Эпоха Опустошителя. Том XII. Часть II (СИ) - Павлов Вел - Страница 49

Спасибо тебе, Фи и остальным. Хоть и не заслужил такого, но я не забуду вашей доброты и любви. Спасибо вам за этот сказочный сон. Спасибо за то, что были рядом. Спасибо и простите.

— Дуралей, — горько сглотнула Искрида, вытирая раскрасневшиеся глаза и головой крепко прижимаясь к не менее потерянной Фьётре. — Что же ты наделал, дуралей?..

Илай, Тэйн и Эйсон оказались следующими, кто прочел послание Ранкара, а еще через пару мгновений к ним подошли остальные. Несколько секунд все задумчиво изучали кусок бумаги, но пока большинство присутствующих пребывали в тотальном неведении, падший быстро переглянулся с бывшими смертниками.

— Тэйн, Аркас, Рамас, вы знаете, куда он мог отправиться? — встревожено прошептала Фьётра, прижимая к себе опустошенную Искриду, прекрасно видя их замешательство.

— Если судить из того, что я прочитал, — отметил задумчиво падший, — то сейчас есть только одно место куда он мог податься.

— Лазаревы, не так ли? — как на духу выпалил Илай, глядя на троицу бывших смертников.

— Скорее всего, — кивнул утвердительно Рамас, а после вновь глазами указал на послание и повторил написанное. — «Не знаю получится ли, но я постараюсь исправить хоть что-то. Похоже, моё время с вами полностью иссякло, однако я всё сделаю для того, чтобы довести задуманное до конца».

— Судя по всему, ему приходится крайне худо, — подал голос Аркас. — Он хочет довести дело с оберегами до конца. Я не знаю, что с ним точно происходит, но без могущественной поддержки ему в своём нынешнем состоянии не выстоять. Так что да, наверное, Лазаревы.

— Лазаревы? — вдруг повторила с надеждой Искрида. — Тогда чего же мы ждём? Фи говорила, что у неё есть пространственный артефакт, который поможет нам добраться до той крепости в Ианмите. Если Ваерс у Лазаревых, то мы должны поторопиться и…

— К сожалению, есть одна огромная проблема, — тяжело выдохнул Тэйн, переглядываясь с остальными, а затем ткнул пальцем в несколько слов на листе бумаги: — «Я давно стал опасен для окружающих, но из-за собственной гордыни и упрямства обманывал сам себя. Я продолжал рисковать снова и снова и подверг тебя гибели». За Фьётру он был готов отдать жизнь. И эту же жизнь отнял у тебя, Искрида…

Альбарра. Земли великого дома Иан.

В двадцати милях от Ианмита.

Пространственная крепость.

— Я знаю, как сейчас выгляжу. И знаю, что приполз сюда, как последняя собака, хоть и зарекался этого не делать. Но юлить не буду, Рас, время у меня на исходе. Я хочу видеть твоего отца. И чем скорее, тем лучше…

— В одном ты прав. Выглядишь скверно, — донесся до меня слегка искаженный сильным ливнем голос Тара. — Крайне скверно. Краше только в гроб кладут.

Черноволосый парень спикировал прямо со стены и грузно приземлился в лужу прямо рядом с полуальвом, который не сводил с моей физиономии ошарашенного взгляда.

— Уймись, Тар, — решил приструнить Фларас брата, но я мягко того осёк.

— Всё в порядке. Он полностью прав.

— Нет! Ты не понимаешь! — возмутился Рас, выпучив взволновано глаза. — Ты не собака! Ты наш младший брат! Не смей так себя оскорблять. Мы обязательно поможем тебе и…

Видя парня столь встревоженным и напуганным что-то в душе странно зашевелились. Наверное, говорить он мог еще долго, но Зеантар-младший, который внимательно осматривал мой жалкий вид, оборвал на корню речь полуальва.

— Пойдем. Я уже доложил о тебе. Отец ждёт дома, — но затем он указал в сторону Вивиан, что стояла позади меня. — Однако твоей спутнице придётся остаться в крепости. Путь на Землю ей заказан.

— Она будет ждать здесь, — согласно кивнул я ему и медленно обернулся к отмеченной. — Ты сама всё слышала. Если всё пройдет хорошо, то к сражению с оберегами я вернусь. Если всё пройдет неудачно, то можешь передать остальным, что они победили и Последователь Проклятых больше никогда не вернется. Значит, добро победило зло, и вскоре все заживут долго и счастливо под дланью великодушных богов. Всё уяснила?

Несколько долгих секунд та сверлила меня заметно изумлённым взглядом, но под конец в глубине её глаз вспыхнула суровая решимость:

— Мне позволят остаться в крепости до конца оговоренного срока?

Полуальв с Таром быстро переглянулись между собой и в итоге второй спокойно пожал плечами:

— Да на здоровье. Главное веди себя как можно тише и незаметнее. Ну и не глупи, само собой. Макс, присмотри за ней, — бросил парень главному привратнику. — Ну и сам понимаешь, остаёшься за главного.

— Как прикажите, Захар Захарович, — учтиво отозвался воитель, а после с улыбкой поклонился уже мне. — Рад знакомству, младший господин.

— Не надо, — вяло отрезал я, неторопливо шагая вперед. — Я не твой господин. Да и не стою таких почестей.

Хотелось мне того или нет, но сейчас физическая боль отрезвляла. Отсутствие руки невозможно описать нормальными словами, но именно этой жуткой агонии я был сейчас благодарен. Она затмевала собой шепот Опустошителя. Впрочем, я так до конца и не понял, то ли дело было в увечье, то ли во влиянии Руны.

Путь до пространственных врат мы проделали в полнейшей тишине и лишь стрекот дождя и грохот грома продолжал звучать над крепостью. Однако стоило мне ступить за пелену следом за Лазаревыми, как всё резко прекратилось. Звуки затихли. Точнее, они не затихли, они просто изменились. Изменились точно так же, как и запахи, как и весь окружающий мир.

Пока на Альбарре властвовала ночь, на Земле только-только наступал рассвет.

— Рас, подсобишь? — на ходу попросил Зеантар-младший.

Полуальв всё сделал без слов. Стражи даже не успели им поклониться, как мы разом скрылись в пространственной стихии Флараса. В этот раз зрение уже не подводило, а может я просто привык. Стоило прикрыть и открыть веки, как мы очутились на знакомой портальной площадке прямо перед огромной резиденцией Лазаревых. К тому же нас уже встречали.

— Здравствуй, Ранкар, — спокойно поприветствовал меня глава рода Лазаревых.

Однако пока в голосе у того сквозило спокойствие, глаза его вопили об обратном. Тот тщательно, но мгновенно, сканировал мой образ. Причем сделал это с головы до ног.

— Моё вам почтение, хранитель Земли, — скупо отозвался я, слегка тому кланяясь.

Правда, помимо него здесь была не менее важная персона.

— Во имя Катаклизма! — выпалил озадачено Марриуз, брови которого взлетели вверх. — Что с тобой стало, брат⁈ Что с рукой? Что с глазом? Что с…

Тот почти моментально ринулся ко мне, чтобы обнять, но я быстро отстранился назад и выставил целую конечность вперед, а Грация вновь жалобно заурчала.

— Нет, Матвей, не надо, — отрицательно буркнул я, отступая еще дальше. — Не прикасайся ко мне. Я не хочу никому навредить. Сейчас так будет лучше.

— Лучше для кого? — хмуро осведомился хранитель.

— Лучше для всех, — не остался я в долгу.

На портальной площадке вновь воцарилась могильная тишина, но протяжный и тяжелый вздох Лазарева сделал обстановку более напряженной.

— Тар, Рас, Матвей, ступайте в дом, — мягко произнес он. — А мы пройдемся. Да и Грации, думаю, тоже стоит отдохнуть.

Троица Лазаревых и оглядывающаяся на меня оцелота двинулись первыми. Мы же с хранителем задержались и просто ждали, когда они исчезнет.

— Пойдем, Ранкар, немного прогуляемся.

Вот только стоило нам преодолеть портальную площадку и частично миновать террасу, как сзади раздались приглушенные шаги. Кто-то весьма поспешно шел по деревянной половице. Кто-то достаточно лёгкий. Кто-то, кто страшно нервничал. Её страшное волнение я ощутил даже на расстоянии, ведь оно звучало даже в её голосе.

— Влад! Сынок…

Не знаю почему, но с хранителем мы остановились почти одновременно.

Заслышав голос женщины, в голове вдруг зазвучали слова тётки о Лазаревых и её последнее желание, обращенное ко мне. Видит Сущее, когда-то в прошлом я мечтал услышать такие слова, но как жаль, что это было ужасно давно. Однако впервые в своей жизни в их присутствии я не ощутил ненависти или злобы к ним. Случившееся с Искридой напрочь перекрыло всё остальное. Возможно, я просто устал ненавидеть. А может быть, находясь на той самой предательской грани мир в моих глазах стал выглядеть абсолютно иначе.