Гонец в преисподнюю - Олди Генри Лайон - Страница 40

— Вы не против, если я сделаю заказ? — церемонно поинтересовался Гура. — Я отлично знаю кухню Мисаки. Вы не будете разочарованы!

— Полностью вам доверяю, — улыбнулся я.

Гура едва не зарделся угольком, оправдывая прозвище, и быстро заговорил с хозяином на окинавском. Судя по длине монолога, заказал он столько, что и король со свитой объелись бы до полусмерти!

— У дверей сидит человек в маске карпа, — обратился я к хозяину, когда Гура закончил. — Это мой слуга. У вас найдётся каморка с отдельным выходом, чтобы разместить его на ночлег?

Мисаки был удивлён, но виду не подал.

— Конечно, найдётся.

— Очень хорошо. Пусть его отведут туда — и туда же принесут его еду. Мой слуга не станет есть в общем зале.

— Как прикажете, господин! Дозволено ли мне спросить: почему?

— Моему слуге запрещено снимать маску в присутствии других людей. Он ест в уединении.

— Понял, господин! Всё будет сделано, как вы хотите!

Вряд ли он действительно понял, но переспрашивать не стал, опасаясь показаться назойливым. У высокого положения есть много преимуществ. Одно из них: к тебе не лезут с лишними вопросами.

— Это тот самый безликий слуга, о котором ходят слухи? — поинтересовался Гура, когда хозяин отошёл.

— Да.

— Хотелось бы узнать о нём поподробнее. О нём, и о некоторых… м-м-м… особенностях вашей службы.

Ну вот, сглазил! И высокое положение не всегда спасает.

— Но только не на пустой желудок, господин Торюмон! Сперва — ужин!

4 «Нас ждёт наводнение»

— …как вам рафутэ, Рэйден-сан?

После второй перемены блюд и третьего (пятого?) тоста Гура стал обращаться ко мне по имени. Для главаря шайки это была изрядная вольность, но я не стал возражать.

Мне всё равно, а Гуре приятно.

— Превосходно! — возвестил я, ничуть не покривив душой. — Здешний рафутэ ничуть не уступает тому, которым меня угощали в замке Сюри.

— Уголёк держит слово! А кухня у Мисаки — лучшая во всей округе! Ещё авамори? Или саке?

— Налейте саке. Мне завтра в путь.

— Как скажете. Вот, попробуйте соба[19] — она сегодня удалась!

— Непременно! Надеюсь, моего слугу уже накормили?

По большому счёту спрашивать об этом стоило у хозяина. Но от меня не укрылось, как Мисаки несколько раз подходил к моему собеседнику, советуясь с ним на местном языке. Я не сомневался, что Гура в курсе всего, что творится на постоялом дворе.

— Ему отнесли три блюда, включая рафутэ.

— Не стоило так баловать каонай.

— Не думаю, что у него много радостей в жизни. Пусть будет хоть эта. Я наслышан о вашем слуге. Но слухи — ненадёжный источник, согласитесь, в отличие от старшего дознавателя. Кто компетентнее вас в таких вопросах? Наша встреча — большая удача. Расскажете, как человек превращается в каонай?

Безликие — неподходящая тема для застольной беседы. В Чистой Земле это знают все, от простолюдина до сёгуна. Но здесь — не вполне Чистая Земля, в чём я имел возможность неоднократно убедиться. Поговорить о каонай? Что тут такого? Разве это что-то неприличное? Неподобающее? Правда?! Почему?!

— Охотно расскажу, — ответил я вместо долгих объяснений.

И начал рассказ.

— О, какие подробности! Крайне полезные сведения! Я так понимаю, это не служебная тайна?

— Ни в коей мере! Я заинтересован в том, чтобы и в королевстве Рюкю об этом узнало как можно больше людей. Лучше сразу пресечь преступные соблазны, как неосуществимые, чем потом разбираться с последствиями незнания.

— Крайне, крайне разумно! Я бы даже сказал, мудро. А можно ли взглянуть на лицо вашего слуги? Мне хотелось бы увидеть, как выглядит каонай без маски.

— Вам не понравится.

— И всё же…

— У каонай нет лица. В прямом смысле слова. Если вы когда-нибудь увидите подобное, вы точно это ни с чем не перепутаете.

— И всё-таки…

— Каонай на службе Карпа-и-Дракона запрещено снимать маску на людях.

— Ладно, как скажете! — Гура шутливо поднял руки, признавая своё поражение. — А что до обычных фуккацу? Насколько я знаю, житель Рюкю может убить яматонтю без всякого фуккацу. Зато если чистоземелец убьёт утинантю, душа убийцы отправится в ад, а душа убитого вселится в его тело. Это так?

— В целом, да. Но…

Гура-Уголёк смотрел на меня с жадным интересом. Ждал продолжения. Передо мной сидел не обычный разбойник. Хорошо образован: правильная речь, вежливое обхождение. В совершенстве знает по меньшей мере два языка, легко и к месту употребляет слова и обороты, неведомые простолюдинам. Дорогая одежда, актёрский талант, толика ироничности, — одно представление на дороге чего стоит!

Местный пэйтин, как здесь называют самураев. Не самого низкого ранга. У нас ронины тоже, случается, возглавляют шайки.

Только вот его интересуют вопросы, которые обычному разбойнику не пришли бы в голову. И спрашивает не из праздного любопытства. Уверен, всё, что связано с фуккацу и каонай, интересует Гуру с практической точки зрения. Уголёк предусмотрителен, не хочет нарваться на неприятные неожиданности.

Что ж, я сказал, что знал. Не раскрывая имён и служебных тайн, разумеется. Быть может, это в итоге спасёт кому-нибудь жизнь или предотвратит фуккацу.

Мне же меньше работы.

— …известен случай, когда рюкюсец убил чистоземельца, и произошло фуккацу.

— Ух ты! И как же такое случилось?

— У меня нет точного ответа. Но есть предположения.

— Вы ими поделитесь? Был бы крайне признателен, Рэйден-сан!

К этому моменту наши сотрапезники потеряли к нам всякий интерес, горячо о чём-то заспорив между собой. И меня, и Гуру это вполне устраивало.

— Есть основания полагать, что убийца чрезмерно увлекался всем, что связано с Чистой Землёй. Язык, одежда, обычаи. Боевые искусства, учение будды Амиды…

— И так увлёкся, что не заметил, как стал чистоземельцем? Нарвался на фуккацу?!

Гура всё схватывал на лету.

— Говорю же, это мои предположения. Могло сыграть роль что-то ещё, что мне неизвестно.

— Сколько фуккацу произошло на Окинаве за последние полгода? Год?

Он меня проверяет? Не раскрою ли я служебную тайну? Нет, не раскрою. Любой, у кого есть глаза, уши и мозги, при желании легко это выяснит.

— Известно о трёх случаях. Не исключаю, что их было больше.

— Четыре? Пять?

— Возможно.

— Пусть три. А за предыдущие годы — ни одного! Я прав?

— Вы правы.

— Влияние Чистой Земли, — задумчиво произнёс Гура. — Язык, одежда, обычаи. Учение будды Амиды…

Ваши люди очень стараются, чтобы всё это не ширилось Окинавой. Запрет на язык, запрет на одежду, запрет на строительство дополнительных храмов… Вы затыкаете пальцами дыры в плотине. Рано или поздно пальцев не хватит, Рэйден-сан. Вода потечёт струйкой, ручейком, потоком, — и плотина рухнет.

Он помолчал и подвёл итог:

— Боюсь, нас ждёт наводнение. И я хочу быть к нему готовым.

Глава пятая

Начальник и слуга

1 Привратник без ворот

— Я хочу попросить у вас прощения, господин. Фудзи догнал меня и пошёл у стремени.

— Отрадно это слышать. За что же ты просишь прощения?

— Я вам вчера не поверил. Я боялся, что разбойники нас обманут. А вы были правы! Нам предоставили ночлег и вкусно накормили. Мы живы, наше имущество при нас, и мы без препятствий продолжаем путь. Умоляю меня простить!

Нас накормили не только ужином, но и завтраком. Кстати, Уголёк предлагал мне деньги — за ценные сведения и как залог взаимопонимания. От денег я отказался: не хотел оказаться в долгу у главаря шайки. Ужин, беседа, ночлег и завтрак — более чем достаточно.

Так я ему и сказал.

Гура не настаивал: он вообще был понятливый. Прощаясь, намекнул, что я могу к нему обращаться в случае надобности. Мало ли какие услуги понадобятся господину старшему дознавателю? Возражать я не стал — и впрямь, всякое может статься. От провожатых вежливо отказался, и мы расстались если не друзьями, то вполне довольные друг другом.