Приграничье 1-13. Компиляция (СИ) - Корнев Павел Николаевич - Страница 298

Откатившись от двери, я едва не наткнулся на зомби, вырвавшего-таки незадачливому гимназисту глотку, и незамедлительно отскочил от него к стене гаража. Воткнул в пистолет-пулемет зажатый в руке магазин, прицелился — но мертвяк вдруг повалился перепачканным кровью лицом в снег. Не иначе те самые семнадцать минут вышли. Повезло.

Прижавшись спиной к стене, я осторожно заглянул внутрь гаражного бокса, но тут же отдернул голову обратно. Перекаленный воздух обжег легкие, и меня чуть не стошнило от запаха горелой человечины. Не, в таком пекле никакие защитные чары не помогут — там, поди, весь кислород выгорел. Можно не спешить. А если кто на втором этаже засел, так это уже не моя забота. Зачем лишний раз на рожон лезть? Интересно только, с какого перепугу гимназисты чародейскими артефактами вооружились? Или как раз на случай разборок со своими заготовили?

Выскочивший откуда-то из-за гаражей Ломов на бегу сорвал с головы черные окуляры и, закинув за спину чаромет, вытащил из кобуры АПС. И тут же из проулка к боксу кинулись изо всех сил пытавшиеся перегнать друг друга Григорий и Вячеслав. На последних метрах контрразведчик вырвался вперед и заскочил в дверь чуть раньше тяжело дышавшего безопасника.

Почувствовав, как смолкло в голове ритмичное щелканье ставившего магические помехи "барабана", я окончательно успокоился и попытался ослабить наверченные вокруг себя защитные чары. Острая боль раскаленной бритвой полоснула по правому предплечью и начала уходить все глубже и глубже, заставляя корчиться в невыносимой агонии нервные окончания, но осознание, что тянуть нельзя и дальше будет только хуже, заставило меня довести начатое до конца. Ух-х-х…

— Лед? — только сейчас заметил меня выглянувший из гаража Ломов. Настороженно поглядывая по сторонам, он перезаряжал чаромет. — Ты как здесь оказался?

— А где мне быть? — прислонился я к стене. — Там все?

— Все, — кивнул дружинник и забубнил в пискнувшую рацию: — Третий, прием. Смена вектора, вариант "звезда". Передай кукушкам. Отбой.

— Ты это, будь на стреме, — распорядился я, прекрасно понимая, что ему мои команды как собаке пятая нога. Все роли давно распределены, приказы заранее розданы. Начальник группы, блин. Кому нужна эта показуха? Или все же кому-то нужна?

Затащив в бокс два лежавших перед входом трупа и запорошив снегом пятна крови — внешне гараж почти не пострадал, на глазок и не скажешь, что его только что взяли штурмом, — я захлопнул дверь и перевел дух. Интересно, что мы за арсенал накрыли? Надо бы наверх к Григорию подняться. Вот только усталость явно верх над любопытством берет. Да и голова кружится — еще сковырнусь с лестницы, шею сверну. Ну его…

— Гимназисты идут, — оповестил меня Ломов и тут же уточнил: — Кузнецов с парнишкой.

Я только кивнул и внимательно пригляделся к замотанной окровавленным бинтом правой кисти некроманта. Не иначе тот шарик рванул, когда нить управляющего мертвяком заклинания порвалась.

Ага — сама по себе взяла и порвалась.

Хм… нехорошо получилось. Да ну и хрен с ним, по большому счету.

Бледный как полотно, некромант уселся на уже успевшую остыть железную лестницу. Кузнецов тут же убежал на второй этаж, а вот мне никак не удавалось решить, что делать дальше. В гараже находиться уже никаких сил нет — весь вонью горелой человечины пропитался, да еще и обугленные скелеты, как назло, постоянно на глаза попадаются. С другой стороны, одному сейчас куда-то идти — затея не слишком умная: мало ли на кого нарваться угораздит?

— Грицко и Шмидт нас прикрывают? — уточнил я у Ломова.

— Да, — односложно ответил тот. — И снайперы тоже.

— Напалм?

— Не знаю.

— Пойду поищу. — Наплевав на усталость и крутящую суставы боль, я приоткрыл дверь и осторожно огляделся. Вроде ничего подозрительного. Кругом серость бетонных стен, ржавчина железных листов да редкие красные пятна кирпичных заплат. Здания в основном двухэтажные и большей частью разграбленные: вырваны двери, вместо окон темные провалы, крыши в прорехах. Исключений — единицы. Да и те не в самом лучшем состоянии находятся. Все верно: дефицита складских помещений и гаражей на моей памяти в Форте никогда не было, вот и остался бесхозным этот прилегающий к вокзалу район. Бесхозным, но отнюдь не заброшенным — и тропинки в завалах снега протоптаны, и часть проездов расчищена.

Нахмурившийся Ломов наверняка собирался меня остановить, но в последний момент передумал и с трудом удержался, чтобы не схватиться за рацию. Криво усмехнувшись, я вышел на улицу и поежился от холода. Ну и где мне, спрашивается, огнемет этот ходячий искать? Не бегать же по всем окрестным гаражам. И внутренним зрением пользоваться не хотелось бы — и так чуть коньки не откинул, до сих пор ослабить колдовские щиты страшно. Чую, энергии во мне скопилось избыточной — жуть. Если не слить, порвет на куски на фиг.

Первым делом я направился к проулку, в котором Гриша оставил ниву, но там, кроме машины, никого не оказалось. Ладно, если рассуждать логически: чтобы так лихо откачать энергию, выплеснувшуюся из чародейского шара, Напалм должен был находиться где-то очень и очень близко к гаражному боксу. Вот с прилегающих зданий и начну.

К моему немалому облегчению, лазить по заваленным снегом заброшенным гаражам не пришлось: пиромант сам вышел на дорогу и, так же, как раскаленное лезвие разрезает масло, рассекал серую хмарь зимы. От его кожаной тужурки шел густой пар, сугробы по краям тропинки подтаивали и набухали водой, а сапоги оставляли глубокие, почти сразу же покрывавшиеся тонкой коркой льда следы.

— Напалм, ты живой? — окликнул пироманта я.

— На себя посмотри, — не замедляя шага, огрызнулся тот.

— Куда впилил?

— До фургона.

— На фига?

— Остыну. — Проходя мимо, Напалм обдал меня влажным горячим воздухом. — И препараты там остались. Пойдешь?

— Не, — помотал головой я, чувствуя, как зарождавшийся в правом запястье жар начинает распространяться по всему телу. — Оклемаюсь сначала.

— Удачи.

Напалм свернул на тропинку, по которой мы сюда заявились, а я поплелся к оставленной без присмотра ниве. Чую — до наших дойти уже не успею: вот-вот приступ накроет. Не в снег же падать, в машине все комфортней.

На переднее сиденье Нивы" я уже буквально стек. К этому моменту разгулявшаяся боль острыми ножницами вовсю кромсала мое измученное тело и всерьез намеревалась вышибить из него дух, а бежавшая по жилам вместе с кровью магическая энергия рвалась на свободу с безмозглым упорством цепочки муравьев.

Развалившись на сиденье, я закрыл глаза, проверил надежность отгораживающих меня от энергетических полей щитов и приступил к порядком поднадоевшему за последнее время развлечению — в который уже раз начал перебирать бренчавшую в кармане фуфайки мелочь. Эти знакомые, как облупленные, тринадцать монет давно надоели хуже горькой редьки, а приобрести нормальный амулет для слива излишков энергии ума не хватило. Но кто ж знал, что он мне в Форте понадобится? Вот и пришлось опять гладить обжигающие пальцы металлические кругляки. И они помогали: боль начала стихать, а отравлявшая кровь колдовская сила понемногу пошла на убыль.

Шершавый импульс поискового заклинания соскользнул с моих колдовских щитов, когда я уже собирался немного вздремнуть. Вздрогнув, посмотрел в боковое зеркало и выругался, заметив мелькнувшее в нем отражение бежавших по переулку людей. Двое или трое — точно разглядеть не получилось. На случайность их появления здесь можно даже не надеяться, простые прохожие не носятся меж заброшенных гаражей, сканируя окружающее пространство специальными чарами. Значит, по наши души пожаловали. Блин, с гимназистами связываться себе дороже…

И что делать? Меня они обнаружить поисковым заклинанием не могли, макушка над спинкой сиденья тоже не торчит. Так что нападения из брошенного автомобиля точно не ожидают. Можно их пропустить, а потом ударить в спину. Или просто пропустить. Вот только стоит хоть одному заглянуть в окно…