Блистательная Серена - Марзорати Джеральд - Страница 39

Молодому поколению Уильямс видится более отзывчивой и дружелюбной. Она всегда готова дать им совет, а после неприятного поражения может даже приобнять в раздевалке.

Наоми, к примеру, выросла исключительно на Серене. Спросишь у них, у молодых, с кем бы они больше всего хотели сыграть — конечно, с Сереной. Потому что она — Серена. Она Серена. И она никак не может помешать исполнению мечты. Скоро настанет день, когда она уйдет, поэтому, какая из нее угроза? Только уважение».

На Уимблдоне, как и на других турнирах серии Большого шлема, сетка в женском одиночном разряде, состоящая из 128 теннисисток, составляется тщательно, но в то же время в произвольном порядке. Прежде всего, выбираются 32 сеяных игрока. Обычно это те 32 игрока, которые в течение нескольких недель до начала турнира занимают верхние строчки рейтинга. Хотя Уимблдон сохраняет за собой право (и иногда им пользуется) перетасовывать этих участников, поднимая (или опуская) игрока на несколько позиций в зависимости от результатов игры на траве в предыдущие годы. Далее в сетке идут еще 96 игроков — это теннисистки с рейтингом WTA-тура, квалифаеры и обладательницы уайлд-кард. Компьютерная программа распределяет их в сетке в произвольном порядке. Сетка состоит из двух половин: верхней и нижней (победители каждой половины встречаются в финале). Половины делятся еще пополам: на четверти (победители каждой четверти попадают в полуфинал). После распределения несеянных игроков программа размещает сеяных: первые четыре номера расходятся по одному в каждую четверть. Оставшиеся сеяные игроки распределяются по той же схеме. Чтобы выйти из четверти и попасть в полуфинал, необходимо выиграть пять матчей. В турнирах Большого шлема ты либо вылетаешь из четверти, либо проходишь в полуфинал, а может быть, доберешься и до финала.

Когда составили сетку Уимблдона 2019 года, четверть Уильямс тут же окрестили «группой смерти»15. Крис Клэри из The New York Times написал в Twitter: «[Это] одна из самых безумных, самых диких четвертей Большого шлема за всю Открытую эру»16. Помимо Уильямс еще четыре теннисистки из 32 в ее четверти хоть раз занимали первую строчку рейтинга. Еще шесть выигрывали турниры Большого шлема, три из них становились чемпионками Уимблдона. Не будь тогда неожиданных поражений — не вылети тогда лучшие игроки из Всеанглийского клуба в первую же неделю, — в четвертом круге Уильямс пришлось бы встретиться с пятой сеяной Анжеликой Кербер из Германии, которая разгромила ее в предыдущем финале Уимблдона. И если бы Серена справилась с немкой, то в четвертьфинале ее бы ждала австралийка Эш Барти, которая в июне выиграла Открытый чемпионат Франции, а через несколько недель взяла титул на Birmingham Classic — подготовительном к Уимблдону женском турнире, который уже много лет проводится в Западном Мидленде, Англия, — эта победа принесла Барти звание первой ракетки мира. Смогла бы Уильямс одолеть обеих соперниц и выйти из своей четверти?

Английский философ Симон Критчли (ярый болельщик футбольного «Ливерпуля») пришел к выводу, что и игроков, и болельщиков тянет к спорту возможность испытать «неожиданные повороты судьбы»17. Фанаты Уильямс сетовали на злой рок, постигший любимую теннисистку при жеребьевке. Возможно, и сама Уильямс не радовалась такому раскладу, но ни словом об этом не обмолвилась. Но тут судьба сделала крутой поворот: Кербер проиграла во втором круге. Несеяная американка Алисон Риск выбила из 1/8 Барти. Двадцатидевятилетняя Риск провела свой лучший профессиональный сезон. На Уимблдон она приехала после первого за четыре года титула на траве в Нидерландах. Теперь Риск стояла на пути Уильямс к полуфинальному матчу на Центральном корте.

Четвертьфинал между Уильямс и Риск получился длинным и упорным: Серена выкладывалась по полной почти на каждом ударе (и допускала множество ошибок), а Риск пыталась (с переменным успехом) заставить Уильямс уйти с центра задней линии, откуда та могла контролировать ход игры, и как можно больше двигаться. Уильямс подвернула ногу, ей даже понадобилась помощь, но при этом выполнила 19 эйсов. Риск периодически неплохо играла, особенно во втором сете, и все равно в исходе матча сомневаться не приходилось. Он продлился два часа, а Уильямс так и вовсе показался бесконечным. Серена выиграла со счетом 6:4, 4:6, 6:3. Критическими для такого результата стали шесть двойных ошибок Риск, пять из которых она допустила в решающем сете. Последняя (рискованная подача со скоростью 156 км/ч улетела слишком далеко) позволила Уильямс взять гейм 5:3 и подавать на матч. Матчбол Серены летел со скоростью 195 км/ч и угодил прямо в центр линии подачи — великолепный эйс.

После матча мне удалось немного поговорить с Риск. Она вспомнила о своих двойных ошибках, как Уильямс вынудила их совершить. «Ни для кого не секрет, что у Серены потрясающая подача, — начала Риск, — но и на приеме она тоже великолепна. Мне еще не приходилось встречаться с игроками, кто бы умел принимать мяч так, как Серена». (Это был их первый матч.) «Мне это мешало подавать, — Риск помолчала. — И когда первая подача не удавалась, я думала: “Ну вот, придется подавать второй раз, и, скорее всего, она забьет этот мяч мне в самую глотку”, — моя собеседница засмеялась. — Ты находишься под постоянным давлением, потому что никто в туре больше не умеет так подавать. Я точно чувствовала это давление».

Почувствовала его через два дня и следующая соперница Уильямс. Тридцатитрехлетняя чешка Барбора Стрыцова ростом 164 сантиметра уже давно находилась на вершине парного тенниса. В одиночке на Уимблдоне, если ей удавалось туда пробиться, она ни разу не проходила дальше второго круга. Но на этот раз, как и в четверти Уильямс, большинство топовых сеяных игроков из ее части сетки тоже повылетали на ранней стадии, поэтому, как говорится, место оказалось вакантным. В третьем круге Стрыцова обыграла Кики Бертенс из Нидерландов, посеянную под четвертым номером.

В одиночке Стрыцова применяла ту же тактику, что и в парных состязаниях: меняла темп, искала острые углы, делала ставку на защиту и, что самое главное, после своей подачи шла к сетке. Эта ее привычка в полуфинале с Уильямс сыграла против нее. Сорок раз за матч Стрыцова подавала и выходила к сетке, а выиграла всего четыре очка. Она просто не справилась с мощью Уильямс. Первый раз Серена взяла подачу соперницы, пробив кросс мимо нее, и продолжила в том же духе до конца матча, который выиграла уже меньше чем через час: 6:1, 6:2. Серена Уильямс первый раз в этом году вышла в финал Большого шлема.

На пресс-конференции после матча Уильямс не уставала повторять, как спокойна она была и насколько важно для нее сохранить такое же спокойствие в финале, и, как она выразилась, «не перестараться, но в то же время не расслабляться» — вот ключ к заветному 24-му титулу в карьере, первому в роли матери. «Я только сегодня утром вспоминала, как выиграла свой первый Уимблдон — кажется, против Винус, — сказала она в какой-то момент. (Действительно против Винус, в 2002 году, в двух сетах.) — Тогда я была абсолютно спокойна».

Создавалось ощущение, будто она читала мысли журналистов и пыталась их изменить — мысли, которые витали с момента ее возвращения в теннис после рождения дочери: она очень сильно хочет еще один Шлем. Перед финалом ее переполняют тревога и смятение. Она проигрывает сама себе.

В последнюю пятницу Уимблдонского турнира традиционно проводятся два полуфинальных матча среди мужчин. Я проснулся в своем номере в Челси и тем почти безоблачным летним утром решил провести день вдали от Всеанглийского клуба. Среди журналистов, освещающих турниры, есть понятие «усталость от матчей», которая непременно наступает после бесконечного сидения, просмотров и ожидания. Недуг этот в легкой степени настиг и меня. Позавтракав, я направился в Кенсингтонские сады, прошел через новый цветочный луг, пестреющий красными маками и бледно-розовым кукушкиным цветом, и двинулся дальше на восток, не имея никакой конкретной цели. В конце концов дорожка привела меня ко входу в галерею «Серпентайн», расположившуюся в бывшем чайном павильоне и ориентированную на современное искусство. В тот раз на выставке была представлена ретроспектива работ афроамериканской художницы Фейт Рингголд.