Балканы (СИ) - Калинин Даниил Сергеевич - Страница 10

— Война.

Сербский офицер захлебывается криком от возмущения и истерично брызгает слюной. Однако мой совершенно спокойный и невозмутимый ответ заставляет его осечься… Наверное, я произвожу впечатление или опасного безумца, или же человека, отдающего себе полный отчёт в своих действиях. А значит, и понимающего, как действовать дальше! И раз уж мне каким-то чудом повезло выжить… То попробую разыграть именно эту карту.

— Это война. Как я могу обращаться к вам, господин…

В знаках различия сербской армии я не силен — на погонах довольно возрастного командира (судя по всему, выслужившегося из простых солдат), блестит единственный «золотой» ромбик.

— Подпоручик. Меня зовут Милош, Милош Попович.

— Приятно познакомиться… Александр Константинович Бредихин, поручик разведывательной службы Его императорского Величества.

Вообще не знаю, есть ли такая служба — и так ли она называется! Но вроде бы армейскую разведку создал действующий военный министр Сухомлинов… Или всё-таки контрразведку? Точно не помню… К слову, это тот самый министр, кто после допустит фатальную ошибку с размещением военных заказов у «союзников».

Ну, или же на него «повесят» этот просчёт…

А ведь во время Великой Отечественной союзники хотя бы сырье, станки и взрывчатку поставляли в достаточных объёмах — в ПМВ же они просто кинули, без всяких зазрений совести!

— Я не совсем понимаю…

Я согласно киваю головой:

— Это очевидно. Данная провокация проводилась без официальной санкции правительства — и, соответственно, без уведомления сербского короля.

— Н-но… Почему⁈

— Потому что время крайне дорого. По данным разведки, англичане собирались предложить свое посредничество для переговоров между Балканским союзом и Турцией — и провести их в Лондоне. Однако тайная цель британцев — заключить мирный договор на крайне спорных для союзников условиях… С целью стравить сербов и греков с одной стороны, и болгар с другой сразу по заключению договора.

А вот это уже чистая правда…

— Между тем, моё командование оценивает риски начала большой европейской войны уже в следующем году. Именно к 1914-му немцы закончат создание сверхтяжелой осадной мортиры калибра 420 миллиметров — вес снарядов такого орудия составит 810 килограмм, и полетят они на дистанцию в девять километров триста метров… Они способны крушить форты любых, самых современных на момент крепостей. Таким образом, немцы ждут лишь появления этого «чудо-оружия» — и после принятия его на вооружение, Германия вступит в войну на наиболее выгодных для себя условиях! Не позднее 1914-го… И австрийцы поддержат пруссаков, начав боевые действия и против Российской империи, и против Сербского королевства. Причем начнут они их тогда, когда сербы и болгары разорвут союз — а турки смогут восстановиться после текущего поражения.

Я говорю спокойно, уверенно, с полным осознанием своей правоты… Именно потому, что я сейчас действительно ПРАВ. И подпоручик не мог этого не прочувствовать…

— Так… Так что вы прикажете нам делать, господин поручик?

— Вам осталось выполнить свой долг.

Прозвучало… Веско. Подпоручик невольно вытянулся передо мной, словно перед своим начальством. Однако в глазах его застыл немой вопрос…

— Прежде всего, необходимо как можно скорее телеграфировать командованию об акте агрессии с австрийской стороны. Сообщите, как есть — при проходе границы действующим офицером Русской Императорской армии, на момент служащим добровольцем в БОЛГАРСКОЙ армии (тут я особенно выделил «болгарскую» интонацией), случился конфликт на погранпереходе противоположной стороны. После чего немцы открыли огонь по сербской заставе, есть потери… Затребуйте подкрепления.

— Вук!

Милош мгновенно подозвал к себе собственного унтера, принявшись быстро диктовать ему текст сообщения для передачи. Но стоило ему замолчать, как я продолжил отдавать «целевые указания»:

— Также нужно отправить в деревню хотя бы одного солдата. Выстрелы наверняка уже слышали — но теперь необходимо как можно скорее эвакуировать гражданских. Пусть берут только самое необходимое! А если кто начнёт упираться (тут я вспомнил старосту) или же крестьянам не хватит телег и лошадей… То, по крайней мере, пусть вышлют из деревни женщин и детей. Да, и ещё! Пусть подготовят для нас любой шанцевый инструмент — кирки, лопаты, заступы… Все, что у них есть.

Подпоручик согласно кивнул, но продолжил стоять на месте — как видно, ожидая последующих инструкций… Но я лишь негромко, однако с нажимом добавил:

— Выполняйте.

— Слушаюсь! Сейчас…

Уже спустя всего пару минут Милош отправил верхами одного из своих молодцев — смуглого серба, крепко смахивающего на цыгана… Убедившись, что последний поскакал именно в сторону Кортомана, вверх по склону холма, я продолжил:

— Видите на середине подъёма тропа сужается? Предлагаю именно там подготовить оборонительный рубеж вашей заставы… Солдатам предстоит вырыть стрелковые ячейки — просторные щели в земле, где любой ваш пограничник будет скрыт, как минимум, по грудь. По фронту эти щели необходимо также укрепить утрамбованным каменно-земляным бруствером… И, если хватит времени, эти ячейки также необходимо соединить ходами сообщений.

Милош вроде бы согласно кивнул… Но в глазах его застыл немой вопрос. Так что я решился кратко пояснить:

— Опыт русско-японской войны, растиражирован по всей Императорской армии. Стрелки, засевшие в окопах, даже незначительными силами способны задержать куда более многочисленного противника, атакующего в полный рост… По крайней мере, пока враг до вас не добежит.

Вот на сей раз командир пограничников кивнул уже с полным согласием и пониманием в глазах…

— Если успеем, то помимо окопов также выроем волчью яму у самого начала подъема — и замаскируем её… Но последовательность именно такая: стрелковые ячейки, окопы, волчья яма. А уже после похороним павшего солдата… И ещё: мне нужен самый рукастый боец в помощь. Из тех, кто умеет работать с деревом.

— У меня практически все солдаты умеют работать с деревом, господин поручик. Но позволите ли узнать, зачем?

— Соберём трофеи… И попробуем соорудить митральезу.

…Понятно, что сконструировать на коленке настоящую «митральезу», предшественницу современного станкового пулемета, я бы не смог. Французская «картечница» имела единый ствол с множеством министволов внутри — это если объяснять по-простецки. Била она десятком или даже больше пуль разом, довольно кучно — но далее требовалась продолжительная перезарядка… И в целом, это оружие, обретя вторую жизнь в девятнадцатом веке (это если считать за митральезу «органные орудия» века ещё семнадцатого), устарела просто мгновенно. Особой роли во время франко-прусской войны с Бисмарком в 1870–1871 годах она не сыграла. Тем более, что ещё до того, на полях гражданской войны в штатах уже появился пулемёт Гатлинга, доказавший свое превосходство!н

Конечно, наличие пулемета у нас здорово бы облегчило оборону заставы… Но ни у сербов, ни у австрияков его не оказалось. Вот я и вспомнил про митральезу — предложив собрать два станка, уложив на каждый по пять трофейных Манхилеров в ряд. Да к спусковым крючкам винтовок привязать по шнурку, увязав их концы воедино — как «язычки» колоколов. Вроде бы и нехитрая конструкция, что ближе именно к «органной пушке», чем к митральезе на самом-то деле*… Но на безрыбье, что называется, и рак рыба.

Трофейные винтовки Манлихера, кстати, меня весьма впечатлили. Заряжаются они крайне легко — патронная пачка просто вставляется в открытый магазин сверху, выдавливая вниз уже отстрелянную пачку; если не ошибаюсь, схожая схема заряжения была у американских самозарядок «Гаранд» Второй Мировой. Разве что их обоймы вылетали вверх — но и на австрийском винтаре есть кнопка, чтобы стрелянная пачка вылетела также вверх… А ещё рукоять затвора, что легко ходит взад-вперёд, без всяких дополнительных движений — вроде проворота его вверх. И немного подумав, я предложил привязать второй и третий ряд шнурков к рукояткам затворов — один, чтобы оттянуть назад, после выстрела. Другой же для подачи вперёд, досылая новый патрон в ствол… Понятно, что это чистая самоделка. Но, заняв позицию в лесу чуть в стороне от подъёма и сбоку (чтобы вести именно фланкирующий огонь) мы со Стефаном, моим русоволосым сербским помощником, немного набили руку. Целиться я предложил по мушке и целику центральной, стоящей посередине винтовки — а умелец серб выточил в двойных поперечных перекладинах, соединенных промеж собой, такие удобные выемки под стволы Манлихеров и ложе винтовок, что любо-дорого… Плюсом деревянные направляющие для шнурков — а последние так искусно увязал, разместив их по длинне, что мы практически не путались при перезарядке и стрельбе!