Яд осеннего шафрана - Рейн Маримар - Страница 28

Стекло сферы приветственно блеснуло, подсвечивая руны, вырезанные на её поверхности, и в этот миг я поняла, что держу в руках не просто камень, а нечто гораздо более могущественное. Этот предмет, с его едва уловимым пульсом, казался живым. Я закрыла тайник, боясь, что любой посторонний звук выдаст моё присутствие. В этот момент, дёрнув ухом, я уловила приближающийся топот шагов. Стража. Они поднимались по лестнице, прямо сюда. Выйти из кабинета я уже не успею, это стало кристально ясно. Я была в ловушке, но сдаваться не собиралась.

Бросившись к окну, я выглянула наружу. Несколько веток ближайшего Чар-Древа тянулись к проёму, но они были слишком тонки, чтобы выдержать мой вес. Снизу, прямо под кабинетом отца, виднелось окно другой комнаты. Единственный выход. Вдохнув поглубже, я без колебаний запрыгнула на подоконник, развернувшись лицом к кабинету, словно прощаясь с ним. Это был единственный путь к спасению, и я должна была его пройти.

Пальцы впились в край подоконника, и я начала спускаться, цепляясь за шершавую кору древа и стараясь не запутаться в шелках платья. Каждая выбоина, каждый сучок становился маленьким шагом в моём отчаянном рывке к свободе. Нога осторожно нащупывала опору, каждый миллиметр казался пропастью. Я чувствовала, как адреналин пульсирует в висках, заставляя мышцы гореть от напряжения. В тот же миг дверь кабинета распахнулась с оглушительным щелчком петель. Я вздрогнула, но удержалась, затаив дыхание.

– Обыскать всё! – гаркающий голос лорда Серла прозвучал совсем близко, прямо у окна. Его слова, словно острые кинжалы, вонзились в меня, заставляя сердце провалиться в бездну. – Переверните кабинет вверх дном, принести все письма, подготовленные для других дворов, искать всё подозрительное, тайники, сейфы!

Я отпустила несчастный подоконник, пряча пальцы, цеплялась за выбоины в древе и тонкие сучки. Поймают – мне несдобровать. Страх холодной волной накатил на меня, но я продолжала спуск. Мои ступни, наконец, опустились на подоконник нижнего помещения, и, чуть восстановив равновесие, я бесшумно скользнула внутрь незнакомой комнаты. Я сделала это за мгновение до того, как стражник высунулся из окна, его взгляд скользнул по тому месту, где я только что была. Мне повезло, но это везение было слишком хрупким.

Первое, что бросилось в глаза, — это огромная кровать с алым балдахином, раскинувшаяся посреди комнаты. Обставленная в кроваво-красных оттенках спальня заставила мурашки пробежать по загривку. Не было и капли сомнения, что это логово Его Высочества Адена. Брезгливый взгляд сам зацепился за смятые простыни. В это царство порока и разврата меня хотели запихнуть? Никогда.

– Только через мой труп, – прошептала я, чувствуя, как горечь поднимается к горлу. Мне было отвратительно находиться здесь, в месте, которое дышало его гнилой натурой. Я поглубже вдохнула, пытаясь отогнать дурноту, и двинулась к двери, переступая через опустошённые графины с вином и метательные кинжалы, которые валялись чуть ли не на каждом шагу. Его Величество не отличался аккуратностью.

У самой двери взгляд мой задержался на стене напротив кровати. Там, испещрённый десятками лезвий, висел мой портрет. Мои глаза приковало к нему. Десятки пронзительных дыр, словно каждая из них должна была причинить мне такую же боль, какую я причинила ему. Он ненавидел меня, это было ясно. Я присмотрелась к валяющимся метательным ножам на полу. Довольная ухмылка сама расползлась по лицу. Всё-таки, я действительно задела его гордость. Хорошо. Пусть злится. Пусть пылает в своей ненависти, это было единственное, что связывало нас.

Дверь отворилась бесшумно. Я осторожно выглянула в коридор, убеждаясь, что поблизости никого нет, и выскочила в дромос, так же тихо затворяя створку за собой. Снова оглядевшись по сторонам, я быстрым шагом двинулась к лестнице, ведущей на следующий этаж, к моей спальне. Времени на раздумья не было, я поспешила скрыться за дверми своих покоев. Скоро стража нагрянет и сюда. Пока не было времени разбираться, что это за сфера и почему отец так отчаянно хотел, чтобы она попала мне в руки. Паника сдавила мою грудь как только я вспомнила озвученный отцу приговор. Поэтому Эри хотела, чтобы я пришла к ней? Надеялась, что я не узнаю? До какого момента? До публичного приговора о казни? Дыхание стало частым, корсет давил на рёбра, не давая воздуху просочиться в лёгкие, и помощи ждать неоткуда. Я слегка оттянула кожанные шнурки платья, освобождая между грудей небольшое пространство, этого должно хватить, чтобы спрятать сферу. Отец ясно дал понять не разлучаться с ней ни при каких обстоятельствах.

Как только шнурки вновь были затянуты, в дальнем коридоре послышались шаги стражников, их голоса становились всё громче. Они были уже совсем близко, их присутствие ощущалось, как холодное дыхание смерти. Подбежав к трильяжу, я уселась на пуфик и схватила свой гребень, делая вид, что привожу в порядок свои волосы. Даже не удосужившись постучать, рыцари распахнули дверь моей спальни.

– Госпожа, – глава стражи, обратился ко мне. Всё внутри похолодело. Я пыталась сохранять невозмутимость, но сердце отчаянно билось, – Мы обязаны обыскать вашу спальню… – начал он, его голос был странно мягким, почти извиняющимся. – Просим прощения… что потревожили, – Он явно был не в своей тарелке, видя меня в таком виде. Его недоумение было искренним, что давало мне небольшую передышку.

– О, я… – сделав смущённое лицо, я постаралась выглядеть как можно более невинной. – А что произошло? Почему в моей спальне обыск?! – Я тут же приняла оборонительную позицию, резко подскакивая с места. Воины переглянулись между собой. В их взглядах явно читались вопросы и какая-то странная жалость, но никто не осмеливался мне что-то сказать. Они были лишь исполнителями чужой воли.

– Боюсь, вы должны проследовать за мной… – сказал лорд Серл, его тон стал твёрже, отбрасывая последние остатки приличия. – Всё узнаете позже. – Он решительно подошёл и схватил меня за локоть, его пальцы впились в плоть, не оставляя сомнений в серьёзности его намерений. Затем он кивнул своим подчинённым на комнату, приказывая им начинать обыск, и потащил меня к выходу. Мой взгляд скользнул по ним, переворачивающим мою мебель, словно дикие звери, ища то, чего они никогда не найдут.

– Э-эй! – Я дёрнулась, но его хватка была слишком крепкой. Растерянность ударила по голове, позволяя лишь смотреть на бойцов, ворошащих мои вещи, словно дикие звери. Будто опомнившись, лорд Серл отпустил мою руку, бросив извиняющийся взгляд. Он указал на коридор и двинулся вдоль каменных стен, намекая мне следовать за ним. Судьба отца была решена, и теперь, кажется, моя тоже. Я стиснула зубы, чувствуя, как нарастает волна ярости. Они пожалеют об этом. Все они. Каждый, кто причастен к этому.

Коридоры казались бесконечными, каждый шаг отдавал болью в ногах, но я держалась, сохраняя внешнее спокойствие, хотя внутри всё клокотало. Мой отец… Что они сделали с ним? И что сделают со мной? Наконец, мы подошли к массивным дверям Большого тронного зала. Они распахнулись, и я шагнула внутрь.

Воздух в нём был густым, почти осязаемым, пропитанным тяжёлым запахом ладана и невысказанного напряжения. Казалось, каждая завитушка на резных колоннах, каждый узор на полу из полированного мрамора впитывал в себя этот гнёт, отражая его в тусклом свете магических сфер, что медленно кружились под высоким потолком. Их обычно яркое сияние сегодня казалось приглушённым, словно предчувствуя надвигающуюся тьму. Меня поставили к краю толпы придворных, спина прямая, но внутри всё сжималось от предчувствия беды, от того липкого холода, который всегда предшествовал дворцовым интригам.

На моём лице, как и у многих, была маска безразличия, но фиолетовые глаза, унаследованные от отца, беспокойно скользили по лицам, выискивая знакомые черты. Было слишком тихо для такого скопления фейри. Даже обычно болтливые дворяне, казалось, держали языки за зубами, боясь привлечь к себе внимание или оказаться следующими в этой немой игре. Я чувствовала их фальшь, их затаённое злорадство, их осторожное любопытство — всё то, что я уже видела на похоронах Королевы, но сегодня это ощущалось острее, как лезвие, приставленное к горлу.