнула в коридор.

Первые десять минут все шло прекрасно. Мы миновали портретную галерею, старательно делая вид, что любуемся предками королевской семьи. Эрмина даже пару раз восхищённо вздохнула — правда, глядя не на портреты, а на лепнину, но со стороны это выглядело вполне убедительно.

— Видишь? — прошептала я, поправляя складки юбки, в которых уютно устроился Марк Аврелий. — Никто ничего не заподозрил. Мы просто две Избранницы, которые наслаждаются искусством.

— Мы две Избранницы, которые стоят перед портретом короля Этельреда Третьего, который пытался продать корону соседнему государству, — процедила Эрмина, не разжимая губ. — Ещё немного, и нас запишут в предатели родины.

— Ужас какой, — согласилась я, и мы двинулись дальше.

Марк Аврелий мирно помалкивал. Изредка он издавал тихое «бзз», которое я списывала на калибровку, и один раз мигнул зелёным — но я как раз проходила мимо вазы с позолотой, так что решила, что это рефлекс на благородный металл.

— Нет смысла ходить просто так,— шепнула я, когда мы вышли из портретной галереи. — Нам нужно найти пустой коридор и ощупать стены.

— Зачем? — оторопела Эрмина.

И я с удивлением посмотрела на подругу:

— Ты знаешь, почему охранные чары так дороги?

— Потому что у нас нет выбора? Мы платим ту цену, которую за них назначают,— пожала плечами Эрмина.

Тут я была вынуждена согласиться:

— Да, но еще и потому, что магия циркулирует по золотой проволоке. Или, в случае дворца, по золотым полым трубкам. Найдем затененный прохладный безликий коридор, ощупаем стены и найдем теплую продольную полосу. Это и будет охранная система. И дальше пойдем вдоль нее, рано или поздно наткнемся на детектор Авехира! Эрмина?

Подруга растеряно посмотрела на меня:

— Матушка платила за защиту, после смерти отца. Пришел маг, поколдовал над окнами и входной дверью! Мы еще несколько лет потом с ростовщиком расплачивались.

— Мне жаль,— тихо сказала я. — Но это была не охранная система.

Эрмина прикусила губу, а после тихо и безнадежно спросила:

— И нет ни единого варианта, что он сделал действительно хорошую защиту?

— Только если он использовал вашу и свою кровь,— так же тихо сказала я.

Подруга покачала головой и понурилась. Марк Аврелий почувствовал смену атмосферы и сочувственно бззыкнул. Я вытащила его и протянула Эрмине. Та потерла яшмовый флакон и проворчала:

— Артефакты мне еще не сочувствовали. Но, спасибо, это и правда помогло. Я пожалуюсь на того мерзавца Элою. Генриху, в смысле. Думаю, он порадует меня большим судебным разбирательством.

Чуть-чуть подумав, я аккуратно проговорила:

— Когда будешь жаловаться, обязательно уточни, чего именно ты хочешь. А то боевые маги, знаешь ли, скоры на расправу.

Подруга мечтательно вздохнула, а после отмахнулась и от меня, и от терзавших ее мыслей:

— Не хочу ни о чем думать, пойдем лучше искать. Вон там, к слову, смотровая галерея с видом на парк.

— И там точно будет проходить одна из линий охранной системы,— кивнула я.

Мы не учли одного — дворец густонаселен. Очень густо. Местами настолько, что драэ передвигаются целыми стаями!

Конкретно эту стаю знатных дам возглавляла одна, особенно статная дама. Высокая, широкоплечая, в тяжелом бархатном платье и таком количестве украшений, что мне становилось дурно. Кольца, браслеты и броши — все это ярко сверкало и переливалось. И, вероятно, было весьма и весьма весомым. Иначе от чего она так тяжело передвигается?! Да еще и диадема ничем не уступающая королевской…

— Как она не падает? — прошептала я и Марк Аврелий согласно бззыкнул.

А затем зажужжал очень деловито и басовито. Он ткнулся мне в руку, требуя, чтобы я его вытащила и, когда этого не произошло, бззыканье перешло в другую тональность.

— Он что, еще и поет? — ахнула Эрмина.

— Нет, он на что-то реагирует, — выдохнула я. — На что-то очень... яшмово-медное.

Мы синхронно осмотрели галерею, и подруга охнула:

— Это же баронесса Вальермер. Говорят, она тратит на украшения больше, чем на содержание собственного замка.

— Про нее говорят неправду,— озвучила я очевидную вещь.

— Драэ Магре Ильгертон вообще не отличается любовью к честности и справедливости,— вздохнула Эрмина. — Хотя они, надо признать, близки по духу. Явно покупают в одинаковых лавках!

Я опустила руку в складки юбки и попыталась урезонить артефакт. Марк Аврелий в ответ выдал жужжащую трель, которой позавидовал бы самый толстопопый шмель. Потом ещё одну. И ещё.