Я (не) люблю Джозефину - Дьёэд Софи - Страница 3

— А-а-ах… Это твои сестрички, Анри? Надо же, какие одинаковые! И какие хорошенькие!

Девчонки единодушно решили, что тройняшки невозможно миленькие, жуткие сюсипусечки и просто мимимишки. Только учительница английского сказала, что они «so cute!». Девчонки принялись уговаривать Анри, чтобы он позвал их в гости и показал своих сестричек.

— Мы бы принесли подарки…

— Нет-нет, маме нужно отдыхать, — отказывался Анри.

— А мы шуметь не будем! — продолжали приставать девчонки.

— Нет-нет, может, через несколько месяцев.

И они разочарованно вздыхали. Анри, как дракон, охранял вход в пещеру, и чем суровее он себя вёл, тем сильнее всех манило его сокровище.

Зато я придумал, как раз и навсегда уладить конфликт с Магали. Не то чтобы мне так уж хотелось с ней подружиться, просто достало, что она хохочет во весь голос каждый раз, когда я неправильно отвечаю, или опаздываю на урок, или забываю принести в школу что-нибудь важное. В общем, повод был для неё не важен, она смеялась надо мной при любой возможности.

Анри жил недалеко от меня, и я предложил Магали нанести визит тройняшкам вместе. Оставалось только придумать, как обхитрить дракона.

Я дождался конца уроков. В коридоре как раз настала очередь Магали смотреть фотографии в телефоне Анри. Я подошёл и шепнул ей на ухо:

— Хочешь увидеть их живьём? Всех троих?

Она подняла голову. Увидев, что это я, она хотела было презрительно фыркнуть, но снова взглянула на фотографию и протянула:

— Ну… Наверное, можно…

— Могу устроить, — добавил я шёпотом. — Я знаком с матерью Анри. Только никому не говори, нельзя туда заваливаться всей толпой.

Магали кивнула. Совсем уж милой она после этого не стала, но хотя бы не смеялась надо мной до конца уроков. Уже кое-что.

Из школы я в тот день вернулся весь на нервах. У меня наконец-то появилась возможность угомонить Магали, но, если план провалится, гроза перерастёт в ураган с порывами ветра скоростью двести километров в час.

— Салют! — сказала сестра, открывая дверь, потому что я забыл ключи. — Как прошёл день?

У Клариссы настроение меняется сто раз в неделю, и со вчерашнего дня она меня обожала.

— Спасибо за вчерашнее, Уго. Ты меня так выручил!

— Да ладно… ерунда…

— Нет, не ерунда, ты мне жизнь спас!

Надо, наверное, пояснить, а то вы ещё подумаете, что я нырнул в Сену, чтобы вытащить тонущую Клариссу, или голыми руками остановил автобус, грозивший расплющить её, как муху. На самом деле я всего лишь починил принтер в одиннадцать часов вечера. Сестра моя пребывала в полнейшей панике. Утром ей надо было сдать задание, и она не сомневалась, что учитель её убьёт. Вообще-то я просто шнур заново воткнул в розетку. Наверное, кошка мимо пробежала и нечаянно выдернула, но я не стал ни с кем делиться этим открытием. Я просто крикнул Клариссе, которая рыдала в гостиной:

— Зарабо-о-отало!

Теперь, если удастся продержаться и ничем её не расстроить, я дня три буду для сестры кем-то вроде героя.

— Слушай, — начал я. — Можно с тобой посоветоваться?

— Конечно, Уго!

Она пригласила меня к себе в комнату и даже налила стакан колы. Не верите? Честное слово! Итак, по мнению Клариссы, нужно было привести Магали к матери Анри, пока его самого нет дома. До этого я и сам уже додумался. Зато сестра сообщила, что вечером в среду у Анри тренировка. Она его видит, когда ходит на танцы в городской спортклуб, у Анри в это время как раз бадминтон. Ещё она посоветовала одеться поприличнее, ведь когда приходишь в дом к младенцу (или к трём младенцам сразу), необходимо, чтобы одежда и волосы были абсолютно чистыми. Кроме того, Кларисса считала, что самым удачным предлогом для визита будет подарок малышам мадам Теро.

— Хо-хо! — отозвался я. — Ты хотела сказать, три подарка!

— А можно просто принести цветы ей самой, — предложила сестра.

— Цветы? Но как же я их куплю?

От последнего Дня матери[4] у меня остались очень неприятные воспоминания о ценах на розы.

К счастью, тут Кларисса бросила взгляд на принтер и успокоила меня:

— Не волнуйся, Уго… С деньгами я помогу.

Вот как вышло, что вечером в среду я стоял у нас за домом, нарядный и причёсанный, как дурак, да ещё и с букетом. Жёлтые и красные тюльпаны за двенадцать евро.

Когда хочешь остаться незамеченным, тебя обязательно увидят.

— О-па! Уго, у тебя что, свидание? — обрадовался наш консьерж.

У него очень громкий голос, и угораздило же его именно в эту минуту выкатить на улицу мусорный бак.

— О-па, ещё и причесался… О-па! Уго Секадес из шестой квартиры на третьем этаже корпуса А поджидает с цветами свою Дульсинею!

И для разнообразия добавил:

— Ну и ну!

Но я ждал никакую не Дульсинею, а всего лишь Магали.

Я назначил ей встречу у нас на заднем дворе в пять вечера — сразу после уроков[5]. Она не хотела, чтобы кто-нибудь увидел, как мы вместе выходим из школы. Мне это тоже было ни к чему.

Мы поднялись на второй этаж корпуса С, и я позвонил в дверь. Нам открыла мадам Теро. Я тут же сунул в образовавшуюся щель букет.

— Поздравляем с дочками, мадам Теро! — выкрикнул я, как советовала Кларисса.

— Поздравляем с дочками, мадам Теро! — повторила Магали, и я порадовался, что совет сестры оказался дельным.

Мадам Теро ужасно удивилась, когда узнала, что Анри никому не разрешает приходить к ним в гости.

— Думаю, он просто ни с кем не хочет делиться вашими тройняшками, — прошептала Магали, будто бы Анри мог в любую секунду вынырнуть из глубины квартиры.

Мадам Теро вздохнула:

— Ладно, идите, взгляните на них…

Магали, едва войдя в комнату, взвизгнула от восторга.

— Ой какие хорошенькие! — сказал я первым.

— Ми-и-иленькие какие! — простонала Магали.

— Помере-е-еть не встать! — добавил я и решил на этом остановиться, потому что, кажется, было уже достаточно.

Девчонки оказались ничего. Не слишком красные и не жутко сморщенные, но вообще-то я видал и получше. Честно говоря, приглядевшись повнимательнее, я сообразил, что Анри тщательно отобрал фотографии, прежде чем их показывать.

Внезапно мадам Теро предложила нам покормить младенцев из бутылочки, и Магали от счастья чуть в обморок не упала.

— Покормить? А что, можно? Правда? — запричитала она, хотя мадам Теро только что прямым текстом именно это и сказала.

Мне досталась Паскалин, которая пила довольно медленно, но зато и слюни у неё лились не так сильно, как у остальных. Магали выпало кормить Мию, а себе мадам Теро оставила Мелоди. Тройняшки попили, срыгнули, им сменили подгузники и надели чистые пижамы. После этого мы вышли из комнаты, чтобы дать им поспать. Моя вырубилась сразу же, не то что другие две, которые ещё какое-то время хныкали.

— Приходите когда хотите, — сказала мадам Теро, провожая нас в прихожую. — Я буду вам очень рада и с Анри поговорю.

Мы вызвали лифт и зашли в кабину.

— Спасибо, Уго, — восторженно прошептала Магали. — Я этого никогда не забуду!

Она положила руку мне на плечо — на плечо бывшего чумного и изгоя.

Получилось! Мачо прощён, обиды забыты. Тут бы мне просто постоять немного молча. И потом проводить её до дороги — тоже молча.

Но Магали вдруг проговорила удивлённо:

— Не понимаю, почему Анри не хочет показать их всему свету!

И я, вместо того чтобы просто пожать плечами, ляпнул:

— А я не понимаю, почему вокруг них такой шум. Нет, они, конечно, прикольные, особенно Паскалин, но ведь это всего лишь девчонки!

— Что значит «всего лишь девчонки»? — взвизгнула Магали так громко, что я чуть не оглох.

Ну и, понятно, тут же снова стал её официальным врагом номер один.