Лекс.Трилогия (СИ) - Нетт Евгений - Страница 91

– А что, тебе запретили, Лазарь? – произнесла Белль ехидно, никак не собираясь униматься.

«Вдох, выдох, Лександр. Вдох, пауза, выдох. Аристократки все такие поголовно, и иного варианта нет и не может быть. Свидетель тому – училище, и для закрепления урока – академия во вроде бы другом, но таком похожем на мой мире».

– А что, кто‑то может мне что‑то запретить? – я перевёл на неё потяжелевший взгляд. – Я предлагаю остановиться на этом и не конфликтовать на пустом месте.

– Полностью солидарен, – поспешил встрять Громов, до этого момента пытающийся выбирать между большим и меньшим злом. – В конце концов, каждый может со спокойной душой выбрать клуб себе по вкусу. Не нужно повторять за нами, мы с Лизой от природы воинственные – дай только кого‑то чем тяжёлым отоварить…

– Вот‑вот, – Элизабет, окинув сценку взглядом, поспешила прийти брату на помощь. – Приличное общество переживёт синяки на моём девичьем теле. А вот я, если к концу первого курса не научусь нормально держать клинок, буду очень грустной и очень злой. Курс – на фехтовальный зал!

– А где он, кстати? – Виктор был всецело в своём репертуаре. – На севере парка? Туда идти минут двадцать, не меньше. Может, ну его?..

– Сам же говорил, что хочешь «понаблюдать за тем, как другие страдают», – напомнила Эльза, поджав губы. – Или ты опасаешься, что тебя попросят что‑нибудь показать?

– Я? – Шталь прижал ладонь к груди в притворном возмущении. – Я просто экономлю силы. У меня их ограниченное количество, и тратить бесценные резервы на беготню с мечами я не намерен.

– А на беготню за пирогами с рыбой? – невинно поинтересовалась Лиза.

– Это другое, – Виктор смутился, уловив подтекст. – Вы её, к слову, не видели?

– Мариэллу‑то? – Лиза огляделась демонстративно. – Не‑а. В мужском крыле ей делать нечего. Если только на тебя охотиться…

Я переглянулся с Эльзой, встретился взглядом с Громовым. Взгляды обоих говорили одно и то же: «вот с такими людьми мы вместе росли».

– Зал и правда на отшибе, – наконец выдохнул Дима, открыв карту на смартфоне. – Отдельная постройка на севере, за фонтаном. Раньше там располагался манеж для верховой езды, но потом его убрали с территории. А помещения остались и облагородились, вполне уютно получилось.

– Надеюсь, ароматы оттуда уже давно выветрились, – вздёрнула нос Белль. – И раз туда долго идти, то выдвигаться нужно уже сейчас. Чего ждём?

Ждать и правда было бессмысленно, так что мы, освободив место у вспомогательной доски, вышли в парк, миновав вновь принявшую прежний вид площадь, на которой располагался танцпол. Эрикс‑искусства позволяли воплощать такие преображения как и когда угодно, открывая невиданный простор для организации любых мероприятий.

«Однажды я привыкну к масштабам того, как тут используют „магию“ в быту. А ведь, если верить фактам из сети, так ещё и дома строят. Воплощают даже, и не на дни – на десятилетия».

Мне очень хотелось изучить вопрос и понять, как можно сотворить нечто, испытывающее нагрузку каждый день и существующее обособленно от своего творца так долго, но времени на всё не хватало категорически.

«Всему своё время. И до этого руки дойдут. Может, даже в течение этого года».

Сама постройка клуба клинкового боя неожиданно показалась из‑за деревьев уже спустя двенадцать минут. Приземистое, длинное, с покатой черепичной крышей строение не было вычурным или пафосным. Грубый камень и дерево присутствовали в фасаде сугубо как функциональные, а не декоративные элементы – этакий шаг в противоход пафосной архитектуре Первой Академии.

– Конюшня и есть, – задумчиво произнесла Сориар, мазнув взглядом по высоким арочным окнам, зарешёченным сверху донизу. – У дедушки имелась похожая, в одном из загородных имений. Правда, ей давно уже пользовался плебс, для каких‑то своих нужд…

– Ну а здесь мы будем пользоваться этой постройкой для своих, – уверенно сказал Громов, первым входя внутрь. Из‑за дверей пахнуло древесиной и металлом. – Хм. Уютненько…

Зал, открывшийся нашим взглядам, был огромен. Потолки в семь‑восемь метров, исцарапанный дубовый пол, в ближнем углу – стойки с тренировочным оружием. Не самым разнообразным, но тем не менее. Рапиры, сабли, шпаги, полуторные мечи, короткие клинки – всё это было простеньким, без вычурности и украшений.

«За версту видно, что тут занимаются, а не делают вид».

– Новенькие? – раздался низкий голос откуда‑то сбоку.

Мы почти синхронно обернулись, чуть ли не нос к носу столкнувшись с высоким, чуть‑чуть сутулящимся мужчиной лет шестидесяти. Стариком его не повернулся бы назвать язык: он был могучим, крепким, поджарым, с тронутым морщинами лицом, но аккуратной бородкой и донельзя ясными, начавшими выцветать бордовыми глазами.

Одет он был в простую, свободную рубаху тёмно‑серого оттенка, такие же свободные штаны и, неожиданно, обычные кроссовки. Ни катализатора, ни чего‑либо подобного при нём видно не было.

– Мастер Клаус, я полагаю? – Дима первым шагнул вперёд, коротко, по‑военному чётко поклонившись. – Студенты первого курса. Пришли ознакомиться с клубом клинкового боя. И, если позволите, размяться.

– Ознакомиться, значит, – мужчина хмыкнул, обведя нашу компанию цепким взглядом. – Шестеро… нет, пятеро, – он кивнул на меня, – с повязкой без справки к занятиям, даже демонстрационным, не допущу.

– Я тоже только зритель, – подняла руку Эльза, привлекая внимание.

– Значит, четверо, – согласно кивнул мужчина. – Впишите имена и фамилии в журнал, вон он, на стойке. Своё оружие, боевое или тренировочное, в зал приносить запрещено. Используются только здешний инвентарь. Ко всему относиться бережно, намеренно пытаться покалечить друг друга, использовать катализаторы в бою или воссоздавать с их помощью инвентарь – категорически запрещено. Сегодня за соблюдением правил наблюдают старшекурсники. От них же вам потребуется получить допуск, если вы хотите взять в руки оружие. Зрители могут разместиться на скамейках вдоль стен, или создать себе более удобные места. Вопросы?

– Как часто постоянные члены клуба получают травмы? – Эльза снова подняла руку, словно в школе на уроке. – Растяжения, переломы, сотрясения? Всё то, что значительно влияет на функциональность тела?

Клаус приподнял бровь, явно не ожидая такого вопроса. Впрочем, судя по тому, сколь одобрительно он хмыкнул, позиция Шталь ему понравилась:

– Не более десяти случаев в году, юная леди. Этот клуб зиждется не на примитивном мордобое, а на дисциплине тела. Контактный спарринг же подразумевает защитную экипировку, но сегодня она никому не понадобится. Я удовлетворил ваше любопытство?

– Всецело, мастер Клаус.

Мужчина кивнул и, проследив за тем, как мы внесли свои имена и фамилии в журнал, вернулся к скамье у окна, откуда, видимо, он и наблюдал за занятиями.

– Приятный старик, – тихо заметил Виктор, отложив авторучку. – Сразу чувствуется, что у него тут всё схвачено.

– Пф‑ф, – фыркнула Эльза, осторожно взяв меня за локоть. – Идём, Лекс. Займём места получше, пока нас кто‑нибудь чем‑нибудь не прибил ненароком…

Махнув свободной рукой остальным, – дерзайте, мол, – я позволил отконвоировать себя к длинной деревянной скамье, одной из многих свободных. Отсюда открывался отличный вид на весь зал, и при том мы сидели достаточно далеко, чтобы никому не мешать, обсуждая любые вопросы.

Я опустился на жёсткое дерево. Эльза села рядом – близко, но не вплотную, закинув ногу на ногу и оправив юбку. Руки она сцепила на колене.

– Знаешь, а я ведь впервые в таком месте, – бросила девушка негромко, наблюдая за тем, как остальные из нашей компании выбирают оружие у стоек. – В сознательном возрасте, если точнее.

– Не интересовалась фехтованием? – я чуть приподнял бровь.

– Угу, – Эльза кивнула, и от меня не ускользнуло то, что она слегка напряглась. – В детстве я вообще боялась крови. И оружия. Всего, что с этим связано.

Я не торопился открывать рот, отчётливо ощущая, как вокруг нас сгущается атмосфера. Эльза не просто так начала этот разговор, да и чувствовалось, что каждое слово даётся ей не очень‑то легко.