Тень Кукулькана (СИ) - Птица Алексей - Страница 9

За прошедший месяц Каннингем навёл всевозможные справки по данному сеньору и теперь пришёл к неутешительным выводам, что тот реально исчез где-то в сельве, и выкурить его оттуда не представлялось ни малейшей возможности, так же, как и найти. А жаль. Очень интересный субъект.

Умный, расчётливый убийца, практически готовый командир эскадрона смерти в любой стране, и это он ещё не всё о нём знал. Как оказалось, этот мексиканец ещё и офицер, младший, правда, самый низкий чин в мексиканской армии, возможно, далеко бы пошёл, если в его судьбу не вмешался мистер Эванс, на свою же беду.

Однако весьма важно то, что этот сеньор из Мексики. Агентуры там крайне мало, и та, что есть, весьма низкого качества, практически расходный материал. И всё главным образом из-за того, что американцы давили на элиту Мексики, вытесняя оттуда всех европейцев, не только англичан, но и немцев и французов. Но англичан больше, так как только у них остались в Южной Америке собственные колонии, одна из которых, Британский Гондурас, вплотную примыкала к Юкатану.

Каннингем докурил трубку, выбил пепел и задумался над тем, что ему предпринять дальше. Лесли сейчас бесполезен, он выжал из него всё, что мог. Теперь оставалось только ждать и надеяться, что мексиканец совершит ошибку и объявится сам. Но, реально оценивая шансы, Каннингем понимал, что это вряд ли случится. Слишком умён, слишком осторожен, слишком хорошо знает, как прятаться.

Однако имелась и другая сторона медали. Если Эрнесто де ла Барра действительно ушёл в сельву и не появляется долгое время, значит, он нашёл, где жить или знает, где можно жить, и это какое-нибудь местное племя. Скорее всего, там он явно занимает не последнее место, и это значит, что он может объединить племена, представляя собой не просто угрозу для местных властей, но и потенциальный инструмент влияния для Британии.

Инструмент, который можно использовать для ослабления американского влияния в регионе. Американцы, конечно, и дальше станут предпринимать попытки выдавить всех европейцев из Мексики, но у Британии имелся свой козырь — Британский Гондурас. И если удастся наладить контакт с этим де ла Барра, то можно создать буферную зону, которая ослабит давление янки.

Каннингем подошёл к карте, висевшей на стене, и провёл пальцем по линии границы между Юкатаном и Британским Гондурасом. Если этот Эрнесто сможет удержать власть в джунглях, то станет идеальным союзником. Проблема только в том, как до него добраться, и как убедить его, что Британия — это гораздо лучший выбор, чем США или Мексика.

Он откинулся на спинку кресла и посмотрел в потолок. Время работало против Англии: каждый день, проведённый в бездействии, приближал момент, когда американцы окончательно закрепятся в регионе. А этого допустить нельзя. Британская империя не может позволить себе потерять ещё одну позицию в Новом Свете. И если для этого нужно найти одного единственного человека в джунглях, то Каннингем готов попытаться это сделать или перенаправить туда любого, кто способен справиться с этой задачей. Но это будет уже не его ума дело, он специалист по Северной Америке, а по Южной пусть другие работают.

Две недели спустя. Лондон, Даунинг-стрит, 1892 год.

В здании Министерства по делам колоний стояла та особенная тишина, которая бывает только в коридорах имперской власти, где каждое слово, произнесённое шёпотом, может обернуться приказом на другом конце света. В одном из кабинетов, заваленных папками с грифом «Секретно», клерк принял очередную телеграмму. Он пробежал глазами текст, нахмурился и, не теряя времени, направился к своему непосредственному начальника, который занимал должность заместителя министра по делам колоний.

Телеграмма пришла от некоего Джорджа Каннингема, чьё имя не значилось в официальных списках сотрудников колониальной администрации, но чьи депеши имели свойство появляться на самых важных столах. Заместитель министра, человек с холёным лицом лорда в третьем поколении, пробежал глазами текст и нахмурился ещё сильнее. Затем, не сказав ни слова, он поднялся и направился в кабинет начальника секретариата по делам Британского Гондураса.

— Это от нашего человека в Нью-Йорке, — сказал он, войдя в кабинет и бросив телеграмму на стол. — Каннингем вышел на след убийцы Эванса. Того, кто имел обширные планы на Мексику, его убили три месяца назад, быстро, неизвестно кто и почему. Имя установлено — это некто Эрнесто де ла Барра. По имеющимся данным сейчас скрывается где-то в джунглях Юкатана.

Секретарь, сухой и аккуратный чиновник с моноклем в глазу, взял бумагу и принялся читать. Его лицо оставалось бесстрастным, только бровь слегка приподнялась, когда он дошёл до строк, где упоминалось, что де ла Барра, возможно, связан с индейцами майя.

— Если он действительно стал лидером майя, это меняет ситуацию, — сказал он после небольшой паузы. — Мы можем использовать его в наших интересах, или наоборот, он станет нашей головной болью в том регионе, хотя там и без него всё относительно плохо.

— Именно, — кивнул заместитель министра. — Поэтому я предлагаю немедленно переслать эту информацию губернатору сэру Молони. Пусть он знает, что у нас появляется новый игрок на поле. И пусть выяснит, можно ли установить с этим де ла Барра контакт. Секретарь кивнул, взял телеграмму и направился в шифровальную комнату.

На следующий день сэр Корнелиус Альфред Молони, губернатор Британского Гондураса, получил депешу, которая заставила его надолго задуматься. В ней сообщалось о некоем Эрнесто де ла Барра, что скрывался в сельве Юкатана, недалеко от границ вверенной ему британской колонии.

Молони отложил телеграмму и подошёл к окну, за прозрачным стеклом которого простирались зелёные джунгли, виднеющиеся до самого горизонта. Эта телеграмма привела его в замешательство. В последний год положение дел возле границ Гондураса вызывало большие опасения, а контрабандисты, что продавали оружие, процент от которого шёл напрямую к нему в карман, постоянно жаловались, что на них идёт охота. Должность губернатора Молони получил совсем недавно, но переломить ход событий он пока не мог, и возможностей для этого не видел.

Правда, они смогли защитить караваны с оружием, но надолго ли — неизвестно. Всё эти нападения на контрабандистов организовал некий военный вождь ишканхи, который смог заставить считаться с собой всех вокруг. Но он вдруг пропал, и через какое-то время нападения постепенно сошли на нет, а вот неделю назад о нём снова заговорили. Не об этом ли идальго идёт речь?

Губернатор отошёл от окна и, сев за стол, принялся искать донесения и письма о текущем положении дел в сельве среди индейцев крусоб и других племён. Если этот де ла Барра действительно стал лидером майя, то он может оказаться либо ценным союзником, либо опасным врагом. Вопрос состоял в том, как его найти и как с ним говорить.

Он вернулся к столу, взял перо и начал писать ответ в министерство. Его пальцы двигались уверенно, выводя на гербовой бумаге аккуратные строки с той особенной тщательностью, которая бывает у людей, привыкших, чтобы их слова читали и исполняли.

Губернатор просил дать как можно больше сведений об этом человеке: его связи, прошлое, привычки, слабости. Ему нужно знать, чем дышит этот Эрнесто де ла Барра, чтобы понять, как его можно использовать. Если этот человек станет ключом к Юкатану, Британия должна оказаться рядом, чтобы подхватить его и направить в нужную сторону.

Молони отложил перо, перечитал написанное и удовлетворённо кивнул. Письмо на его взгляд, являло образец точности, лишённое ненужных эмоций и именно таким, каким должно быть письмо колониального чиновника, который знает цену каждому слову. Он сложил лист, запечатал сургучом и передал адъютанту для отправки. Затем подошёл к окну и долго смотрел на линию горизонта, где джунгли встречались с морем.

В его голове стал вырисовываться план действий, всё же он привык руководить и не зря занимал место губернатора. Пусть вопрос стоял перед ним сложный, но исходные данные уже есть, а если присовокупить к ним то, что известно его людям, а также необъятность пространств и малое количество проживающих на них людей, тогда многое можно узнать и решить на месте.