Кина не будет - Каневский Александр Семенович - Страница 14

Просторная мастерская инженеров-физиков. Беспорядок на столах, бумаги, приборы, провода. На полу, на электроплите, греется чайник. Слышен раздражённый голос Бродова:

— Ничего утешительного от меня не ждите! Чай кипит, чего не скажешь о работе! Знаю, знаю! Сидите здесь по 20 часов в сутки. Это напоминает школу продлённого дня! Начальную школу! За неделю спроектированы узлы, в которых за год никто не разберёётся! Не возражайте!

Камера скользит по лицам. Несмотря на «разнос», лица почему-то улыбаются. Камера останавливается на Яше.

Голос Бродова принадлежит ему. Яша довольно удачно копирует директора института. По-бродовски решительно он переходит от одной группы к другой, бросая резкие замечания. На одном из столов свернулся калачиком долговязый инженер. К пиджаку прикреплена записка: «До 19 часов не будить!»

Яша останавливается возле спящего.

— А Сережа спит! Спит уже 10 лет. Он сладко дремал на лекциях, сопел в аспирантуре и теперь спит. И что, вы думаете, ему снится? Ему снится, что он… спит!

«Бродов» резко оборвал смешок, раздавшийся в группе возле чертёжной доски.

— Ничего смешного! А если бы даже было смешно, вам стоило бы воздержаться! За четыре дня втроём вы сделали работу, которая у меня заняла бы 15 минут! Что? Не сделал бы? Кто это сказал? Вы? Возможно, вы правы! И потом, кто разрешает курить?.. Дайте сигареты! — Отобрав пачку, он закуривает сам.

— Безобразие! Понадавали столько обещаний, а сами? Если уж вышли на ринг, надо бить!

Дверь комнаты распахнулась от сильного удара. На пороге стоял настоящий Бродов.

— Здравствуйте, затворники!

Инженеры ответили нестройно и настороженно.

— Что у вас так тоскливо? — поинтересовался директор. — Сейчас я вас развеселю.

Он высыпал на стол содержимое огромного пакета.

— Как ты думаешь, он слыхал? — тихо спросил Яша у соседа.

— По-моему, нет! — успокоил его тот.

— Чай! — вдруг закричал кто-то. Бросились к плитке — крышка чайника уже подпрыгивала. Откуда-то появились стаканы.

— Виктор Сергеевич не появлялся? — тихо спросив Бродов у Яши.

— Нет.

— К столу! — пригласили девушки шефа.

— Спасибо, я тороплюсь! Интересно, кто разрешает курить?! Дайте сигареты!

Яша протянул ему пачку, и Бродов, закурив, сунул её в карман. Все невольно рассмеялись, вспомнив этот момент в исполнении Яши.

— Ничего смешного! — бросил Бродов уже с порога. — Я побежал!

— А разбор работы за сегодня? — удивлённо спросил кто-то.

— Разбор сделает Яша, — не без ехидства произнёс Бродов. — У него это получается даже лучше, чем у меня! Счастливо оставаться!

Все замерли. Булка застряла в горле у несчастного имитатора. Когда дверь за Бродовым закрылась, из комнаты раздался взрыв хохота.

…Чей-то кабинет в Академии наук. В кабинете человек 10–12. Среди них Бродов.

Докладчик (продолжая):

— К сожалению, дорогие коллеги, нас до сих пор великолепнейшим образом водят за нос. И это будет продолжаться до тех пор, пока Юрий Николаевич, — он повернулся к председательствующему, — не снимет всемогущую трубочку своего телефона и…

Дверь приоткрылась, заглянула секретарша:

— Юрий Николаевич, снимите трубочку.

Председательствующий снял трубку.

— Да!.. Да… Здесь… Хорошо! — Он повернулся к Бродову. — Василий Аркадьевич! Вызывают! Срочно! Совещание в министерстве!.. Машину уже выслали.

На лице Бродова страшное недовольство. Он разводит руками — ничего не поделаешь — и прощается с присутствующими.

Вот он выбегает из подъезда академии и вскакивает в ожидающую «Победу».

Шофёр поворачивается — это Метелёв. Оба хохочут.

Бродов:

— Откуда звонил?

Метелёв:

— Из автомата. — Снова хохочет.

Бродов:

— Спасибо… Фу!.. Наконец у меня свободен целый вечер! Пусти — я поведу!

— Они меняются местами. Машина трогается.

— Куда ты меня везёшь? — спрашивает Метелёв.

— На свадьбу!.. Честное слово!.. Дочь моего старого друга выходит замуж. Училась в Питере. Три года не видел. Чудная девчонка! Смотри не влюбись!..

Машина стремительно мчится по городу.

— Куда ты гонишь? — с усмешкой спрашивает Метелёв.

— Вперед! — задорно отвечает Бродов, и машина несётся ещё быстрее.

Дворец бракосочетаний. У тротуара выстроилась вереница такси.

Цветы, поздравления, шутки, весёлые возгласы. Невольно останавливаются прохожие и улыбаются шофёры такси.

Только один из них, грузный, небритый, ни на что не обращает внимания и, не выходя из машины, сосредоточенно жуёт бутерброд с курицей. В окно машины заглядывает женщина.

— Свободен? — обращается она к шофёру.

— Женат, — мрачно отвечает тот и снова вгрызается в бутерброд.

Раздаётся смех. Это смеются Метелёв и Бродов, наблюдавшие эту сцену.

— Скорей! — Бродов захлопывает дверцу машины. — Наше время семь тридцать… Опаздываем!

И они влетают во дворец.

Большая нарядная комната во дворце. Здесь тесно и шумно. Заметив поблизости белое платье невесты, Бродов облегчённо вздыхает:

— Успели!

Он подходит к девушке, трогает её за руку.

— Здравствуй!.. Здравствуй, Зинушка! Как ты изменилась! Ну, поздравляю!.. От всей души! — Он обнимает и несколько раз целует её.

— Василий Аркадьевич!

Бродов оборачивается, видит ещё одну невесту и… узнает в ней настоящую Зину. Девушка смеётся:

— Вы перепутали?.. Сейчас наша очередь, а они следующие!

Ошеломлённый Бродов смотрит на растерянную невесту, которую он все ещё не выпустил из объятий, на её жениха, подозрительно разглядывающего его, и, приложив руку к сердцу, пятится назад.

— Простите!.. Умоляю, простите!.. — Он поворачивается к Зине и виновато разводит руками:

— Вот ведь какая штука!.. Ну, здравствуй!.. — Он раскрывает объятия, но вдруг останавливается. — А ты — уже настоящая?!

Девушка смеётся. Он обнимает её.

— Знакомься! Это мой друг.

Метелёв вручает девушке букет.

— Спасибо! — говорит она. — Я позову папу.

— Не надо! — поспешно говорит Бродов, но она уже возвращается вместе с отцом.

Это профессор Воронин. Увидев Бродова, он останавливается. В это время Зину окликнули, она отошла. Мужчины стоят друг против друга. Пауза. Наконец Бродов произносит:

— Скоро будешь дедушкой… Поздравляю!

— Спасибо! — отвечает Воронин и добавляет: — Вчера я отправил в министерство официальный рапорт.

— Спасибо! — говорит Бродов.

Снова пауза.

— Поговорили? — спросила подбежавшая Зина.

— Поговорили! — ответил Бродов.

В этот момент к ним подошла маленькая полная женщина, беспощадно затянутая в талии. Это сотрудница дворца. Она по-деловому ткнула пальцем в Бродова:

— Вы — молодой?

— Увы, нет! — ответил тот.

Женщина повернулась к Зине.

— Берите своего молодого и пошли! — Она громко хлопает в ладоши. — Товарищи, построились! Молодые впереди, гости сзади!

В комнате поднимается обычная в таких случаях суматоха. Часть гостей выстраивается.

Пожилая дама (мужу):

— Миша, слышишь, зовут гостей! Пошли!..

Первый жених:

— Михаил Ильич! Куда? Вы же наши гости!

Сотрудница:

— Товарищи, не переманивайте гостей!

Жених Зины (к подвыпившему мужчине):

— Товарищ, вы наш?

Первый жених:

— Он — наш!

Подвыпивший мужчина (миролюбиво):

— Я — общий! Я уже третью свадьбу сопровождаю!

Сотрудница:

— Вперёд!

Свадебная процессия тронулась.

Огромный светлый зал, в котором толпа гостей почти затерялась. На возвышении, под портретом В. И. Ленина, стоят две молодые женщины. Перед ними смущённые и счастливые Зина и её жених.

— Каштанов Пётр Николаевич… — звучит торжественный голос. — Год рождения тысяча девятьсот сорок первый…

— Год нашего призыва… — тихо говорит Бродов Метелёву. — Помнишь?

— Да! — взволнованно отвечает жених. Очевидно, его спрашивали, любит ли он свою избранницу.