Командор. Том 3 (СИ) - Киров Никита - Страница 38

— Надо это припомнить Накамурам, — сказал Бронин, поправляя каску. — У нас ещё Саня погиб, командир третьей роты.

— Он в бою погиб, — возразил Зорин и напялил шлемофон. — А тут в плену убили. А тут ещё перемирие придумали, — он покосился в сторону крепости.

— Разберёмся, — пообещал я.

Оба на меня посмотрели и переглянулись. Зорин вытер нос рукавом. Он так перепачкан маслом, что лица почти не видно. Чуть дальше стоял занятый им танк, который придётся вернуть к неудовольствию капитана.

Приказ остановиться и занять позиции пришёл только что. И даже в голосе штабного связиста слышалось удивление и негодование. Ещё бы, ведь мы начали их давить, по уму, всеми силами, так что эта псевдочастная армия бежала, и тут…

Пришёл приказ от генерала Загорского, который через какие-то бюрократические нормы смог заполучить себе крепость. Я дважды просил повторить этот приказ, и всё же он был твёрдый.

За кого он вообще воюет?

Но пока генерал играет в свои игры, мы работаем.

— Капитан, перебрасывай своих сюда, — я показал на карте. — И охраняй вот этот район.

— Людей мало, — сказал Зорин. — А мне ещё надо за дорогами смотреть, чтобы без топлива не остаться.

— А тебе штурмовать и не требуется, капитан. Только занять позицию. А если они полезут, то сбить их оттуда.

— Приказ же пришёл, запретили стрелять, — напомнил Кеннет.

— Устный приказ, — я отмахнулся. — Как и всегда. А позиции займём, потому что завтра нас всех в бой всё равно отправят. Будет проще. Короче, Лёша, — я посмотрел на Зорина, — даю тебе нашу роту МТО в помощь и наших самых отчаянных головорезов. Поставишь их на блокпосты и отправишь патрулировать.

— О нет, — протянул он, догадавшись, о ком я. — Только не их.

Бронин хмыкнул. Мы говорили про музыкантов из оркестра нашей десантной части. Нет, мы не посылаем их на убой. У них такая же военная подготовка десантников, как и у всех.

— А поваров тоже мне отдашь? — спросил Зорин с усмешкой.

— Они уже при санитарной команде.

— А жрать-то чё тогда будем, раз они все здесь? — он покачал головой.

— Капитан, за дело! — приказал я.

— Есть! Разрешите идти?

— Иди.

Опыта этим музыкантам не хватает, поэтому будут охранять тылы и патрулировать, а проверенных людей из боевых отрядов поставим на подходящие места. Да и среди тыловиков хватает отчаянных ребят. Один наш разведчик по прозвищу Музыкант как раз был из оркестра.

Стрельба всё равно продолжалась, со всех сторон сыпались приказы то атаковать, то стоять на месте. Привычный по Инфиналии бардак, говорящий о том, что сменилось командование. Хоть крепость по нам не палит, как тогда.

И вместо слаженной военной машины, которая работала, когда в деле был имперский штаб на крепости, начался хаос. А казалось бы, совсем недавно, что штаб на крепости действовал как единое целое, и даже упрямый контр-адмирал Извольский не мешал, а всячески помогал нам.

Всё это построил штабной полковник Варга, но тут явился генерал и начал делать по-своему.

А потом вдруг стало тихо, когда рация замолчала, а мои пальцы начали зудеть. Стрельба ещё слышна, как и гул двигателей самолётов, но все радиостанции заглохли. Радист даже аккумуляторы проверил, но всё было в норме.

Бойцы с удивлением смотрели на затянувшееся тучами небо. Проливной дождь вдруг закончился, а вместо него… посыпались снежинки.

Зорин вылез из танка, вытянул руку, поймал одну на ладонь, потом посмотрел на меня с удивлением.

— Я сам не знаю, что случилось, — совершенно честно сказал я.

Но могу догадываться, потому что в голове снова будто начал шевелиться тот железный шар. Я глянул в сторону востока, и мой глаз будто что-то царапало, будто видел там свечение, но сложно сказать, что именно там происходит.

Но я знал. Где-то там ещё один Небожитель, владеющий силами холода.

Радиосвязь окончательно вырубилась через час, самолёты прекратили летать, а крепость отошла в сторону базы Третьей огранской бригады и села, чтобы провести хоть какой-то ремонт. А снег начал сыпать сильнее.

Почти как дома… вернее, там, в Огрании, где я прожил всего несколько месяцев, но уже давно привык.

— Ничего себе, — проговорил вернувшийся Шутник, наклонился и собрал снежок. — Господин командор, — он вытянулся, увидел меня, и отбросил снег в сторону. — Разрешите доложить? Задача выполнена, разведка проведена, взяли языка!

Я их оглядел. Два десятка разведчиков, увешанных автоматами и брониками. Вид у них как у матёрых волков. Смирнову не хватало опыта, и не всегда он умел правильно себя поставить, но всё же разведвзвод был создан почти с нуля.

Конечно, в нём были самые умелые десантники, которые знали свою работу. А Шутник, Музыкант, Краб и Гвоздь были со мной во время городских боёв, и я до сих пор на них полагался.

Но всё же лейтенант проделал большую работу.

— Сержант Шульгин, — сказал я официально. — Вы новый командир разведывательного взвода имперского десанта взамен погибшего лейтенанта Смирнова.

Шутник замер, приоткрыв рот, но быстро взял себя в руки.

— Так точно, господин командор! — неуверенно выпалил он.

— Исполняете все его задачи, а вопрос со званием решим после боя, — рядом со мной встал Кеннет, занимающийся всем этим, ведь без его подписи приказ о назначении не утвердят. — Вам же ещё учиться.

— Служу империи, — Шутник не знал, что ответить.

— Лейтенант Смирнов погиб с честью, — добавил Кеннет. — Даже враги были впечатлены и вернули его нам для похорон. Так что вам нужно соответствовать такому уровню, — добавил он официально.

— Вольно, — я махнул рукой и подозвал сержанта к себе. — Павел, что там?

— Хардосы грузятся на корабли, — начал шептать Шутник. — Весь Железный Легион. Их там на пляже скопилось — во! Чуть ли не дивизия. Танки ещё, шатуны, грузовики. Хотели артиллерию на них вызвать, да вот связь пропала.

— А войска Накамуры?

— Те занимают позиции, вот здесь и здесь, — сержант начал водить пальцем по карте. Ноготь неровно пострижен. — И вот здесь хотели пробиться, но там наши перделки… виноват, господин командир, наши станковые…

— Перделки и перделки, я знаю, что это такое. Не отвлекайся.

Это мы про ротные автопушки, пробивающие лёгкую броню, но бесполезные против «Преторианцев». Зато против масс пехоты они действовали отлично.

Шутник продолжил доклад, иногда дуя на пальцы. А ведь холодно стало, даже пар изо рта шёл. Впрочем, пока нет разведки с воздуха, людям разрешили разводить костры.

Ещё хуже были дела у местных беженцев, попавших в дробилку между двух армий. Но тут голова болела у штаба и офицеров-инспекторов, я же их просто отсылал дальше, чтобы не мешались.

Этот снег взялся не просто так. Будто кто-то прикрывал отход Железного Легиона. Вот сейчас в самый раз надо давить, чтобы сломать им хребет, но командование резко против.

Но это не значит, что я не хотел что-то делать. В последний раз я вызывал вулкан давно, уже восстановился. И что-то могу сделать с новыми силами, надо просто сосредоточиться на них.

Правда, вражеский Небожитель спать не будет. И вряд ли он тоже прикован.

Но была одна возможность, которой я давно не пользовался. Ещё тогда, при штурме банка, когда я смог уничтожить целое здание.

— Павел, ещё поручение, — я похлопал его по плечу.

Мы засели в окопе, дно которого завалил снег. Очень тесно, все сидели впритык друг к другу, потому что и места нет, да и погреться можно. Прямо здесь перевязывали раненого, а через него кто-то переступал, и раненый ругался. Но все привыкли. Ещё и вспоминать потом будут эти дни. Лишь бы вернулись домой.

— Найти свечу предка? — тихо спросил Шутник. — Я видел одну, в храме. Хотел принести, но там какой-то старик с вилами был, прогнал. Ещё побоялся, что пацаны его застрелят. Потом проблем будет.

— Поговори с ним, предложи его семье эвакуироваться, еды дай. Но добудь мне её.

— Сделаю, — твёрдо пообещал он.